Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

но сердце сдавило ощущение какой-то немыслимой утраты и она даже подумала о смерти. Минлу попросила учителя остановить повозку и тот, увидев побледневшее лицо девушки, тут же исполнил её просьбу. Она спрыгнула с повозки, прошла вперед и долго смотрела в сторону перевала ведущего в долину. Затем обернулась к встревоженному Танао и с трудом проговорила: "Шивтака нет в храме".

Увидев помертвевшее лицо учителя, Минлу испугалась что его вот-вот хватит удар. Она и сама испытывала нечто подобное. То что она сказала было невероятно. К Шивтаку, Ключу Синей бездны никто не смел притронуться, брать его с пьедестала в Ореховой зале могла только хранительница. И тем не менее он исчез, в этом она не сомневалась. Впрочем, исчез только из храма и из долины. Его связь с хранительницей никуда не делась. "Он там", сказала она учителю, указывая на юг, "и он удаляется". Эта связь была неразрывна, нерасторжима, неистребима куда бы не увезли Ключ и где бы его не спрятали. И именно эта связь, как последний луч надежды, помогла наставникам Минлу оправиться от удара. А удар был чудовищный, на мастеров было страшно смотреть, за один день они словно окончательно одряхлели и сникли. Произошедшее было немыслимым. На храм никто не нападал, никто в него не проникал и не вламывался, это было очевидно. И значит Ключ наружу грабителям вынес кто-то из своих. Никто из живущих в храме не пропал и значит предатель был по-прежнему здесь. Это не укладывалось в голове, в том числе и у Минлу. Как её многомудрые, дальновидные, всезнающие учителя не разглядели безобразного червя подлой измены в сердце одного из окружающих их людей? Ей представлялось это невозможным. Однако вскоре ей пришлось изумляться своим учителям уже по другому поводу. Как только все немного успокоились, всем стало совершенно ясно, что единственный путь к спасению это отправить хранительницу за Шивтаком. Её связь поможет ей найти Ключ и вернуть в храм. Это было логично и очевидно. И хотя Минлу сильно волновалась при мысли о том что ей придется впервые в жизни оказаться, так сказать, в большом мире, вне защиты стен родной деревни, родного храма, долины или библиотеки, но все же она успокаивала себя тем, что рядом с ней будет один из её учителей. Она, конечно, понимала, что все пять мастеров не отправятся с нею, у них была масса обязанностей перед храмом и Кирмом. И оставалось только дождаться их совещательного решения кто из них составит ей компанию. Собрание наставников длилось необычно долго, но Минлу не беспокоилась. Она любила и уважала их всех и кто бы с ней не пошел, она в любом случае будет рядом с ним как за каменной стеной. Но всё же в целом ей казалось что самой подходящей кандидатурой был бы учитель Юн Фай. Насколько она знала он гораздо более других успел поскитаться по свету, владел практически всеми языками Шатгаллы, слыл знатоком человеческих душ, являлся признанным мастером меча и непревзойдённым кулинаром, имел глубочайшие познания в анатомии и физиологии, и кроме того был самым молодым из всей пятерки настоятелей. И когда именно он пришел к Минлу чтобы объявить решение собрания, она не сомневалась он и есть тот кого назначили ей в спутники. И заранее безумно обрадовалась и чуть не бросилась ему на шею. Но конечно сдержалась, ибо её манеры были вышколены не менее дотошно чем боевые движения искусства До Шу. Когда же Юн Фай сообщил ей что она отправится на поиски Ключа одна, Минлу решила что он шутит, он славился своим несколько порой странным юмором. Но мастер глядел на неё с какой-то необычной светлой задумчивостью и на губах его не было ни следа улыбки. Лишь темные глубокие глаза казалось озарены теплым сиянием, в котором при желании можно было угадать искорки некоторого озорства. "Что вы такое говорите, учитель?!", изумленно воскликнула девушка, отказываясь верить своим ушам. Но он снова повторил, что храм она покинет одна и что ей нужно торопиться. "Но как же так?", замирая от ужаса, пролепетала Минлу. Ей и в страшном сне не могло привидеться такое. Как же она там будет совсем одна, среди всех этих… людей?! И не людей. Почему, почему, требовала она, наставники приняли такое безумное решение. Юн Фай ответил нечто невразумительное, что, мол, это только её путь и пройти она его должна сама, и мастерам не следует ей мешать. За долгие годы, проведенные в храме, в окружении мудрых книг и таких же мудрых учителей, девушка привыкла к различной недосказанности, иносказаниям, аллюзиям, аллегориям, намекам, смысл которых следовало додумывать и расшифровывать или даже вообще придумывать и понимать как твоей душе угодно. Но сейчас её это определенно не устраивало и она потребовала объяснений. В ответ на её пылкость Юн Фай улыбнулся и сказал, что ей никто не нужен чтобы найти Ключ и старые дряхлые мастера будут ей лишь обузой на её пути, к тому же в такие беспокойные времена как наши нехорошо разбивать единство пяти и подвергать храм еще большей опасности. Минлу слушала его и не слышала. Она не понимала как могут они отправить её, столько лет окруженную заботой и вниманием, выращенную как оранжерейный цветок, в мир где она никого не знает и ничего не понимает, где первый же встречный негодяй ограбит её, изнасилует и убьет. Ей было страшно и она честно призналась в этом учителю. Но тот ответил, что её наставники совершенно уверены что она обладаем всем что необходимо для того чтобы пройти этот путь и что Вселенная мудрее всех человеческих ухищрений, предосторожностей и замыслов и если Ключ покинул храм, значит это для чего-нибудь нужно и лишь следуя судьбе она обретет судьбу. Услышав про Вселенную и судьбу, Минлу поняла что всё кончено и ей придется идти одной.

Прошло десять с лишним месяцем странствий, испытаний, нескончаемой погони за Ключом и теперь, девушка улыбнулась в темноту, мастер Юн Фай вряд ли бы нашёл в ней ту робкую аккуратную изящную девочку, испуганно глядящую на него после слов что ей придется покинуть храм в одиночестве. Не то чтобы она стала безумно храброй, нахальной, развязанной, дерзкой, нет, ни в коем случае, но кое-что в ней определенно изменилось. Она припоминала все недоразумения, нелепости, глупости, конфликты, стычки, столкновения, в которые она попадала за все эти десять месяцев, а также и перебранки. "Да-да, мастер Юн Фай, ваша юная наивная ученица теперь знает немало бранных слов и, если