"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич

А еще прочитал, как смекалистым русским воинам удалось предотвратить возведение понтонной переправы на Куре в районе станицы Покровской путем подрыва её брандерными суденышками сразу в нескольких местах. В другой газете описывался подвиг казака Семена Духонина. Этот герой умудрился загнать телегу, груженую динамитом аж на середину практически готовой переправы, затем поджег огнепроводный шнур и сумел спастись, прыгнув в воду.

Впрочем, долго это затянувшееся противостояние продержаться не могло. Рано или поздно более чем стотысячной группировке Надир-шаха удастся форсировать реку. В этом случае генералу Измайлову придется принимать нелегкое решение оставить занимаемые позиции и, как можно быстрее отводить полки на север, чтобы избежать их окружения и окончательного разгрома.

Ситуацию может спасти только скорейший ввод на территорию Азербайджана двух формируемых под Астраханью дивизий. Однако информация о степени готовности этих войск к боевым действиям в газетах умалчивается, а также не называется дата отправки их на фронт. Военная тайна, мать её за ногу! Хоть бы слухи какие распускали патриотические. Пора царю озаботиться созданием какого-нибудь ГПУ, для дезинформации противника и способствованию подъему патриотических настроений в широких народных массах.

На астраханский речной вокзал прибыли в полном соответствии официальному расписанию. Поскольку тяжелых баулов при мне не было, на дощатую пристань сошел одним из первых. Впрочем у сходней пришлось немного задержаться, уступив дорогу какому-то весьма энергичному юноше в черной парадной форме с двумя небольшими лейтенантскими ромбами на серебристых витых погонах и эсэсовской фуражке со стилизованным изображением птицы Феникс на кокарде — официального герба Российской Империи. Вот у кого добра было знатно, одних сундуков пять штук, судя по страдальческим физиономиям палубных матросов, осуществлявших выгрузку, внутри находилось что-то весьма тяжелое. А лейтенант только грозно покрикивал на неуклюжую матросню. В результате этих понуканий один из сундуков едва не улетел за борт.

Пустобрех — я про себя охарактеризовал молодого офицера. Однако, присмотревшись повнимательнее, обнаружил у крикуна нехилый чародейский Дар. А еще (ну ни хрена ж себе!) истинный облик юноши был сокрыт магической личиной, да такой качественной, что не всякому чародею дано понять, что это не натуральный облик парня. Интересно, где же такие искусники водятся?

Первой мыслью было — вражеский шпион. Однако, пораскинув мозгами, решил для себя, что вряд ли кто-то станет посылать разведчика под магической личиной. Скорее всего, публичная персона, которой шарахнула в башку блажь поучаствовать в войне, чтобы потом хвастаться перед фанатами как кровь в боях за родину проливал. Может артист какой популярный, знаменитый писатель или поэт.

Соваться под личину, чтобы посмотреть на истинное лицо офицера я не рискнул. Да ну нафиг, копаться в чужой волшбе, к тому же, весьма мастерской! Хочет человек сохранять инкогнито и пусть себе сохраняет.

Кстати, насчет магии, с печатным творением господина Серова А. Н «Чародейское искусство глазами одаренного, личные наблюдения и впечатления» я успел ознакомиться за время путешествия по Волге и ничего для себя полезного оттуда не почерпнул. Бо̀льшая часть книги посвящалась перечислению великих деяний славного рода бояр Серовых, остальное — глубокомысленным и весьма велеречивым рассуждениям автора об истинных истоках чародейских способностей людей. Короче говоря, псевдонаучное словоблудие, абсолютно не проливающее даже скромного лучика на саму суть столь загадочного явления.

В заключении своего опуса автор сделал вполне закономерный вывод о том, что чародейство подвластно в полной мере лишь ведунам. Ведуны же, рождаются крайне редко и делиться с кем-то из посторонних своими знаниями не желают. Из-за столь эгоистического поведения высших одаренных, в мире не существует стройной теории магии. Вот такие мы ведуны нехорошие, не желаем, видите ли, тратить время и силы ради всеобщего блага человечества.

Из прочитанного я сделал однозначный для себя вывод: нужно сидеть тихо, не выпячиваться со своим ведунством и держаться подальше от всех, кто считает продвинутых чародеев кому-то и непонятно за что должными. Но самое главное, не пересекаться с ведунами, вмиг захомутают и заставят пахать аки пчелку исключительно ради их собственной пользы. Подозреваю, что по сравнению хотя бы с самым неопытным ведуном я пока что ноль без палочки. Взять хотя бы наведенную на парня личину. Я бы так не смог. Значит сидим, шифруемся и дышим через раз неглубоко и негромко.

Наконец вещички юного лейтенанта были погружены в пароконную коляску и сам он укатил с ветерком. Проход освобожден. Покинув судно, я вышел на площадь при речном вокзале. Попытка поймать извозчика, на худой конец телегу не увенчалась успехом. Пришлось топать семь верст на юг в расположение второго полка сорок пятой пехотной дивизии генерала Краснова.

В своей первой жизни по работе мне доводилось несколько раз побывать в Астрахани. Что сказать? Город, хоть и утопающий в зелени, мне не понравился тогда из-за жары и обилия насекомых летом и непролазной грязи, особенно в частном секторе зимой. А еще мусор на улицах и специфический запах гниения круглый год. Тем более мне не пришлась по душе Астрахань девятнадцатого века. Если в центре у кремля было относительно благоустроено, даже торговая площадь замощена диким камнем, буквально в двух шагах дорога превращалась в кисель. Осень, достаточно двух-трех дождей по здешним глинам, чтобы сделать дороги практически непролазными. Обширные лужи приходилось по большей части обходить стороной и вообще лучше шагать по обочине. Специфический смрад от гниющих фруктов и овощей присутствовал здесь повсюду. А еще духота. Оно бы скинуть гимнастерку, да не получится, мигом закусают злющие мухи и комарье. Отойдя подальше от шумной центральной части, я создал несложный магический конструкт, чтобы нос уберечь от здешней вони, а тело от влажной духоты и укусов летающих тварей.

Сразу на душе стало хорошо и благостно. Лужи и скользкая глина под ногами теперь не так уж сильно мешали моему передвижению. По пути пару раз пришлось обращаться к услугам местных лодочников, готовых за алтын (три копейки) перевезти всякого желающего на другой берег очередной волжской протоки, коих здесь немало. Когда-нибудь и здесь понастроят множество мостов, как в той прежней реальности и профессия лодочника канет в Лету. Вот только мне вряд ли светит дожить до этих светлых дней.

Через пару часов меня остановил армейский патруль. Как и полагается, проверили документы и показали точное направление к нужному мне месту.

Штабы дивизии и моего полка располагались на невысоком холме с которого открывался захватывающий вид на бескрайний палаточный городок, окруженный бревенчатым частоколом. Что-то наподобие расположения римского легиона. На специально отведенных площадках за территорией городка бойцы занимались строевой подготовкой, беготней и стрельбами. Все правильно, в армии праздношатающийся солдат — угроза безопасности государства. Поэтому главная задача отцов-командиров всех рангов обеспечить правильное времяпрепровождение своих подопечных.

Командиром нужного мне войскового подразделения оказался подполковник Милославский-Дружинин Виктор Иванович. Мужчина за пятьдесят располагающей наружности — эдакий полноватый живчик с добрым крестьянским лицом на котором особенно выделялся нос-картофелина в неглубоких но многочисленных оспинах. При моем появлении комполка необычайно возбудился, подбежал, лично пожал мне руку.

— Воронцов! Ну как же, ждем, не дождемся тебя, сержант! Прокопий Митрофанович в самых лестных выражениях отзывался о твоих подвигах в сержантской школе! Так вот, молодой человек, — немного успокоившись продолжил Милославский-Дружинин, — неделю назад в армию поступил циркуляр об организации в каждом полку отдельного взвода снайперов для более эффективной борьбы с вражескими офицерами и чародеями. Видите ли, там наверху, — подполковник вытянул над головой правую руку, — решили позаимствовать опыт германских снайперов-шарфшутце[20], успешно действовавших в Южной Африке против превосходящих сил англичан. Генерал-лейтенант не только лестно отзывался о твоих стрелковых успехах, он настоятельно рекомендовал именно твою кандидатуру на должность исполняющего обязанности командира отдельного взвода снайперов моего полка.