'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

первый же день пребывания в нави, когда Ян привел меня в свой здешний дом, перед тем как туда явилась Дивия и напала на нас.

– Зачем она это делает? – спросила я. – Что ей нужно?

– Понятия не имею. Давно она терзает тебя?

– Да. Начала еще перед тем, как Дивия обернула меня в озерницу.

– Тебе следовало кому-нибудь рассказать, – отрезал Константин.

– Я решила, что мне мерещится, – мгновенно парировала я, почти не пугаясь его общества, вероятно, начиная к нему привыкать. – Но поняла, что какие-то видения правдивы, и ужасно встревожилась из-за того, что схожу с ума. Я полагала, что я… Алена.

На миг, как раз после того, как я произнесла это имя, часовня озарилась, полыхнув красным свечением.

– Нужно бы сообщить Яну, – послышалось от Гая.

– Она может желать ему зла? – забеспокоилась я. – Пытается добраться до него через меня?

Он изначально не хотел, чтобы мать узнала о его возвращении домой. Он плохо о ней отзывался, а мне до сих пор были неведомы причины и суть семейного конфликта. Знала только, что мать и отец – Морана и Чернобог – противостояли детям. А те вот-вот собирались отправиться во владения отца в ад, о чем Морана теперь могла быть осведомлена из моих мыслей, ведь проводила там уйму времени.

– Вреда ему она не причинит, – отозвался Гай, – а вот если бы хотела помешать его планам, то уже сделала бы это. Но многое изменилось. Сейчас она не со Смогом.

– Почему мать выбрала ее? – Голос Константина буквально царапал каменные стены. – Зачем показывает ей то, что показывает?

– Наверняка у нее какие-то свои цели, – начал рассуждать Гай. – Возможно, не воинственные. – Он обратился ко мне: – По какой-то причине она хочет дать тебе знание о нашей семейной истории. Можно я взгляну, что она уже успела натворить?

У меня не было шанса и времени раздумывать и выбирать. Смерть проникала в мой разум, подглядывала за моей жизнью и пичкала фрагментами чужих.

Смерть, забравшая мою семью.

Смерть, которая однажды заберет и меня. И несомненно, она забирала и раньше – в прежних жизнях – и, безусловно, не раз.

Смерть, которая являлась матерью моего Яна.

Я кивнула, соглашаясь.

Мягкие шаги босых ног Гая были неумолимы. Мановением руки он попросил меня встать. Пытаясь сохранить равновесие, я покачивалась от неуверенности, шока, душевных потрясений и физического удара об пол в библиотеке, который состоялся по желанию Мораны – она просто выключила меня, – чтобы навязать новые сны.

Гай поднес обе ладони к моим вискам, приложив к ним кончики пальцев. И попросил не бояться. Но страх уже отступил, ведь нечто подобное со мной делал Ян, когда я попросила его стереть воспоминание о том, как волки на моих глазах убивали родителей, вернувшееся позже из-за магического воздействия Дивии.

Мы смотрели друг другу в глаза, когда Гай касался моих мыслей. Я не ощущала его присутствия в голове, пока картинки не начали мелькать перед внутренним взором. Теперь я понимала, что это означает: он проник внутрь моей памяти.

И я снова увидела все воочию. Отрывки были яркими, они будто концентрировались на Константине, зацикливались на нем так сильно, что Гай увязал в видениях, с трудом перебираясь в другие. И когда он преодолевал барьер – синюю туманную стену, очерчивающую границы моего синего сна на берегу озера, отделяющую Константина от других членов семьи, я вдруг сообразила, насколько же сильно была сосредоточена на Алене, что не увидела остального.

Но Гай непредвзятым взглядом заметил это – наше бесконечное взаимодействие с Яном, которое было для меня привычным, где-то обыденным, но крайне важным.

И взаимодействие Яна с остальными, порой пугающее меня. А также его боль, когда и он очутился в клетке, его муки.

Вот почему он был таким, какой есть сейчас: ни к кому в принципе не привязывался, ценил свободу и бежал от прошлого.

Я осознала, от чего он столько лет уклонялся – в снах содержался ответ. Морана пожелала показать мне Яна.

Морана хотела, чтобы я узрела его суть, нутро. Как странно.

Причина ее вторжения в чертоги моего рассудка была неочевидной. Она словно воспроизводила в моей голове ожившие иллюстрации обо всей их семье. Показывала Яна и события, которые случились – то, чего он не говорил мне. И не сказал бы.

Я увидела, что он скрывал долгие годы и в чем не решился бы признаться сам.

Намерения Мораны касались того, чтобы я имела полное представление о нем. Возможно, она почувствовала, как я к нему отношусь. Видела нашу дружбу, начавшуюся с первых лет моей жизни, и то, как трепетно мы относимся друг к другу. Она уловила нашу связь.

Гай отпустил меня.

– Значит, она хочет, чтобы я узнала Яна, – робко шепнули мои губы.

– Похоже на то. Пожалуй, в каком-то смысле ты всегда была в безопасности. Она находилась рядом с того момента, как вы ступили на землю рубежа и предвестница вас заприметила. Не желая тебе зла, она в некоей степени присматривала за тобой.

Наверняка Морана сильно напортачила, ведь Ян злился на нее давно. Что, если она хочет что-то исправить?

– Прошу, Гай, пусть она не заблуждается – мы все в опасности, пока Морана рядом, – стальным тоном отчеканил Ян, возникший в дверном проеме.

Вот и он – мой дракон. Радужки горели ультрамариновым успокаивающим свечением, Ян стоял – в черной шелковой рубашке – и смотрел на меня в упор, я же застыла как вкопанная, продолжая кутаться в его камзол.

Он пришел сюда вместе с Валентиной, возвращаясь из зала совещаний. Внезапно Ян ринулся ко мне. Приблизившись, взял за руку.

– Морана – вовсе не та, кем пытается предстать перед тобой, – произнес он, называя мать строго по имени. И обратился к братьям: – Если ее план заключается в том, чтобы из-за меня терзать Аву назойливыми образами, то надо показать ей все от начала и до конца и закончить игру.

– Я не настаиваю, – шепнула я, позволяя ему переплести наши пальцы.

Ему ведь так сложно говорить о прошлом и даже мимолетно касаться его.

– Покажи ей все, Гай, пока нас не будет.

«Он не хотел, – пронеслось у меня в голове. – Не хотел шагать в прошлое. Не желал самолично открывать мне правду, хотя мог. Но приглашал меня прогуляться по собственной жизни».

– Ян, ты же понимаешь, что таким образом мама пытается обратить на себя твое внимание? – спросил его Гай напоследок, когда рука собравшегося уходить Яна выскальзывала из моей. – Вдруг на сей раз она хочет помочь? – прибавил Гай,