Заземелье. Романы 1-6 - Терри Брукс

Правосудие вершилось равнодушно и наспех. Гонцы с важными вестями являлись с огромным опозданием. Послания составлялись писцами кое-как. Семейная жизнь шла не лучше общественной. Мужья и жены не обращали внимания друг на друга и на детей. Уборку не делали, немытой посуды накапливалось горами. Чистой одежды не было ни у кого. Собаки и кошки бегали голодными.

Причина такого запустения ни для кого не была секретом. Все свободное время каждый проводил, глядя в свой кристалл мысленного взора.

Просто поразительно, насколько быстро вся жизнь пришла в упадок, когда всеми овладела страсть к кристаллам. Одна неполадка влекла за собой следующую, и вскоре получился эффект домино. Работа подождет, думал каждый. В конце концов всегда существует завтрашний день. И к тому же работа — это скучно.

Работа — это утомительно. Рассматривать нутро кристалла несравненно интереснее и приятнее. Просто изумительно, до чего быстро летит время за этим занятием. Да ведь целые дни проходят как одно мгновение!

Так все и шло. И потеря одного дня влекла за собой потерю следующего. Все окончательно посходили с ума, и каждый только и делал, что сидел, уставившись в кристалл. Абернети где-то в глубине души, где еще мерцали, словно угасающая свеча, остатки здравого смысла, понимал, что все, происходящее с жителями Заземелья, происходит и с ним тоже. Но он также не мог отказаться от своего кристалла ни на одну секунду. Не сегодня… Может быть, завтра. Да и вообще, все не так уж и плохо, правда?

О Боже! Ну конечно, все было именно плохо. И с каждым днем становилось еще хуже. Абернети первым обнаружил, насколько плохо обстоят дела. Однажды утром две недели спустя после отъезда из Риндвейра он проснулся, сунул руку в карман, достал оттуда свой кристалл, вызвал свое самое любимое видение — и на его глазах драгоценный камень вдруг стал горсткой праха. Он уставился на свою ладонь сначала недоверчиво, потом испуганно и, наконец, в отчаянии. Он ждал, не составится ли кристалл заново, но нет, остался кучкой праха. Пес отнес его Хоррису Кью, отчаянно надеясь, что тот все исправит. Но Хоррис понятия не имел, что случилось. Может, кристалл оказался неудачным, предположил он, тогда даст Абернети новый.

Но когда он открыл сундук, чтобы достать кристалл мысленного взора, тот оказался пуст. И второй сундук тоже. Там не осталось ни единого кристалла, хотя Абернети был уверен, что накануне или по крайней мере два дня назад они там были. Но точно никто не мог сказать. Могло ли так получиться, что они раздали все кристаллы, сами того не заметив? Куда исчезли все кристаллы?

Они дошли уже до восточных границ Зеленого Дола, посетив почти все его уголки и некоторые части Мельхора. Пришлось быстро поворачивать назад. Может, на обратном пути кристаллы найдутся, с надеждой предположил Абернети, стараясь не проявлять слишком сильного беспокойства. Он чувствовал, что Хоррис и эта глупая птица жадно ловят каждое его слово. Может быть, согласился Хоррис. Да, вполне возможно. Но, судя по его словам, он не очень-то в это верил.

Пока Абернети, Сапожок, Хоррис и птица возвращались обратно, появились новые слухи. Кристаллы повсюду начали превращаться в прах. Люди пришли в ярость. Что происходит? Что они будут делать без своих видений? Летаргия сменилась волной насилия. Соседи перессорились друг с другом, пытаясь выпросить, одолжить или отнять силой кристаллы, которые бы заменили те, что они потеряли. Но кристаллов ни у кого не осталось. Все оказались в одинаково ужасном положении: они лишились того, что поначалу было всего лишь развлечением, но очень быстро превратилось в жизненную потребность. На несколько дней люди словно озверели — налетали друг на друга, охваченные гневом и отчаянием, разыскивая кристаллы. А потом они сделали то, что люди всегда делают, когда испытывают достаточно сильное раздражение, — они обратились против правительства. В этом случае их гнев пал на лордов Зеленого Дола. Разве это не они разрешили раздачу кристаллов, с самого начала содействуя ей? Значит, они должны знать, где можно взять новые.

Народ решительно направился к замкам и крепостям своих лордов, намереваясь потребовать, чтобы им вернули исчезнувшее.

Абернети уже тогда следовало бы понять, к чему все идет, но он все еще не оправился от травмы, вызванной потерей его собственного кристалла, и не мог больше ни о чем думать. Он подавленно плелся по дороге, пытаясь представить себе, какой станет жизнь, если в ней не будет кристаллов и видения исчезнут навсегда. Такая перспектива его просто ужасала. Он едва замечал остальных и не обращал внимания на их действия. Когда Хоррис и его птица начали обеспокоенно перешептываться и тревожно озираться, он не увидел этого. Когда к ним присоединился незнакомец в черном плаще, который то был рядом, то снова исчезал, он не осознал этого. Даже когда из разведки вернулся Сапожок, прошипевший ему, что незнакомец весьма подозрительный, Абернети почти его не услышал. Эти заботы его не трогали: он был поглощен своим личным горем, мог вот-вот уйти из реальности.

Прибыв в Риндвейр, они обнаружили такое смятение, что чуть было не прошли мимо замка. К этому моменту у них совсем не осталось припасов, и им очень хотелось выяснить, сохранил ли Каллендбор свой запас кристаллов. Пробившись сквозь осаждавшую ворота толпу и войдя внутрь крепости, они убедились, что, похоже, там все было в полном порядке. Каллендбор встретил их с эгоистичным равнодушием, коротко поздоровался с ними, а потом мгновенно исчез. Кажется, с его кристаллами ничего не случилось. Непонятно было, почему они остались целыми, когда все остальные превратились в прах. Это оставалось тайной, но они считали неразумным пытаться эту тайну разгадать. Они планировали провести в замке ночь, пополнить свои запасы и с первыми лучами солнца уйти к Чистейшему Серебру. Решили, что задерживаться не станут. Никому из них не хотелось быть в замке, если с кристаллами Каллендбора что-то случится.

Абернети поднялся в отведенную ему комнату и не выходил оттуда. Он не был голоден, так что к обеду не спустился. Ему хотелось как можно меньше видеть Каллендбора. Сапожок исчез почти сразу же, как только они попали в замок, и Абернети не знал и не интересовался, куда подевался кобольд. Сапожок не попал в плен к кристаллам и их видениям. Как почти все кобольды, он не интересовался магией и не доверял никакому волшебству, так что с самого начала отказался им пользоваться. Предоставив Хоррису и Абернети заниматься крупномасштабной раздачей кристаллов. Сапожок все время проводил, рыская по Заземелью в поисках пропавшего Бена Холидея.