Взорванный Разум - Диана Дуэйн

А впрочем, что-то в этом, конечно было. Только во внутренней части Солнечной Системы нужно было патрулировать миллионы кубических миль пространства, не говоря уже об отдаленных районах за пределами Пояса Астероидов. Сколько людей ни готовь — на каждый камень полицейского не посадишь. Хоть все население Земли пропусти через трехгодичный курс подготовки, все равно не получишь больше одного полицейского на сто тысяч кубических километров.

Джосс наконец пробрался к входному шлюзу. Сработала система опознавания, и дверь со свистом открылась. Джосс вошел внутрь, за ним вскочил автоматический носильщик вместе с облаком пыли. «Тот, кто научил эту штуку прыгать — явно землянин, — с раздражением подумал Джосс. — Нет в ней плавной грации, присущей нашей невесомости!»

Шлюз заполнился воздухом, и, наконец, открылась внутренняя дверь. За ней была обычная раздевалка: подставки для шлемов, вешалки для скафандров, движущаяся лента для транспортировки вещей в кладовую. Джосс выбрался из скафандра, повесил его на крюк, аккуратно сложил остальные вещи на ленту транспортера, включил его и вышел из раздевалки.

Следующей за раздевалкой была диспетчерская. Там было полно компьютеров, мониторов и всякой другой техники, о назначении которой у Джосса не было ни малейшего представления. Все сопы пользовались услугами диспетчеров, а независимые офицеры имели, как правило, постоянного диспетчера, которого знали по голосу, а иногда и в лицо.

Знакомый голос всегда передавал приказы и распоряжения, принимал доклады, подбадривал, а иногда и позволял себе какую-нибудь шутку. Голос, с которым общался Джосс, назывался Телия. Он был жизнерадостным, слегка хрипловатым, с легким акцентом, в котором чувствовалось что-то славянское. Телия всегда подшучивала над Джоссом и передавала ему приказы менторским тоном, в котором явно сквозило недоверие к его хваленым способностям.

Проходя через диспетчерскую по направлению к лифтам, Джосс видел несколько сотен людей в форме, беспрестанно барабанящих по компьютерным клавишам или наговаривающих информацию в приемное устройство коммуникатора. Интересно, где тут Телия? Жаль, у него никогда не было времени, чтобы выяснить это.

Как обычно, один из лифтов стоял открытым. «Четырнадцатый этаж», — входя в него, сказал Джосс. Лифт поприветствовал его вежливым женским голосом, закрыл двери и рванул вниз с такой скоростью, что Джосс оторвался от пола и еле успел ухватиться за поручень, чтобы не врезаться головой в потолок. Уже через несколько секунд лифт стал тормозить. По крайней мере поездка была недолгой, не то что путешествие на девяностый уровень, в кабинеты офицеров. Комиссары так далеко не забирались — они старались расположиться поближе к поверхности.

— Четырнадцатый — сказал лифт и открыл двери. Джосс вышел и оказался в центральной приемной. Он махнул дежурному офицеру, обогнул большой круглый стол и отправился к комиссару.

Дверь была открыта и, прежде чем войти, Джосс заглянул в приемную. Там было пусто. По стенам — длинные стебли каких-то диковинных растений, в горшках — карликовые деревья. Все, как и в прошлый раз, когда они с Маурой выходили отсюда. Комиссар была родом с одного из островов в Карибском море. Наверное, поэтому она так серьезно относилась к уходу за собственными растениями.

Он присел в плетеное кресло и хотел устроиться поудобнее, но дверь кабинета открылась и голос комиссара позвал: «Входите, О'Баннион!» Он со вздохом поднялся с кресла и пошел в кабинет.

— Присаживайтесь, — комиссар указала ему на кресло. — Как ваши камешки?

«Господи, ну откуда она все знает?» — подумал Джосс. Лукреция Эстергази откинулась в кресле и посмотрела на него своим пронзительным взглядом. В штабе ее прозвали «Борджиа» — и это прозвище весьма ей подходило. Что-то в ней было сицилийское: иссиня-черные волосы, бледная кожа, резкие черты лица. Говорили, что она способна узнать все и обо всех сразу. Наверное, это-то и помогло ее молниеносному продвижению по службе: независимый офицер, следователь по особо важным делам, помощник комиссара и, наконец, комиссар, — и все это за неполных шесть лет. Всегда становилось не по себе от мысли о том, что этот острый ум копается в твоем прошлом и настоящем, обнаруживая там то, что известно одному лишь Богу.

— Неплохо, — ответил Джосс, — с гариотитами сложновато, но если бы они валялись под ногами, не было бы никакого интереса их собирать.

Лукреция отвела от него взгляд и посмотрела на один из мониторов. Джосс никогда не видел столько аппаратуры в таком небольшом кабинете. Комиссар Эстергази любила использовать техническое оснащение на полную мощность. Сейчас она набрала что-то на клавиатуре одного из компьютеров и посмотрела на экран с мрачным видом человека, которому явно не нравится то, что он видит, а изменить этого он не в состоянии.

— Я не люблю отзывать моих людей из отпуска, даже если у них нет других занятий, кроме как собирать минералы да пить привозные вина в ресторанах со смехотворно высокими ценами, — усмехнувшись, произнесла она. — Однако случилось непредвиденное.

— Хотите назначить мне напарника?

Лукреция посмотрела на него, вздохнула и отодвинула монитор в сторону.

— Обычно эту работу за меня выполняет компьютер. Его программа позволяет принять вполне квалифицированное решение. А я только утверждаю его. Некоторых людей он надолго оставляет в одиночестве, другим же не дает побыть без напарника и пяти минут.

— И я тот самый, которого он не может оставить в покое?

— Вы тот самый, о ком бы он мог поменьше беспокоиться, — жестко сказала она. — Один из людей нашего комиссариата только что лишился напарника.

Джосс подавил в себе желание вздрогнуть. Слово «лишился» никогда не вызывало у него приятных эмоций. Совсем наоборот, в нем было напоминание о том, что может случиться с каждым из них. Что же произошло сейчас? Взрывная декомпрессия? Пуля? Разряд бластера?

— Его напарник был застрелен на Свободе-2, — сказала Лукреция, как бы отвечая на незаданный вопрос.

Джосс взглянул на нее с удивлением.

— Я жил там какое-то время, когда еще учился в колледже, писал там дипломную работу для Корнельской Школы.

— Я знаю. Похоже, что убийство совершено бандой, хотя офицер не занимался бандами и работал совсем в другом направлении. Его бывшему товарищу необходим напарник.

— А тут как раз я подвернулся, — съязвил Джосс.

Лукреция взглянула на него в упор.

— Видно, что вы весьма высокого мнения о себе. Хотелось бы, чтобы оно соответствовало действительности. Короче, оставшийся в живых офицер — специалист по экзокостюмам высочайшего класса. Компьютер установил, что по всем параметрам вы с ним в высшей степени совместимы.

Комиссар посмотрела на один из экранов и тихо сказала кому-то, видимо, своему диспетчеру:

— Не сейчас, Джордж, у меня болит голова, — и, переведя взгляд на Джосса, нахмурилась: — Команда неплохая, и я хочу, чтобы она работала. Вы поняли меня, Джосс? Я хочу знать, кто убил нашего офицера на Свободе. Это был необычайно талантливый человек, и далеко не беззаботный. Очень умный человек, очень… но, видимо, недостаточно для того, чтобы остаться в живых. Посмотрим, сможете ли вы вдвоем справиться с этим.

Джосс кивнул:

— Кто будет моим напарником?

— Он ждет вас в холле. Скоро вы его увидите.

Она опять нахмурилась и, прикусив губу, добавила:

— Мы не знаем, наверняка, над чем работал его напарник. Он был из тех офицеров, которые проверяли станции типа L5 и орбитальные Лунные колонии, чтобы предотвращать неприятности прежде, чем они возникнут. Предыдущие его рапорты говорили о том, что неприятности есть. Видимо, это касалось фармацевтических компаний, расположенных на Свободе.

— Наркотики? — спросил Джосс.

— Он так не считал, хотя я часто спрашиваю себя, не изменил ли он свое мнение? Вообще-то, он занимался утечкой информации, с которой столкнулись многие фармацевты.

— Промышленный шпионаж? Едва ли это наше дело.

— Оно может стать нашим, если к нам обратится за помощью Департамент Медицины. У этих компаний слишком много связей на Земле, чтобы мы могли так просто их игнорировать. Руководство полиции решило, что лучше самим разобраться в ситуации, чем оставлять это службам безопасности компаний. Вся информация хранится в памяти компьютера, так что постарайтесь внимательно ознакомиться с ней, как только доберетесь до своего коммуникационного устройства. Да, кстати, последние доклады погибшего офицера стали очень редкими и, я бы сказала, не информативными. А одно из сообщений содержало кодовую группу, указывающую на то, что он подозревал перехват своих рапортов.

— Я думал — это невозможно! — удивленно воскликнул Джосс.

— Мы тоже так считали. Необходимо выяснить, в чем тут дело. Засекреченная связь — одно из главных условий эффективности работы полиции. И если кто-то нашел способ проникать в нашу систему, я хочу узнать о нем прежде, чем это сделает Верховный Комиссар. Улавливаете мою мысль?