Бывшие (СИ) - Орлова Настя

– Отвечаю по порядку, – засмеявшись ответил Влад. – Приехал только что. Пока не решил, надолго ли. Еще нигде не остановился. И, конечно, я с удовольствием поужинаю с тобой и твоей мамой, – последнюю фразу он произнес с откровенным вызовом, глядя прямо мне в глаза, как бы вопрошая, рискну ли я возразить и вызвать негодование Мирославы. – Конечно, если она не будет против.

В этот момент Мира будто вспомнила о моем существовании. Она перестала с обожанием глядеть на отца и обернулась ко мне, так что теперь две пары одинаковых золотисто-карих глаз уставились на меня в ожидании ответа.

Черт бы побрал Влада Громова и его самоуверенность! Я не хотела с ним ужинать! Да что уж там, я не хотела, чтобы он оставался в моем доме еще хоть на минуту. Но он, едва появившись в моей жизни спустя три года, умудрился всего за пару минут обернуть ситуацию в свою пользу и просто не оставил мне выбора. Невероятно, как точно он все рассчитал! Оценив за долю секунды хрупкость моих отношений с дочерью, он поставил их на чашу весов, предложив мне выбрать, разрушить ли их окончательно или еще попытаться спасти.

Чувствуя, как во мне поднимается злость на этого продуманного типа, я кивнула, просто потому, что не доверяла своему голосу и, чтобы хоть чем-то занять себя, пока эти двое весело щебетали, отправилась на кухню, чтобы быстро приготовить что-нибудь на ужин.

Наша с Мирой квартира была просторным лофтом в старом доме с двумя отдельными спальнями и большой гостиной, совмещенной и с прихожей, и с кухней. Я купила ее вскоре после моего ухода от мужа. Мне повезло, что в тот момент, когда мы расстались, Мира была в летнем языковом лагере, так что у меня было несколько недель на то, чтобы сначала выплакать свое горе дома у матери, а потом уже приступить к поиску жилья. Этот лофт подвернулся мне случайно – его продавали знакомые знакомых, и, едва увидев его впервые, я сразу поняла, что это будет идеальным местом для меня и дочери. Он ничем не напоминал холодное белоснежно-хромированное пространство квартиры, где мы жили с Владом в Москве. Он был безалаберным, живым и теплым, с кирпичными стенами, старинной мебелью и массой зеленых цветов и деревьев в горшках.

Влад никогда не был здесь раньше. Обычно он встречался с Мирославой на нейтральной территории – они сами выбирали время и место в Ростове, или она гостила у него в Москве. Все организационные вопросы я решала через его родителей, а с ним за три года не перекинулась и словом. И теперь, находясь в одном помещении с ним, я чувствовала, что от моего самообладания, которым я так гордилась после нашего расставания, не осталось и следа. Одно появление бывшего мужа на моей территории взволновало и напугало, вызвав волну непрошенных эмоций и воспоминаний.

Несмотря на то, что я даже не пыталась слушать, о чем говорят Влад и Мира, из смежной гостиной до меня долетали кое-какие фразы. Подумать только, за последние десять минут дочь рассказала отцу больше, чем мне за последние две недели! Чувствуя растущее во мне раздражение, я с грохотом поставила на стол миску с салатом, так что две головы повернулись ко мне, причем дочь уставилась на меня вопросительно, а вот Влад – с явной издевкой.

– Мира, ужин скоро будет готов. Вымой, пожалуйста, руки и переоденься, – спокойно сказала я.

Она недовольно скривила губы и, я точно видела это по выражению ее лица, уже собиралась возразить мне, но тут вмешался Влад:

– Давай, Мира, делай, что говорит мама. Обещаю, я никуда не исчезну. Я пока помогу твоей маме накрыть на стол.

Да этот человек – волшебник, не иначе. Мира даже не подумала препираться с ним, а только улыбнулась, чмокнула его в щеку и спокойно отправилась в свою комнату. Видя такое полное презрение моего авторитета и беспрекословное послушание отцу, я еще больше взвилась: в сердцах хлопнула крышкой кастрюли, в которой кипела паста, и загремела приборами, высыпая их на стол.

– Полегче, Ксюша, – раздался голос Громова у меня за спиной. – А то я решу, что ты собираешься на войну.

От неожиданности я даже подпрыгнула! У него что, развились суперспособности? Еще секунду назад он сидел на диване, а теперь оказался рядом со мной, еще сильнее раздражая мои, и без того расшалившиеся, нервы.

– Тебе здесь не рады, – процедила я, избегая смотреть на него.

– Спорим, моя дочь думает иначе, – парировал он.

Ох, с каким бы удовольствием я опровергла его слова, но понимала, что это было бы очевидной ложью.

– Надо было как обычно заранее спланировать свой приезд и встретиться с ней вне моего дома.

– Ксения, – спокойно ответил он. – Может быть, стоит напомнить тебе, что это ты позвонила мне сегодня, взывая о помощи.

– Я не взывала, – огрызнулась я. – Я просто поделилась своими тревогами…

– …Что само по себе уже из ряда вон выходящее событие, – закончил он за меня. – Признай, что я сейчас нужен здесь.

– Ты нужен дочери, – нехотя согласилась я. – Но не здесь.

Вместо ответа Влад обошел меня и, облокотившись на кухонный шкаф и скрестив руки на груди, принялся демонстративно разглядывать меня. Его золотистый взгляд бесцеремонно заскользил по моей фигуре сверху вниз, задержавшись на груди и бедрах, а потом так же неспешно вновь вернулся к лицу.

– Насмотрелся? – бросила я.

– Вряд ли, – отозвался он. – В моих воспоминаниях все гораздо более красочно.

– Держи свои воспоминания при себе. Я не желаю ворошить прошлое, – заявила я, раскладывая на столе вилки и ножи. Но мои руки так дрожали, что одна из вилок упала на пол, и не успела я наклониться за ней, как это сделал Влад.

– Спасибо. Я могу справиться сама, – холодно пробормотала я, забирая вилку из его руки.

– Тебе нет необходимости все делать самой.

– А если я так хочу? – запальчиво воскликнула я.

– Не будь ребенком, – осадил меня бывший муж. – И не повышай голос – Мира в соседней комнате. Думаю, последнее что нам сейчас нужно – это выяснение наших отношений на виду у дочери-подростка, которая в данный момент не может справиться со своими собственными проблемами.

Я виновато вздохнула. Его упрек был совершенно справедливым.

Что это со мной творится? С каких пор я вспыхиваю, как спичка, от малейшего раздражителя? Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя, и, уже спокойнее, продолжила накрывать на стол.

– Вот и умница, – пробормотал он тихо. – Как раз вовремя.

И в этот самый момент из комнаты показалась худенькая фигурка Мирославы, которая уже переоделась в домашние штаны и майку. На мгновение я закрыла глаза, а потом изобразила на лице улыбку.

Глава 3. Ужин

Со стороны этот ужин мог показаться воплощением семейной идиллии, но для меня он стал настоящей пыткой.

О, нет, Влад вел себя безукоризненно! Заботливый и тактичный, своим сладким голосом и точно подобранными словами, он мастерски сглаживал все трещинки, которые возникали между мной и Мирой, словно невзначай подпитывая свой авторитет и купая в лучах любви и внимания дочь. Он был добродушным, галантным и, кажется, довольно искренним, так что, глядя на него, никто бы не смог предположить, что последние три года мы жили в состоянии необъявленной войны.  Я же всегда была плохой притворщицей, и сидеть целый час с приклеенной на лицо улыбкой, изображая спокойствие и веселье, потребовало у меня мобилизации всех сил.

Конечно, сегодня мы не касались острых тем. По обоюдному молчаливому согласию, мы решили отложить вопросы о поведении, успеваемости и личной жизни дочери до завтра, позволив ей этим вечером отдохнуть и насладиться теплым семейным ужином. И это сработало: если сначала во взгляде Мирославы чувствовалось напряжение, то ближе к середине вечера она полностью расслабилась, весело болтая и с аппетитом уплетая пасту. Как ни тяжело было это признавать, но при отце Мира стала почти такой же, как раньше – общительной, веселой и милой. От неуправляемой колючки, с которой я выясняла отношения буквально час назад, не осталось и следа. И это, нет-нет, да вызывало во мне печальную мысль о том, какой могла бы быть наша жизнь, если бы тогда, три года назад, все не пошло под откос…