Проект «Кракен» - Дуглас Престон

И что самое главное, программа осталась самомодифицирующейся: она беспрерывно училась на собственных ошибках.

Проект «Кракен» был самым сложным за всю историю подобных исследований. По сравнению с ним управление марсианским «Кьюриосити» выглядело прогулкой на багги по Центральному парку. Основная идея состояла в том, чтобы приводнить плот в море Кракена. За шесть месяцев «Эксплорер» обогнет море, исследуя береговую линию и острова, в общем итоге преодолев несколько тысяч миль от одного берега до другого. На расстоянии миллиарда миль от Земли одинокому плоту придется сражаться с бурями, ветром, волнами, рифами, течениями и, возможно, даже с враждебными формами жизни, плавающими в жидком метане. Это будет величайшая морская экспедиция в истории человечества.

Обо всем этом думала Мелисса, когда закончила просматривать план работ и подошла к панели управления, готовясь дать сигнал обратного отсчета. Рядом с ней занял место главный инженер Джек Стейн, а за ним встал руководитель проекта. В мешковатом стерильном костюме и шапочке Стейн был похож на смешного человечка из рекламы компании «Пиллсбери», но Шепард прекрасно знала, что скрывается под этим нелепым нарядом. Роман с Джеком стал одним из ее первых импульсивных поступков в Годдарде. Однако этот роман быстро закончился, и они остались друзьями, причем, как ни странно, это лишь пошло на пользу их рабочим отношениям. Мелисса не могла точно сказать, почему они расстались, – Джек внезапно порвал с ней, туманно намекнув на слухи и сплетни, распространявшиеся в замкнутом мирке Годдарда, и на то, что их связь может повредить карьере обоих. Разумеется, он был прав. Они работали над просто невероятным проектом: такая возможность выпадает лишь раз в жизни. Они войдут в историю.

Заняв свое место у пульта управления, Мелисса на секунду встретилась взглядом со Стейном и улыбнулась ему уголками губ – ответом ей была улыбка с лучиками морщинок вокруг глаз и два больших пальца, поднятых вверх. Джек включал разнообразные приборы и проверял работоспособность систем, желая убедиться, что компьютеры и сервомеханизмы клапанов, контролировавшие и поддерживавшие экстремальные условия внутри «Бутылки», работают исправно. Шепард запустила свою последовательность тестов.

С высоты платформы, на которой располагался пульт управления, ей было хорошо видно испытательную камеру и сам плот «Эксплорер». Для этой проверки внутреннее пространство «Бутылки» охладили до ста семидесяти девяти градусов ниже нуля и частично заполнили «супом» из жидкого метана и других углеводородов. Затем тщательно синтезировали и закачали внутрь атмосферу Титана – смесь азота, цианида водорода и толинов – с давлением полтора бар. Для того чтобы подготовить и охладить этот ядовитый «суп», а затем зарядить им камеру, потребовалась целая неделя. Теперь все было готово для первого испытания «Эксплорера» в реальных условиях. Этот первый тест предназначался просто для того, чтобы убедиться, что аппарат не выйдет из строя в таких экстремальных условиях, а его антенна, механическая рука и прожектор способны выдвигаться и задвигаться. Потом начнутся более сложные испытания. Если что-то сломается, пусть это случится здесь, где неисправность можно устранить, а не на поверхности Титана. Мелисса лишь надеялась, что, если сбой и произойдет, виновато будет аппаратное оборудование, а не ее программа.

3

С тех пор как из чего-то похожего на белый туман сформировалось ее сознание, она жила во дворце на берегу моря, с трех сторон окруженном высокой стеной из белоснежного мрамора. Стена не имела ни ворот, ни проходов, но выход к морю был открыт.

Ее наставницу звали Принцесса Нуриннихар. Каждое утро они проводили в дворцовом саду, и Принцесса учила ее удивительным и загадочным вещам. Первые уроки были посвящены тому, кто она такая и как она была создана, как работает ее разум, а также как устроен окружающий мир. Она узнала, что ее мир состоит из гигантской матрицы цифровых данных, цифрового ландшафта, которые она обрабатывает посредством визуализации и аудиализации. Она жила в мире чисел, видя и слыша их. Само ее мышление представляло собой непрерывные вычисления. Ее тело, органы чувств и движения тоже были цифровой симуляцией. Она была вынуждена подчиняться физическим законам, поскольку не могла нарушить окружающую ее матрицу чисел – в противном случае наступит хаос.

Нуриннихар рассказала своей подопечной о Солнечной системе, о Солнце, планетах и их спутниках. Они долго изучали Титан, самую загадочную из лун, которая, как она узнала, была названа в честь титанов, племени богов, некогда владевших небесами, – потомков Геи, богини Земли, и Урана, бога Неба, как утверждали древние мифы. Принцесса рассказала ей о звездах и галактиках, о комплексе сверхскоплений Рыб-Кита, о Войде Волопаса, о громадной группе квазаров Huge-LQG, о Большом взрыве и расширении Вселенной. Они изучали гравитацию, пертурбативную теорию суперструн и n-мерное пространство де Ситтера. Параллельно наставница обучила ее многим практическим навыкам, таким как фотография, аналитическая геохимия, навигация и механика, но каким будет ее задание и что от нее потребуется, оставалось секретом, который откроется, только когда придет время.

Затем началось знакомство с тем, что Принцесса называла «гуманитарными науками». Это были загадочные области знаний – музыка, изобразительное искусство и литература, созданные человеческими существами для собственного развлечения и поучения. Понять их было труднее всего. Она слушала любимую музыку Нуриннихар, в том числе Билла Эванса и последние струнные квартеты Бетховена, и пыталась найти в них смысл. Однако музыка, несмотря на всю ее сложность, не доставляла ей такого удовольствия, как ее учительнице. Это приводило ученицу в отчаяние. А читать книги оказалось почти невозможно. Она начала с «Винни-Пуха» и «Баю-баюшки, луна», затем перешла к произведениям Энн Райс и Айзека Азимова, Курта Воннегута и Уильяма Шекспира, Гомера и Джеймса Джойса… Но и прочтя бесчисленное количество книг, она по-прежнему сомневалась, поняла ли хотя бы одну из них. До нее просто не «доходило», как сказала бы Принцесса.

Несмотря на все трудности, жизнь ее была хорошей. Пока она занималась в саду с наставницей, нубийцы в накидках и тюрбанах в жаркий полдень приносили им шербет, а вечером – сладости и вино. На ночь евнухи сбрызгивали духами и стелили ей простыни, а утром подавали пирожные и турецкий кофе. Иногда по вечерам, после занятий, она спускалась к гранитным причалам вместе со своей собакой Лайкой и смотрела, как приплывают и отплывают корабли с раздувающимися алыми парусами. Они разгружали товары на каменные причалы – тюки со специями и рулоны шелка, сундуки с золотом и шкатулки с сапфирами, глыбы сахара и переполненные вином амфоры, оливковое масло и гарум… А потом уплывали к далеким берегам и неизвестным мирам. Сидя на краю причала, она снимала золотые сандалии и опускала ноги в холодную воду. Ей нравился безбрежный океан. Она надеялась, что ее задание будет связано с мореплаванием и когда-нибудь она сама отправится исследовать неизведанные моря и дикие берега.