Танец с драконами - George Martin

– Нет, – сказал Квентин, покраснев, – но…

– Даарио убил бы Хиздара в один момент, если бы осмелился, – продолжил сир Барристан. – Но не ядом. Ни за что. И в любом случае, его здесь не было. Тем не менее, Хиздар с радостью приписал бы ему ту саранчу… но королю, возможно, всё ещё понадобятся Вороны-Буревестники, а они не будут служить убийце своего капитана. Нет, мой принц. Если его величеству понадобится отравитель, он посмотрит в вашу сторону, – старый рыцарь сказал всё, что можно было открыть без риска. Через несколько дней, если им улыбнётся удача, Хиздар зо Лорак перестанет править Миэрином… но никому не пойдёт на пользу, если принц Квентин пострадает в предстоящей резне. – Если вы должны оставаться в Миэрине, лучше держитесь подальше от двора и надейтесь, что Хиздар о вас забудет, – завершил сир Барристан. – Но выбрать корабль в Волантис было бы мудрее, мой принц. Какой бы выбор вы не сделали, я желаю вам удачи.

Не прошёл рыцарь и трёх ступеней, как Квентин Мартелл окликнул его.

– Барристан Смелый, так вас называют.

– Кое-кто.

Селми завоевал это имя десяти лет от роду. Новоиспечённый оруженосец, тщеславный и гордый собой, имел глупость вбить себе в голову, что может соперничать с опытными бывалыми рыцарями. Поэтому он позаимствовал боевого коня и кое-какие латы из запасов лорда Дондарриона и записался на турнир в Чёрной Гавани как таинственный рыцарь. «Даже герольд смеялся. Мои руки были так тонки, что, взяв копьё наперевес, я только и мог, что удерживать его, не давая наконечнику пропахать борозду в земле». Лорд Дондаррион был бы вправе стянуть юнца с лошади и отшлёпать, но Принц Стрекоз пожалел пустоголового мальчишку в доспехе не по росту и удостоил чести, приняв его вызов. Они съехались один раз – больше и не потребовалось. А после принц Дункан помог Барристану подняться на ноги и снял с него шлем.

– Мальчик, – возвестил он толпе. – Смелый мальчик. «Пятьдесят три года назад. Сколько из тех, кто присутствовал тогда в Чёрной Гавани, до сих пор живы?»

– Как, по-вашему, каким прозвищем меня наградят, вернись я в Дорн без Дейенерис? – спросил принц. – Квентин Осмотрительный? Квентин Малодушный? Квентин Трус?

«Опоздавший принц» – подумал старый рыцарь… но самое меньшее, чему учила служба в Королевской Гвардии – это держать язык за зубами.

– Квентин Мудрый, – предположил он. И понадеялся, что так и будет.

Глава 60. Неугодный жених

Уже почти наступил час призрака, когда появившийся наконец сир Геррис Дринкуотер сообщил, что ему удалось разыскать Боба, Книжника и Старого Костлявого Билла в одном из самых непривлекательных подвалов города, где те хлестали жёлтое вино, наблюдая, как обнажённые рабы убивали друг друга голыми руками и подпиленными зубами.

– Боб вытащил нож и предложил побиться об заклад, что дезертиры набиты жёлтым дерьмом, – рассказал сир Геррис. – Поэтому я дал ему золотой дракон, осведомившись, достаточно ли тот для него жёлтый. Он попробовал монету на зуб и спросил, что я хочу купить, а услышав ответ, убрал нож и поинтересовался, пьян я или свихнулся.

– Пусть думает, что хочет. Лишь бы доставил наше послание, – ответил Квентин.

– Это он устроит. Держу пари, вы даже встретитесь лишь для того, чтобы Оборвыш приказал Милашке Мерис вырезать тебе печень и зажарить с луком. Лучше бы мы послушались Селми. Когда Барристан Смелый советует бежать, умные люди обувают сапоги. Нужно найти корабль до Волантиса, пока порт ещё открыт.

При одном упоминании о корабле лицо сира Арчибальда позеленело.

– Никаких кораблей. Я скорее допрыгаю до Волантиса на одной ноге.

«Волантис, – подумал Квентин. – А потом Лис и дом. Обратно по своим следам, но с пустыми руками. Три храбрых человека погибли, и ради чего?»

Будет здорово вновь увидеть Зеленокровную, посетить Солнечное Копьё и Водные Сады, вдохнуть свежий горный воздух Айронвуда вместо мерзких горячих и влажных испарений Залива Работорговцев. Квентин знал, что отец не упрекнёт его ни словом, но глаза будут полны разочарования. Сестра станет его презирать, а Песчаные Змейки примутся насмехаться и провожать тонкими, как лезвие меча, улыбками. А лорд Айронвуд, названный отец, отправивший с ним в качестве телохранителя собственного сына…

– Я вас не держу, – заявил Квентин друзьям. – Мой отец поручил это дело мне, а не вам. Если хотите, отправляйтесь домой любым способом. Я остаюсь.

Громадина пожал плечами.

– Тогда мы с Дринком тоже остаёмся.

Следующей ночью у дверей принца появился Дензо Дхан с ответными условиями.

– Он встретится с вами завтра у рынка специй. Ищите дверь с пурпурным лотосом. Постучитесь дважды и скажите условное слово – «свобода».

– Договорились, – ответил Квентин. – Со мной будут Арч и Геррис. Он может привести двух мужчин, не больше.

– Как пожелаете, мой принц. – Вежливые слова, но тон был преисполнен злобного ехидства. В глазах певца войны притаилась откровенная насмешка. – Приходите на закате, и убедитесь, что за вами не следят.

Дорнийцы вышли из Великой пирамиды за час до заката на случай, если заблудятся по дороге или не сразу найдут пурпурный лотос. Квентин с Геррисом опоясались мечами, а Громадина закинул за плечи боевой молот.

– Ещё не поздно отказаться от этой глупой затеи, – напомнил Геррис, когда они пробирались по зловонному переулку к старому рынку специй. В воздухе воняло мочой, а впереди слышался грохот железных ободьев труповозки.

– Старый Костлявый Билл любит повторять, что Милашка Мерис способна продержать человека целый месяц на грани смерти. Мы им солгали, Квент. Использовали их для того, чтобы добраться сюда, а потом перебежали к Воронам-Буревестникам.

– По приказу.

– Да, но Оборвыш не подразумевал, что мы сделаем это по-настоящему, – возразил великан. – По нашей милости остальные его ребята – сир Орсон, Дик-Соломинка, Хангерфорд, Деревянный Уилл и прочие всё ещё сидят в темнице. Старому Оборванцу это не понравится.

– Верно, – согласился принц Квентин, – зато ему нравится золото.

Геррис рассмеялся.

– Какая жалость, что у нас его нет. Ты веришь в этот мир, Квент? Я – нет. Половина города называет убийцу дракона героем, а вторая при его упоминании приходит в неистовство.

– Харзу, – произнёс Громадина.

Квентин нахмурился.

– Вроде, его зовут Харгаз.

– Хиз-дар, Хум-зум, Хаг-наг – да какая разница? Я всех их называю Харзу. И никакой он не убийца драконов. Всё, что он сделал, так это дал поджарить свою задницу до чёрной хрустящей корочки.

– Но он был храбрым.

«Хватило бы у меня самого смелости встретиться с чудовищем, вооружившись только копьём?»