Первый контакт - Мюррей Лейнстер

Но оно обладает упорством. Оно живое, разумное и способное к ненависти. Подобный организм, образно говоря, станет цепляться зубами и когтями за свою добычу, пытаясь противодействовать любому напряжению. Но если постоянному напряжению сопротивляться можно, то хаотично меняющемуся — нельзя. Пульсация настроенной Беном пластины и резкие скачки напряжения сломили сопротивление существа. От такого тока существо испытало потрясение. Оно оказалось в тисках, как крыса, в горло которой вцепилась собака. Эти тиски сжимали и отпускали существо сто миллионов раз в секунду. Такую пытку выдержать невозможно. Хватка существа ослабла, его непреклонность поколебалась, и оно сдалось — возможно, даже не успев опомниться! Его втянуло в конденсатор, а выпрямитель не дал ему выйти оттуда. Теперь оно оказалось заточенным в маленьком приборчике на ладони у Бена. И Бен чувствовал себя триумфатором.

Он включил освещение и осторожно положил конденсатор, удостоверившись, что под ним нет проводника. Тут нужен был материал с бесконечно высоким сопротивлением. Бен надел ботинки на изолированной подошве, взял счетчик Гейгера и направил его на конденсатор. Прибор молчал. Бен поднял Салли на руки и снова отнес ее на кровать. Салли еще бредила, ее глаза ничего не видели, но причина лихорадки уже была устранена. Скоро она придет в норму, хотя поначалу, конечно, будет очень слаба.

Бен вернулся в кабину. Его взгляд горел ненавистью. Он смотрел на свой прибор с нескрываемым злорадством. Отключив его, он разрядил пластину. Шарик, которым он касался щеки Салли, ярко заискрился, это было видно даже при свете. В конденсатор попало не одно существо. Собранные вместе, попавшиеся в подстроенную Беном западню, они не могли перескочить на металлическую обшивку катера и ярко сверкали на электроде. Бен повернул в сторону шарика счетчик Гейгера — тот отчаянно затрещал. Бен убрал счетчик.

— Ага-а-а! — громко крикнул он. — Вы здесь? И вы знаете, что попались? — Бену показалось, что его захлестнула волна ненависти. В ответ он усмехнулся. — Вы хотели убить Салли? Ловко! Понимаете вы меня или нет, но, наверное, догадываетесь, что сейчас будет, верно?

Бен достал маленький позитронный пистолет и прицелился в шарик на расстоянии нескольких дюймов. Тот сиял пульсирующим, зловещим светом. Бен нажал на курок, и от пистолета распространилось красноватое излучение. Шарик ослепительно вспыхнул. Раздался немой, но почти невыносимый вопль — в нем была и боль, и злоба, и ненависть.

А потом остался только металлический шарик, соединенный с конденсатором, и провод. Счетчик Гейгера на них не реагировал. Бен облизнул губы. Его месть еще не закончена. Он опять выключил свет. Сияние обнаружилось на кресле пилота. Бен подкрался к нему и прикоснулся электродом. Сияние пропало. Бен повернул выключатель и разрядил пластину. Шарик заискрился. Правда, не так ярко, как раньше. Теперь в ловушке оказалось только одно существо. Бен недобро рассмеялся и выстрелил по электроду из пистолета. Существо издохло с беззвучным криком.

Тем временем Салли перестала бредить и тихим голосом позвала Бена. Он прибежал к ней со стаканом воды. Его по-прежнему обуревала ненависть.

— Я убил многих из них! — громко объявил он. — Я их всех достану! Всех уничтожу! Они мучили тебя. Они могли убить тебя! Я отомщу…

Салли чуть заметно улыбнулась. Она была истощена и очень слаба.

— Надо всем рассказать, как бороться с чумой, если она появится где-то еще…

И тут Бен вспомнил. Салли еще ничего не знала, но надежды на спасение не было. Он убивал существ, потому что они вредили Салли. Но незадолго до этого он слышал приказ и никак не мог помешать его исполнению. Хуже того, чума уже распространилась по свету. В новостях несколько часов назад упоминали, что крейсер Галактической комиссии приземлился на Фароне с почтой для местного комиссара. Он же должен был подписать текущие документы, что бы ни случилось! Были соблюдены все санитарные нормы. Но никому и в голову не пришло, что электрическим зарядам они не страшны. Так чуму занесли на Галату, где теперь женщины умирали тысячами, а тела тысяч других светились, испуская космические лучи.

Бен все рассказал Салли.

— Мы должны сообщить, — настаивала она. — Даже если мы погибнем, Бен…

— Дорогая, — с горечью возразил Бен, — ты же знаешь этих штабных. Как только мы выйдем на связь, все корабли разом кинутся, чтобы уничтожить нас. Нас быстро разыщут. Если мы успеем передать информацию, а они сумеют записать ее… рано или поздно, когда погибнут еще миллионы, наши сведения распространят как результат блестящих исследований под руководством какой-нибудь «медной каски». Но мы уже умрем, а наши имена будут обесчещены. Нас посмертно опозорят, а какая-то сволочь припишет себе наши заслуги и украсит толстый живот очередной наградой.

— Может, это будет женщина, — сказала Салли. Она лежала на кровати и нежно смотрела на Бена. — Среди штабных есть женщины, и они еще хуже мужчин. Но не стоит порицать их, Бен. Они — важные птицы и занимают высокие посты. Они должны сохранять достоинство и потому становятся напыщенными и глупыми. Если бы они понимали, что всех интересует их работа, а не они сами…

— Они никогда не поймут, — угрюмо заметил Бен. — Так что нам суждено умереть. Я развинтил телефон ОС, чтобы поймать существо. Надо расправиться с остальными, и тогда я соберу его снова. Потом я передам суть моего открытия, и нам останется сидеть и ждать смерти.

— Милый! — взмолилась Салли. — Поцелуй меня! Ты только дважды целовал меня за то время, что мы вместе…

Бен нагнулся к ней. Вдруг раздался скрежет, и маленький спортивный катер закачался. Что-то вцепилось в него. Его взяли на буксир. У Бена с трудом получалось устоять на ногах, потому что катер тащили с приличным ускорением. Затем последовал сильный удар. Их грубо швырнули в трюм большого корабля. Было слышно, как работают механизмы внешнего шлюза, и Бен едва успел оказаться в дверях каюты с позитронным пистолетом в руке, как перед ним уже выстроилась целая батарея. Целились флотские.

— Вы арестованы, Шолто, — крикнул кто-то хриплым голосом. — Нам велено взорвать вас на месте, но чума уже распространилась по Галате, и в приказ были внесены дополнения. Мы должны казнить вас перед видеофоном для острастки всем, кто вздумает нарушить планетный карантин. Выходите!

«„Медная каска“: идиоматическое выражение, получившее распространение с 2126 земного года. Первоначально обозначало отличительный головной убор офицеров штаба (см. Армия), которые часто отдавали приказы, не неся ответственности за их выполнение и опираясь на прецедент, „политическую необходимость“ или „стратегические соображения“ — весьма неопределенная аргументация. Поскольку офицеры (которым в военное время карьера в штабе казалась особенно привлекательной) были склонны допускать непоправимые ошибки типа AF-IQ-R.37 и их производных, термин „медная каска“ стал употребляться для обозначения любых индивидуумов подобного склада ума. Любопытный пример интуитивного применения ментальной оценки в народе еще до того, как научный анализ личности отмежевался от шарлатанства».