Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

МОЕМ доме. А во-вторых, ты не получишь своих денег в случае, если в скором времени тебя уже не будет на этом свете. Чтобы вступить в права на наследство, мне нужно убрать с дороги всех, кто стоит в очереди передо мной. То есть своих племянников, которых твой папаша внес в завещание.

— А раз вы хотите убить меня и моего брата, тогда причем здесь моя бывшая девушка, будущая невестка и мама? — удивляется Эдвард. — Почему вы хотите их убить, если они ни в чем не виноваты и к наследству не имеют никакого отношения?

— О, Эдвард, какой же ты глупый… — Майкл запускает руку в свои черные волосы. — Неужели сам не можешь понять? Или строишь из себя идиота, у которого отсохли остатки мозгов?

— Я-то понимаю, только стоит ли игра свеч?

— Конечно, стоит, милый! Понимаешь, даже если ты и твой брат унаследуйте деньги и компанию, после вашей гибели вступить в наследство может либо твоя жена, либо супруга твоего брата. — Майкл задумывается на пару секунд, крепко сцепив пальцы рук. — Если бы твои родители не развелись, то все деньги по закону принадлежали бы твоей матери. Но так как это произошло, она как бы здесь не причем… Как и твоя бывшая девушка…

— Тогда зачем вам трогать тех, кто не является членом семьи МакКлайф? Уж мою бывшую девушку вы могли бы оставить в покое! Убьете вы ее или нет, но это ни на что не повлияет. Только лишь принесет горе тем, кто ее любит. Точно так же, как и в случае с невестой моего брата.

— О, а разве тебя это волнует? — удивляется Майкл. — Ты же вроде считаешь ее грязной проституткой, спящая со всеми мужиками? Ты сам об этом рассказал, когда я упомянул эту девчонку!

— Мне плевать на нее. Я просто не хочу, чтобы кто-то, не имеющий отношения к этой истории, пострадал. Это было бы слишком несправедливо!

— Ну значит, не так уж тебе наплевать. А иначе бы никак не отреагировал на мое желание уничтожить ее.

— Думайте что хотите. Но если вы тронете ее или мою мать, то я не отвечаю за себя. Клянусь, дядя Майкл.

— Хочешь ты этого или нет, но все людишки, окружающие тебя, будут уничтожены. Неужели ты все думаешь, что я раскаюсь в своих поступках, сдамся и даже прощения попрошу? Не будь таким наивным дебилом, Эдвард! Выкинь все свои мечты из башки! Хватит витать в облаках и верить, что в мире всегда побеждает добро. Я не собираюсь играть с тобой в игры.

— Что ж… — Эдвард присаживается на стул и на несколько секунд призадумывается. — Теперь мне все понятно! Вы просто хотите убрать всех со своего пути, чтобы немного отвести душу и истребить всех членов семьи МакКлайф.

— Ну да, убивать людей оказалось приятным занятием. Особенно если эти люди — твои заклятые враги или те, кто окружает какую-то тварь, что испортила тебе жизнь.

— Зачем вам нужны эти деньги? Вы и так сперли полным-полно бабла! Ваш сейф полностью ими забит, а на вашем счете в банке лежит баснословная сумма! Неужели вы решили приобрести себе золотые туалеты, ванные и раковины? Или отделанный бриллиантами смартфон? Не уж-то метите на первое место в рейтинге самых богатых людей планеты, согласно изданию Forbes?

Глава 53

— Однажды я попаду в этот список и стану не только самым богатым человеком планеты, но еще и получу звание человека года, — с гордо поднятой головой уверенно заявляет Майкл.

— А за какие заслуги вы собирайтесь становиться человеком года? Даже если вы пожертвуйте некоторую сумму на благотворительность, это не станет великим поступком, ибо многие богатые люди это делают. Хотя для вас лично это стало бы… Так что я бы предложил вам сделать хоть что-то доброе и полезное для детей, живущих в приютах, животных — в питомниках или тяжелобольных людей.

— Благотворительность — пустая трата времени, — фальшиво улыбается Майкл и аккуратно поправляет воротник своей белоснежной рубашки. — Если кому-то нравится этим заниматься — пускай. А лично я предпочитаю вкладывать деньги во что-то более существенное. Например, в расширение бизнеса… У меня есть огромные планы по усовершенствованиям, которые принесут мне еще больше денег.

— Да, вам больше нравится платить своим сообщникам за то, что те преследовали моих родственников и угрожали им. Или отстегивать кругленькие суммы, чтобы вы смогли выйти сухим из воды, чужими руками убивая тех, кто вам мешает.

— А мои сообщники, как ты их называешь, получают очень хорошие деньги. Никто ни на что не жалуются, и я рад, что смог помочь им. Многие из них, кстати, подыхали от голода и жили в нищете. Но благодаря мне у них появилась почва под ногами, и они знают, что если будут продолжать работать на меня, то я всегда помогу им в личных делах.

— Потому что они такие же жадные и злые, как и вы, — уставляет на Майкла свой холодный и презренный взгляд Эдвард.

— Нет, Эдвард, такие же жадные и злые, как ТЫ! — Майкл указывает пальцем на Эдварда. — И кстати, ты разве не знаешь, что нехорошо оскорблять человека, если у тебя и самого полно скелетов в шкафу? Я ведь мог бы рассказать о тебе гораздо больше, чем сейчас известно твоим родственникам. Мы оба знаем, какие грешки ты совершил…

— О, я вам скажу больше: убийство человека с целью получения наследства тоже никого не красит. Даже если вы делайте это чужими руками, вам все равно придется отвечать как организатор преступлений. И если полиция вас арестует и докажет вашу вину, то вас могут обвинить по куче статей, которые предусматривают огромный срок лишения свободы. Вплоть до пожизненного. А если бы у нас существовала смертная казнь, то вас бы следовало сразу же приговорить к ней.

— Никто ничего не сможет доказать. Нет трупа и свидетелей нет — нет доказательств. Мои люди работают очень аккуратно и никогда не оставляют после себя следов. Среди моих подчиненных есть профессиональные киллеры с огромным стажем работы. Могли бы грохнуть даже звездульку, которую со всех сторон окружают двухметровые охранники.

— Естественно! Какой дебил додумается грабить, убивать и покушаться средь бела дня? Для таких преступлений идеально подходят безлюдные места, расположенные вдали от города. Как раз в одном из таких мест людишки, обожающие лизать вам зад, и пытались грохнуть меня. Только вот один из этих гадов промахнулся, когда пихал в меня свой ножик. Надо было сразу в сердце ранить, чтобы точно не