Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ) - Priest P大

Услышав его слова, Чжан Чжао поспешно сунул ладонь в карман пальто и нащупал мифриловый пистолет.

— Какое гостеприимство. Пожалуй, в этом нет необходимости.

«Если это действительно временной разлом, — размышлял Сюань Цзи, сверля взглядом спину Шэн Линъюаня, — то, что именно здесь заперто? День, когда были изгнаны гаошаньцы? А как насчет русалок? Здесь будут живые русалки?»

Говорят, что любовь короля морей была так сильна, что могла дотянуться до небес, а ненависть так глубока, что доставала до самого дна. Однажды он так опечалился, что жизнь оставила его, и его слезы превратились в жемчужины. Будучи ребенком, Сюань Цзи слышал множество историй об этих огромных рыбах. Его всегда непреодолимо тянуло к ним. Он злился на себя за то, что появился на свет слишком поздно и не имел возможности собственными глазами увидеть, как лазурный рыбий хвост рассекает волны.

Он никогда не изучал русалочий язык, а те слова, что довелось запомнить, произносил с ужасным акцентом. Но он постоянно фантазировал о том, что кто-нибудь когда-нибудь примет его за русалку.

Он до сих пор помнил, как однажды, пытаясь подражать молодым красавицам, нехотя поделился с Линъюанем своими тайными фантазиями. Но выслушав всю эту чушь, Линъюань не оценил его идей. Он даже заподозрил, что в роду у этой глупой птицы затесался кто-то лишний. Например, его родственниками вполне могли быть пеликаны, иначе как еще объяснить тот факт, что у представителя крылатого клана проснулся такой неприкрытый интерес к рыбам?

Но Шэн Линъюань всегда считал себя заботливым старшим и, в конце концов, позволил Сюань Цзи завести себе белого амура2. Это была довольно толстая рыба со стеклянным взглядом.

2 Белый амур — вид лучеперых рыб семейства карповых, единственный вид рода Ctenopharyngodon. Максимальная длина тела сто пятьдесят сантиметров. Пресноводная растительноядная рыба.

Но белый амур Сюань Цзи решительно не нравился. Когда рыба подросла, ее съели.

В конце концов, дух меча смирился, что в мире больше не было морского народа, а все эти величественные истории были написаны людьми и не имели ничего общего с реальностью.

Но он все равно хотел стать русалкой. Они проживали свои жизни словно одержимые и, в итоге, умирали от тоски.

Однако он понятия не имел, что такое одержимость, не умел тосковать, а значит, не смог бы от этого умереть. Это было невозможно. Он всегда был слишком далек от русалок и до сих пор умел плавать только по-собачьи.

Сюань Цзи так глубоко погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как Шэн Линъюань остановился. Придя в себя, юноша понял, что бесконечная дорога, по которой они шли, внезапно закончилась. Прямо перед ними возвышалась стена яркого белого света. Оглянувшись, Сюань Цзи увидел, что проход позади него исчез, и идущие следом оперативники попросту повисли в воздухе, словно призраки.

Но в следующий же момент сияющая стена взорвалась, разлетевшись во все стороны разноцветными бликами, будто огромный калейдоскоп.

Все присутствующие тут же сбились в кружок, в ужасе наблюдая за тем, как за завесой расходились горы и клокотал океан. Вдруг, откуда-то издалека послышался крик. Кунь и Пэн рванулись к небесам, и на земле появились первые четвероногие существа. Цан-Лун3 взмыл над облаками, священная черепаха4 погрузилась в море, и из огня, взмахнув огромными крыльями, явилась Чжу-Цюэ. Все живое принялось плодиться и размножаться.

3 苍龙 (cānglóng) — миф. Цан-Лун (зеленый дракон) дух-покровитель востока.

4 神龟 (shénguī) — миф. священная черепаха, царь черепах.

Но внезапно все изменилось. Небо опрокинулось и растеклось, обрушив на землю град огненных шаров. Леса горели, духи бегали повсюду и звали на помощь, и даже море, казалось, было объято пламенем.

— Это что… прошлое? — затаив дыхание, пробормотал Сюань Цзи.

Шэн Линъюань шикнул на него, неотрывно глядя на сияющую завесу. На их глазах разворачивалась картина сотворения мира, его расцвет и упадок.

Никто не знал, как долго бушевал пожар, уничтоживший небо и землю. Это продолжалось до тех пор, пока не исчезли последние травы, и не наступила мертвая тишина. А после начался сильный снегопад. Будто пепел погибшего в огне мира5, он устилал собой ужасные ожоги.

5 劫灰 (jiéhuī) — будд. пепел погибшего в огне мира в конце кальпы (единица измерения времени в индуизме, «день Брахмы», продолжающийся 4,32 миллиарда лет).

Десять лет, сто... После тысячелетнего молчания вечные льды, наконец, отошли на север, и воздух потеплел. На переродившейся земле медленно таял снег, и семена, однажды оброненные в почву, проросли.

Тай-Суй* повернулся, и надгробные плиты рассыпались в пыль.

Все живые существа, от рыб до мелких насекомых, начали постепенно выходить на свет.

И лишь в долине Наньмин до сих пор бушевало оскверненное пламя, касаясь алыми языками небес.

Страшная рана на теле земли.

В самой глубокой части долины стоял огромный медный треножник. Из его недр послышался тихий птичий крик. Так родился последний сирота клана Чжу-Цюэ, и с тех самых пор он был неразрывно связан с Чиюань.

В те годы высоко в горах, среди быстрых ручьев, процветали демоны. А люди бродили по дикой земле, невежественные и голые, с любопытством и тревогой взирая на огромный мир. Где-то в море лазурный русалочий хвост бил по волнам, и русалки улыбались, оглядываясь на далекий берег.

Священные горы Дунчуаня сами избрали своих детей. А те, кто остался в море, получили покровительство русалок, и научились строить большие корабли. Яростное пламя навсегда заперло тени предков на дне долины Наньмин, и годы спустя на свет появился новый клан. Клан теней. Они во всем подрожали Чжу-Цюэ, с их длинными изогнутыми шеями и огромными крыльями. А сами Чжу-Цюэ, спустившись с небес, превратились в божеств.

Все рождалось, размножалось, процветало и, наконец, приходило в упадок.

И этот упадок начался с теней.

Разразившееся в долине Наньмин землетрясение разрушило каменные стены, и тени, издревле паразитировавшие на скалах, разбежались кто куда. Те из них, кто оказался выброшен за пределы долины, лишились средств к существованию. Однако им повезло. Демоны одного из маленьких пограничных племен приняли их за горных духов и помогли вернуться обратно. Но одна из теней влюбился в старейшину демонов и приняла облик его жены. Чтобы помочь ей обрести счастье, остальные тени сговорились между собой и убили жену старейшины. В конце концов, о злодеянии стало известно6. Услышав об этом, глава клана Чжу-Цюэ очень разозлился и навсегда изгнал клан теней из долины Наньмин.

6 东窗事发 (dōng chuāng shì fā) — дело, задуманное у восточного окна, обнаружилось; обр. тайное злодейство стало явным, злое дело обнаружилось, история вышла наружу (по легенде о том, как Цинь Гуй, сговорившись с женой у восточного окна своего дома, погубил Юэ Фэя. И, хотя он тщательно скрывал это, его злодеяние стало всем известно).

С тех самых пор тени могли существовать только полагаясь на других. Они жили и умирали вместе со своими хозяевами.

Они были самыми избалованными домашними животными клана демонов и быстро приобрели популярность в Цзючжоу. Это положило начало бесконечной череде трагичных и отвратительных событий.

Всю свою жизнь тени мечтали о том, чтобы вернуться в долину Наньмин. Поговаривали, что лишь те из них, кого приютит клан Чжу-Цюэ, смогут выжить даже после смерти своего хозяина. Однако вплоть до исчезновения клана теней это так и осталось для них недостижимой мечтой.

Все эти происшествия сильно изменили «кровеносную систему земли». Когда население увеличилось, люди и демоны начали конфликтовать между собой.

Со временем, силы этого мира истощились, что послужило искрой для пожара Великой битвы.

В будущем Шэн Линъюань испытал все это на собственной шкуре. Задумавшись, он поспешно опустил глаза. Никто не знал, что было у него на уме. Внезапно Его Величество нахмурился и осторожно протянул руку к сияющей завесе.