Под крылом звездолёта (СИ) - Сухоруков Андрей

- Ну что Алиса, есть предложение вернуться на корабль и поужинать, - сделал приглашающий жест рукой.

- Уговорил черт языкастый, - сказала Алиса и полезла на пассажирское сиденье, - а зачем тебе автомат?

- Отстреливаться, - коротко ответил я.

Машина заурчала, и мы поехали обратно. Колея, что я проложил позволила перемещаться с относительным комфортом. Это навело меня на мысль, что транспортная инфраструктура тоже важная задача. Да сколько же всего важного нужно сделать прямо сейчас, а лучше даже вчера?

- Венера, а скажи-ка мне как на духу, не зря ли я голову ломаю? – обратился я к помощнице, - нет ли заранее разработанного плана по развитию колонии?

- У меня такой информации нет, нужно добраться до главного компьютера, - ответила Венера.

- Точно, мы же так до него и не добрались, – вспомнил я, - кстати, а что нахождения внутри звездолета недостаточно, чтобы с ним синхронизироваться и получить необходимую информацию.

- Достаточно, - ответила Венера, - но про план ты спросил только сейчас.

- Понял, - сказал я.

Доехали в этот раз мы гораздо быстрее. Я поставил машину в ангар. Потом мы поднялись в жилые каюты. По известному нам обоим маршруту рванули на камбуз. Автомат выдал два синих пайка колониста. Разложились на столе. Алиса пошарила по шкафчикам и нашла посуду и столовые приборы. Организовала сервировку стола, значит посуду мыть мне. Мысль скакнула на проблему с водой.

- Венера, а можешь заодно проверить состояние системы водоснабжения, - попросил я помощницу.

- Хорошо, сейчас, - ответила Венера и пропала из поля зрения.

Я отложил в сторону умные очки. Поднял стакан с виноградным соком.

- Ну с почином нас, - произнес я тост.

Мы чокнулись стаканами и приступили к ужину. В этот момент меня отключили. Как всегда, на самом интересном месте. Возле капсулы меня поджидал Макс вместе с еще каким-то человеком. Я вылез из капсулы и завернулся в халат. Спустился с подиума на диванчик. Сделал несколько глотков кофе и вопросительно воззрился на Макса.

- Это Иван Петрович, - представил человека Макс, - представитель службы безопасности.

- А куда Егор делся? – спросил я.

- Этот вопрос вне компетенции Егора, - пояснил Иван Петрович.

- Я весь во внимании, - сказал я.

- Видите ли в чем дело Василий, - начал Иван Петрович, - как-то так получилось, что в процессе реализации сценариев всплыли некоторые подробности, которые нам бы не хотелось придавать широкой огласке.

- Надо еще что-то подписать? – спросил я.

- Ну это само собой, - сказал Иван Петрович, - но еще выполнить простую человеческую просьбу – все что Вы так или иначе узнаете в стенах этого здания должно в этих стенах и остаться.

- Я все понимаю, и буду нем как рыба, - постарался я ответить правильно на просьбу Ивана Петровича.

Какую именно информацию нельзя разглашать я пока и сам не понял, но иногда лучше молчать, чем говорить. Это как раз тот самый случай. Да и делиться мне особо было не с кем. Я машинально поставил несколько подписей на ряде документов. В глаза бросилась фраза «вплоть до пожизненного». Зато до конца жизни на полном государственном обеспечении, подумал я.

Иван Петрович собрал бумаги и откланялся. Ничего не имею против работы службы безопасности. Важная и нужная работа. Как говорил один бухгалтер: «Деньги мало заработать, нужно их еще правильно провести». Если перефразировать: «Мало что-то классное придумать, нужно это сохранить».

- Василий, ты меня поражаешь, - сказал после некоторого молчания Макс.

- Чем же? – прихлебывая кофе спросил я.

- Неожиданными реакциями на возникающие проблемы, - пояснил Макс.

- Стараемся, - сказал я.

- Как ты это делаешь? – то ли спросил, то ли просто высказался Макс.

- Само как-то получается, - ответил я.

- Даже если тебя клонировать, - то толку не будет, - информационное содержимое мозга мы в принципе можем скопировать, но вот выбор реакции на те ли иные внешние раздражители пока нет.

- А в чем проблема то? – не понял озабоченности Макса я, - если человек часто реагирует каким-то одним образом насколько я понимаю эти нейронные связи становятся крепче что-ли. Не знаю только как это проявляется биологически. Ведь как-то проявляется?

- Как-то проявляется, - явно думая о чем-то своем эхом повторил Макс, - только все равно получить два идентичных мозга никак не получается. Все эти изменения накапливаются в процессе человеческой жизни, а в результате клонирования мы получаем мозг с, так сказать, заводскими настройками. Поэтому после внедрения в него информации взятой у донора не получается воспроизвести реакции характерные для донора. Таким образом вечная жизнь так как ее рисуют некоторые фантасты с клонированием и перекачкой информации пока не возможна.

- Жаль, - согласился я, - о вечной жизни задумывается каждый.

- Каждый, - снова эхом повторил Макс. После этого он молча встал и вышел из лаборатории.

- Чего он сегодня такой странный, - спросил я проходящего мимо Димона.

- А. не обращай внимания, - ответил он, - на Макса иногда думы о вечном накатывают и об оставленном после себя наследии. Кризис среднего возраста.

- Понятно, - сказал я и продолжил пить кофе.

Странная у моего организма реакция на нахождение в капсуле. После покидания ее мне очень хочется кофе. Не скажу, чтобы меня это сильно волновало, но может эскулапам показаться. Вдруг это какая-то неизвестное науке проявление. Глядишь статью напишут, меня упомянут. Вот и мое наследие будет. Можно сказать, жизнь прожита не зря. А если еще название планеты утвердят, так вообще уровень известности – Бог. Я еще раз покрутил на языке слово «Серапана». Мне нравится. У меня конечно несколько предвзятое отношение, но все равно нравится.

Рабочий день его почти уже закончен. Напевая старую песню группы «Комбинация», я отправился домой. Я помню, что сегодня планировал поесть русской кухни. Забил в поисковик запрос. Нужное блюдо нашлось в ресторане «Русская изба». Он сказал поехали и махнул рукой.

Шеф-повар в «Русской избе» молодец. Картошечка была рассыпчатая, селедочка в меру соленая и с нужной кислинкой. Укропчик со сногсшибательным ароматом. Бородинский хлебушек свежайший. Огурчики хрустящие и плотные. Водочка холодная. В общем красота и лепота.

На утро настроение осталось таким же приподнятым. С видом обожравшего сметаной кота я пришел на работу. Широко улыбнулся девушке на входе. Словил обратную улыбку. Настроение еще повысилось. Главное, чтобы не сработал закон равновесия, и кто-то или что-то настроение не испортил. Хотя я вот не понимаю, почему он обязательно должен контролировать отдельного человека? На Земле десять миллиардов человек, и в общем я уверен, что настроение человечества будет нейтральным. Как средняя температура по больнице.

До лаборатории добрался без проблем и в капсулу забрался, не растеряв по дороге хорошее настроение. Хорошо. На Серапане появился в своей кровати. Ну как в своей, в нагло занятой. Интересное решение. Насколько я помню выдернули меня из-за стола. Ладно. Потом доем.

Выполнил утренние процедуры. Как-то конечно необычно по два раза в день умываться и чистить зубы. Но против реализма не попрешь. Эти разработчики даже неприятный запах изо рта замоделировали. Оделся и отправился на камбуз. Новый день нужно начинать с завтрака. А то сил на работу не хватит. Как говорилось в одном фильме: «Завтрак самый важный этап в приеме пищи после обеда и ужина».

На камбузе получил фиолетовую коробку. Интересно, цвет коробки имеет значение? Состав блюд как-то меняется? С фиолетовым цветом коробку роднило только наличие кусочков черники в геркулесовой каше. Ну допустим. Сок дали сливовый. Тоже скорее ложится в гипотезу, чем опровергает ее. Печенье с ежевикой. Сама ежевика больше черная, сок скорее темно разовый, чем фиолетовый, ну допустим. Пока гипотеза вроде подтверждается, но не хватает исходных данных. Может голову не ломать, а просто Венеру спросить?