Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

— Но не убивать, — понятливо уточнил боцман.

— Именно. Нам не нужны лишние проблемы с властями. Пусть дежурят до рассвета, даже если уже никого не будет… Хотя нет… когда все разойдутся, пусть и они возвращаются на корабль, но оставят пару человек потолковей — могут понадобиться… Так, еще… когда стемнеет, зажжешь красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиолетовый фонари на корме — именно в такой последовательности, чтобы были видны со стороны моря… Сможешь? Все цвета есть на борту?

— Так точно Господин! Не изволь сомневаться!

— Хорошо. Мы в каюте, как только появится Брамс, немедленно доложить. Пока все. Хотя нет… Через склянку дай вознице, — Шэф протянул боцману серебряную монету, — и пусть катится ко всем чертям. Выполняй.

— Проследить?

— Не надо. Вопросы есть?

— Никак нет Господин!

Глава 31

— Надеюсь, он хоть грамотный, этот чертов некромант, — проворчал командор, вытаскивая «тельник».

— А что бывают неграмотные маги? — удивился Денис.

— Да нет… — это я так… от волнения — больно уж операция неподготовленная — вот и нервничаю… — это заявление любимого руководителя до того потрясло Дениса, что он не нашелся, что ответить и продолжил молча наблюдать за действиями главкома.

— Печатай обложку и первые несколько листов, какой-нибудь книги из сундука, — приказал верховный главнокомандующий боди — компу.

— Какой именно? — уточнил «тельник».

— На твой выбор.

— Самую тонкую, — проявил самостоятельность представитель сгинувшей цивилизации, но тут же попытался переложить бремя выбора на Шэфа: — а сколько листов печатать?

— Тебе переводить, — не дал сбить себя с толку главком, — решай сам…

— Двадцать хватит, — принял окончательное решение «тельник».

— Пардон, не понял… — влез в разговор Денис

— Чего именно?

— Как двадцать напечатанных листов помогут ему, — Денис кивнул на «тельник», — с переводом?

— Дык, елы — палы, Дэн, чего здесь непонятного — нам переведут эти двадцать листов и «тельник» получит билингву… Надеюсь, что такое билингва, тебе объяснять не надо? — съехидничал главком.

— Не надо, — идентичный текст на двух языках.

— Маладэц!

— Шэф, — не дал сбить себя с толку Денис, — Не надо мне втирать про билингву — с билингвой любой дурак переведет. Вопрос в том, откуда она возьмется. У тебя что — переводчик есть? Кто переводить-то будет? — консул? Так это вряд ли… да и вообще — мы же его собираемся…

— Дэн, там посмотрим… — уклонился от прямого ответа верховный главнокомандующий. — Не торопись… будет день — будет пища… Сколько грамотных некромантов надыбаем, столько переводчиков и задействуем.

На этом главком счел объяснения исчерпывающими и затем молча, в течении нескольких минут, Шэф, Денис и «тельник» имитировали работу принтера: главком укладывал боди — комп на очередной лист бумаги, через мгновение на листе появлялось изображение очередной страницы колдовской книги, затем главком переворачивал бумагу чистой стороной вверх, а «тельник» печатал следующую страницу. На долю Дениса осталась укладка отпечатанных листов в аккуратную стопку. Но и во время этого увлекательного занятия, он от главкома не отставал:

— Шэф, а к чему такой ажиотаж с переводом? На Тетрархе переведут, если чё.

— К чему говоришь… Тебе не кажется, что играя в карты, хорошо бы знать, что у тебя на руках? А то представь: играешь в дурака и не знаешь ни мастей, ни названия карт, ни старшинства, и что в результате? — задал командор риторический вопрос, и сам же на него ответил: — А в результате, ты всегда остаешься в дураках… — Он немного помолчал и продолжил: — Но, это так сказать — теория, а на практике, мы же не собираемся оставлять эти книги себе, мы же не маги, мы их будем продавать и поэтому желательно знать их истинную цену. Может это единственный экземпляр «Истинных Книг Тьмы» и цена их зависит только от платежеспособности покупателя, а может это просто сборник воспоминаний знаменитых некромантов и цена ему, как полному собранию сочинений Владимира Ильича Ленина.

— И какая цена этого собрания сочинений? — полюбопытствовал Денис.

— Даром не надо, — лаконично объяснил Шэф.

— Понятно…

Слаженная команда, состоящая из Шэфа, Дениса и «тельника» уже заканчивала печать, когда в дверь каюты постучали и раздался голос боцмана:

— Господин! Все готово.

— Это хорошо! — отозвался Шэф, — подожди секунду. — Он приладил «тельник» на место штатного базирования, застегнул рубаху и крикнул: — Заходи!

После того как дверь открылась, выяснилось, что нужно было говорить не «Заходи», а «Заходите», потому что на пороге стояло три человека: Хатлер, Брамс и незнакомый компаньонам щуплый матросик.

Никто из них в капитанской каюте никогда не был, и поэтому посетители стали с естественным интересом озираться, разглядывая шикарный интерьер, но, разумеется, долго тешить свое любопытство главком им не позволил:

— Идите к столу и показывайте, где логово консула и где этот чертов трактир «У трех повешенных».

Боцман легонько подтолкнул щуплого в спину:

— Господин, это Пепе — он знает, где консульство — проследил.

— Молодец, — обратился командор к щуплому, — показывай.

Тот некоторое время внимательно разглядывал макет Бакара, пока не нашел «печку» от которой можно было начинать танцевать:

— Ага… ага… вот они, — удовлетворенно сказал он, ткнув в карту пальцем, — овечьи ворота…

— Овечьи? — удивился Денис.

— Так точно, Господин! Через них скот на скотовозы гонят… — он было вознамерился продолжить рассказ об особенностях мясомолочного экспорта Бакара, но был остановлен верховным главнокомандующим.

— Не отвлекайся, — попросил Шэф.

Пепе принялся водить пальцем по карте, время от времени задерживаясь в каких-то, одному ему ведомых местах. Остановившись, он приближал изображение, некоторое время разглядывал подробности, затем удовлетворенно хмыкал и продолжал «путешествие». Наконец палец его замер.

— Вот! — торжественно провозгласил он, удерживая палец на макете.

— Что конкретно? — осведомился Шэф.

— Дом консула.

— Замечательно… — с этими словами, верховный главнокомандующий приблизил изображение и некоторое время разглядывал шикарный трехэтажный особняк, с немаленьким садом, окруженный высоким каменным забором.

— И забор такой? — поинтересовался он у Пепе.

— Точь — в-точь!