Синтез - Токацин

Гедимин мигнул.

— Рельсотрон нашли? — спросил он. — Тогда… это оружие диверсанта, которого взорвал Лиск? Hasu…

— Меня гоняешь, а сам ругаешься, — фыркнул Иджес, легонько ткнув его в плечо. — Ну да. Торкват узнал его. Он хорошо помнит, кто приходил, — а проку? Эту кучу протоплазмы уже ни о чём не спросишь.

— Скверно, — Гедимин потёр висок. — Рельсотрон был один? Что говорит Мика?

— К ней не приходили, — пожал плечами Иджес. — Тот сармат приносил три пушки с разными дефектами. Говорил, что для патруля. Торкват тогда болтать не стал, а вот как оно повернулось…

Гедимин кивнул.

— Бесполезная информация, — пробормотал он, поднимаясь с койки; мозг, запертый в малоподвижном теле, упорно отказывался работать. — У всех этих сарматов должен быть командир. Надо искать его. А он навряд ли сам бегает с рельсотроном.

— Если он вообще сармат, — угрюмо буркнул Иджес. — Куда ни ткнёшь, везде провал. И федералы отмалчиваются. Может, уже всех поймали?

— Сомневаюсь, — Гедимин прошёлся вдоль койки и подошёл к окну; снаружи уже стемнело, но раскатанный озёрный лёд блестел в свете прожекторов. — Никогда не понимал обычаи макак… Ладно, подождём Хольгера. Покажи, что вы сегодня наработали.

…«…настаивает на строительстве градирен. Я, как и вы, не вижу в этом практического смысла, однако у Ведомства сохранения биоразнообразия свои резоны…»

— Да, глупо, — Гедимин недовольно сощурился. — Холодное озеро под городом. Здесь не нужны градирни. Но макаки… Они настоят на своём.

Иджес согласно кивнул и хотел что-то сказать, но повернулся на почти беззвучный шелест открывающейся двери и испустил шипящий вздох. В палату, придерживаемый за плечо Хольгером, входил Кенен Маккензи.

Гедимин резко поднялся на ноги. Заныла рука, он покосился на правую ладонь, — сжатые в кулак пальцы до боли впились в неё.

— Эй-эй! — Кенен поднял руки. — Тише!

— Постой, Гедимин, — Хольгер поспешно переступил порог. — Я привёл его. У него есть интересная информация. Пусть он скажет.

Гедимин мигнул. Кенен под его взглядом боязливо сощурился и посмотрел себе под ноги. В нелепом комбинезоне мехом наружу он казался вдвое шире, чем был на самом деле, и закрывал весь проём, — Хольгер еле протиснулся мимо него.

— Входи, — кивнул ремонтник. Хольгер подтолкнул Кенена в спину, и дверь за ними закрылась.

— Давно не виделись, Гедимин, — сказал учётчик, натянуто улыбаясь. — Хольгер считает, что я могу принести вам немно… Эй!

— Ближе к делу, — угрюмо сказал Хольгер, крепко сдавив его плечо. — Что ты видел в магазине?

Гедимин поднял руку.

— Подожди. Один вопрос. Ты сдал «Скат»?

Кенен мигнул.

— Что?.. — он переступил с ноги на ногу и покосился вбок, но там была только стена.

— Ты слышал, — Гедимин недобро сузил глаза. — Отвечай.

Кенен замотал головой.

— Эй, Гедимин! Я что, давал основания для таких подозрений? Или похож на идиота? Ну да, я не дал тебе убиться о крейсер в лесу! Могу принести извинения, но ты не предупреждал, что хочешь умереть наиболее глупым и бессмысленным способом! Я понятия не имею, как люди на вас вышли! Вас тут, конечно, трое, и вы сильнее меня раз так в девять…

— Тихо, — буркнул Хольгер, убрав ладонь с его плеча. — Может, он всё-таки донесёт свою информацию? Она действительно интересна.

— Говори, — сказал Гедимин, убирая смарт в нагрудный карман. С изучением письма от Конара пока следовало повременить.

— Всегда знал, что ты разумное существо, — Кенен вздохнул с облегчением и оглянулся на соседнюю койку, но Хольгер не дал ему сесть. — В городе сейчас много разговоров о диверсиях, и в кои-то веки ты вне подозрения… Эй! Я рассказываю.

— Не то, — буркнул Хольгер. — Ближе к делу.

— Это было вскоре после Валентинова дня, под вечер, — Кенен задумчиво посмотрел в потемневшее окно. — Я зашёл за сэндвичами к Грегори и увидел очередь. Всего трое сарматов, но простоять пришлось все полчаса. Один сармат — рабочий с машиностроительного завода — расплачивался с Грегори наличными. Они возились минут двадцать, не меньше! Я сильно удивился — чего-чего, а наличных в нашем городе не увидишь. Грегори долго потом бубнил себе под нос — у него даже кассы нет, а отказать он не имеет права… Любопытная история, верно?

— Наличные? — Гедимин озадаченно посмотрел на него. — Уверен?

— С картой их не спутаешь, — ухмыльнулся Кенен. — Ты, наверное, никогда их не видел. Я даже думал выменять у него пару банкнот для коллекции. Большая редкость на Канадских территориях…

Гедимин и Хольгер переглянулись.

— Запомнил номер? — спросил ремонтник у Кенена. Тот растерянно усмехнулся.

— Шутишь? Нет, конечно.

— А мог бы, — сузил глаза Иджес. — Где нам теперь искать этого урода?!

— Грегори, — Гедимин задумчиво сощурился. — Камеры в магазине. Если Грегори помнит этого сармата…

Кенен расплылся в улыбке.

— Лучшая мысль за последние полчаса! Готов поклясться, Грегори помнит его до сих пор и поминает при случае. И он точно видел имя этого сармата, когда проводил расчёты. Он не мог их не учесть!

— Не бубни, — недобро покосился на него Хольгер. — Я схожу к Грегори.

— Эй! — Кенен с неожиданным проворством цапнул его за рукав. — Хольг, постой. Ты — умнейший инженер, но ты совершенно не умеешь говорить с людьми. Нет, я не хочу сказать, что ты в этом худший, в конце концов, у нас здесь сидит…

— Лучше заткнись, — Иджес показал ему кулак.

— Ну и чего тебе надо? — Хольгер остановился и брезгливо стряхнул руку Кенена со своего локтя. — Только быстро.

— Я сам расспрошу Грегори, — пообещал учётчик. — У меня выйдет лучше. И быстрее.

Хольгер посмотрел на Гедимина. Тот слегка наклонил голову.

— Я с тобой, — буркнул он, беря Кенена за плечо. — Постою рядом, пока ты общаешься. Для полной уверенности.

Кенен закивал, обрадованно улыбаясь. Гедимин открыл нагрудный карман и достал одну из жёстких карточек.

— Можешь взять мне васаби? Давно не ел пищи, имеющей вкус.

Кенен замахал руками.

— О чём речь, Джед?! Я принесу. Забери карту — может, ты и инженер, но на ней определённо не больше пяти-шести центов!

Хольгер подтолкнул его, и учётчик выскочил за дверь. Гедимин переглянулся с Иджесом и едва заметно усмехнулся.

— Он разбирается в обычаях макак. Может, будет польза.

— Если его раньше не убьют, — буркнул Иджес, потирая кулак раскрытой ладонью.

Через пять минут в коридоре послышались размашистые шаги. Гедимин удивлённо мигнул — на походку Кенена это было совсем непохоже — и не ошибся: в палату ввалился Линкен.

— Tza atesqa! — буркнул он, вскинув руку. — Сегодня ты меньше похож на мертвеца. Хольгер тут был?

— Он опрашивает свидетелей, — отозвался Гедимин. — Ты устроил драку в городе? Зачем?

Линкен скривился.

— Были предположения… — он махнул рукой и опустился на соседнюю койку. — Ничего не подтвердилось. Дурацкий был день, и сегодня не лучше.

Он поднял ладонь перед грудью и пошевелил пальцами. Это был сигнал к переходу на язык жестов, и Гедимин заинтересованно хмыкнул. «Сегодня был ремонт,» — показал Линкен. «Мы взяли четыре камеры и монитор. Сделали источник питания и поставили по углам. Будем следить за окрестностями.»

— Пока темно, на посту Лилит, — сказал он вслух, одобрительно кивая на усмешку ремонтника. — А днём — по очереди.

«Мне не нравятся соседние крыши,» — снова перешёл на жесты взрывник. Гедимин кивнул.

«Хочу следить вместе с вами,» — показал он. «Завтра вечером?»

— Здоровье позволит? — покосился на него Линкен. — От медиков так просто не уйдёшь.

Из коридора донеслось недовольное ворчание. Двое маленькими шажками приближались к палате. Гедимин повернулся к двери.

Кенен бодро перешагнул порог и расплылся в улыбке. Хольгер уже не придерживал его за плечо, а спокойно шёл рядом. Линкен резко выдохнул и поднялся на ноги.

— Эй, Лин… — запоздало вскрикнул Кенен; долю секунды спустя он уже сидел на полу, согнувшись пополам, и держался за живот, хватая ртом воздух.

— Стой! — крикнул Гедимин, в один прыжок догоняя Линкена и хватая его за плечо. — Не надо…

— И не собираюсь, — отозвался взрывник, потирая руку и брезгливо морщась. — Пусть живёт. Но поучить его следовало. Так что у вас за дела с Маккензи?

Кенен благоразумно промолчал. Гедимин покосился на него, — толстая мягкая шуба должна была заметно смягчить удар, и Линкен, насколько ремонтник мог видеть, бил вполсилы. «Скоро встанет,» — заключил Гедимин. Помогать учётчику он пока не хотел.

— От Маккензи немало пользы, — сказал Хольгер; в его голосе звучало удивление. — Он разговорил торговца. Цетег Марци, номер «эпсилон три-двадцать один-семьдесят четыре», первая смена на машиностроительном заводе. Как думаешь, это командир?