Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

Голова, шея и верхняя половина груди была туго обмотана бинтами, я полулежал на постели с высоко поднятой спинкой. То ли больничная палата, то ли что-то очень близкое по духу.

– Ну и где я?

– В дурке, – спокойно ответил Испанец, пряча улыбку. – Извини, но здесь самое безопасное место, да и больница рядом.

Действительно керченский психоневрологический диспансер находился на той же самой территории, что и остальные здания ТМО-2. Тут все было рядом: станция скорой помощи, детская поликлиника, онкология, гастро-, пульмо-… и прочие логии, ну и дурка… куда же без неё?

Лера, видя, что нам с Испанцем надо поговорить наедине, чмокнула меня в нос, и под каким-то нелепым предлогом вышла из палаты. Умница моя, хорошо, когда барышни такие понимающие и сообразительные… редкая удача!

– Ну, и как я?

– Отлично. Ухо оторвало на хрен, в плече теперь такая борозда, что везде за младшего сержанта сойдешь, с одной «соплей» на пагоне, – Испанец излучал оптимизм, от которого, на самом деле становилось только тошно. – Жив, и то хорошо! Ветров – в «минус», Витька – очень тяжелый, пуля прошла в пяти миллиметрах рядом с сердцем. Львович, говорит, что если Патрохов выживет, то это будет чудо.

– Захаров, как?

– «Минус». Дуплет крупной картечи, разорвал его напополам.

– А, когда ты успел ружье схватить? – спросил я, вспоминая тот сноп огня, который вырвался из-под стола.

– Оно заранее было прикреплено под столешницей. Видел подобный фокус одном фильме, вот и решил попробовать… пригодилось, как видишь.

– Не, то слово. Спас ты меня Испанец.

– Теперь мы квиты.

– Деньги спрятал?

– Ага. Девять коробок с «евриками», заныкал на береговой базе, там как раз яма была подходящая в полу, вот я их туда и приспособил… а потом залили цементом. Десятый ящик лежит в багажнике бежевой «пятерки». Только замок багажника сломан, и двигатель крякнул навсегда. Короче, машина простоит там до второго пришествия и её никто не тронет. Через пару дней отдам его Карабасу, как раз, примерно десятая часть и получается. Ну, а остальные деньги и золото свез на нашу новую базу и оставил в твоей комнате. Куравлев, дежурит безвылазно в комнате, и выходит из неё только в туалет.

– Молодец.

– Я знаю. Ну, какие планы на будущее? Что будем делать?

– Ждать. Нам больше ничего не остается, только ждать. Узнай мне про одного человечка. Прибыл он с вояками, которые раздавали оружие. Невысокого роста, плешивый, средних лет. Зовут – Рома, кличка – Вист. Михреев, говорит, что этот Вист, интересовался обо мне. Найди его и посмотри, чем он дышит.

– А, что именно тебя интересует?

– Сдается мне, что это Вист, и есть тот самый представитель российских спецслужб, которые не в курсе про дела господина Альхова и компании. Улавливаешь?

– Откуда такая уверенность.

– Ниоткуда. Нутром чую!

– Хорошо, поищу этого Рому.

Поговорив с Испанцем еще час, я почувствовал себя уставшим и после перевязки, сделанной мне вполне симпатичной медсестрой, с таким выдающимся бюстом, что можно было смотреть на него вечность, я уснул.

Разбудили меня ночью, снова сделали перевязку, поставили капельницу и пару уколов. В больничной палате психоневрологического диспансера я провел неделю. За это время, меня часто посещали и проведывали разные гости. Чаще всего приходила Лера. Её визитов, я ждал с особым нетерпением. Все-таки, одноместная палата, дверь, которой можно запереть изнутри, позволяет провести время не только приятно, но и полезно. И пусть, тугие повязки не позволяют фантазии развернуться, как следует… главное, как говорится не количество подходов, а качество исполнения!

Витя Патрохов выжил, его отправили на ту сторону. Испанец, смог упрятать под Витькины повязки, двенадцать тысяч долларов… вроде как, медицинская страховка. Генка Патрохов, отправился вместе с братом, ко мне он так и не зашел ни разу, видимо, все-таки винил в ранение брата, меня. Испанец предлагал Генке деньги – сто тысяч евро, но тот отказался их брать. Принципиальный!

Фронт выровнялся и стабилизировался, татары особо рьяных атак не предпринимали, будто выжидая чего-то, а бойцы отрядов самообороны укрепляли позиции и совершенствовали свое умение в обращении с оружием. В город прибыли первые отряды российских добровольцев. Пока только, сто восемьдесят человек, гордо именуемыми – первой и второй казачьей сотней. Вновь прибывшие получили оружие, обмундирование… и деньги. Последний факт настолько поднял боевой дух казачков, что в течение последующей недели, должны были прибыть еще столько же бойцов, ну и по словам казачьих командиров, если все и дальше пойдет в том же духе: стрельбы будет мало, а денег много, то к течение месяца можно будет перебросить на наш берег несколько тысяч добровольцев-наемников. Как сказал атаман Тверской: вы только платите, а казачьих войск, на Руси-матушке, что махорки у дурака… никогда не переведется!

Всеми денежными делами и вопросами координации отрядов занимался Испанец. В очередной раз, я убедился, что всем нам очень сильно повезло, что Испанец с нами заодно, все-таки редкого ума и отваги человек. Среди беженцев, что еще оставались на берегу, шла разъяснительная и агитационная работа… подкрепленная, изрядной долей алкоголя и денежными знаками. Все эти действия приносили свой, уже хорошо видимый результат – каждый день в ряды защитников города вступали все новые и новые люди.

Ну, а еще Карабас получил, как и договаривались, свой процент от налета на сейнер – одну коробку с пятью миллионами евро. Испанец, рассказывал, что когда Карабас увидел содержимое коробки, то он чуть было не упал в обморок, ноги подкосились и от позорного падения, его спасло, только то, что он в этот момент держался за дверной косяк.

Старый прощелыга Сволин, сразу понял, в какую историю его втянули… но деньги взял, еще бы, все-таки пять миллионов евро, это вам не хухры-мухры!

По словам того же Карабаса, всю вину за разбой и убийства на сейнере свалили на Бакыра и Быка. Мало того, в город прибыло несколько суровых и молчаливых парней, весьма специфического вида, которые выискивали следы пропавшей парочки. По описанию прибывшие были похожи на урок. Ну, что ж, если мы действительно «тиснули» воровской общаг, то можно было вздохнуть с облегчением, воры – это вам не государственная машина, которая может асфальтоукладочным катком переехать кого угодно! Но, честно говоря, я особо не верил, что воровской общаг может быть таким внушительным… все-таки, мы не столицах живем, а занюханном периферийном городке, с населением всего в сто пятьдесят тысяч.

Все это время, что я лежал на больничной койке, работал не покладая пальцев с клавиш ноутбука. Благодаря Грачу мне удалось превратить