Сборник рассказов - Олеся Ермакова

И когда она научилась управлять людьми?

Огонь волос на доспехах. Эйра? Ведь тогда он не думал о своих чувствах, была только одна мысль «А может ли он быть достоин этой незнакомой женщины?».

Ошеломленный, ошарашенный маг хотел незаметно уйти, когда его настиг знакомый голос. Не зря Эйру Марию Лигэр с детства отличало великолепное зрение.

— Тэрин? А почему же ты не предупредил, что придешь?

Рыжеволосая воительница исчезла. Осталась смешливая девушка, невесть почему оказавшаяся облаченной в доспехи.

— Тэрин, ну что же ты молчишь? Ну, как тебе? Смотр? Мои ребята?

— Эйра… я не ожидал… ты…

— А я разве тебе не говорила, что командую взводом? — задумалась девушка. — Точно! Ты же занят своим получением Магистра. Все забывала сказать.

— Эйри, пойдешь с ребятами отмечать наш первый смотр? — обратился к девушке высокий красавец-брюнет. — Или ты теперь наш командир и на гулянки не ходишь?

— Да в другой раз, Дани, — улыбнулась девушка, погрозив пальцем. — Только вы там смотрите не опозорьте честь взвода! И если к утру кто-то из потерявших совесть разгильдяев осмелиться не вернуться в часть…

— …то он увидит нашу красавицу взводного в гневе? — дружелюбно предположил воин, скрывшийся за углом от гнева командира.

— Ну, так куда сегодня пойдем, раз уж ты спас меня от взводной пьянки и обмывания назначения? — миролюбиво улыбнулась Эйра…

Ноги еще не подводили мэтра, но он все же решил остановиться и присесть на незаметной оградке, почти потонувшей в густой траве. Камень был ростом со взрослого мужчину. Надпись на нем слегка потерлась от времени, но все еще можно было прочитать выгравированные строки «Да упокоиться с миром, не знавшая покоя при жизни… Эйра Мария Лигэр…». А чуть ниже еще надпись. «Мы не можем победить страх смерти, но можем заставить даже Смерть склониться перед нашей отвагой и доблестью».

Магистр Тэрин дире Кэнари грустно улыбнулся и положил рядом с камнем небольшой предмет. С виду простенькое колечко, но любой вор почему-то сразу ощутил бы, что сдвигать его с места не стоит…

Эйра. Упрямая гордая девчонка. Ты ведь добилась того, о чем мечтала. О вас на самом деле сложили легенду. Ее до сих пор поют менестрели и рассказывают внукам седовласые старцы. О рыжеволосой воительнице, которая не знала поражений и не боялась смерти. Для которой не было ничего превыше верности долгу, чести и свободы. Да, свою свободу ты ценила наравне с жизнью и даже свою смерть выбрала сама…

Ты стала не просто легендой, ты стала символом. Думала ли ты, когда из-за разногласий с командованием твой взвод разделили и отправили на границу, что их всех тоже будут помнить по именам? Что твой друг Дани (или лучше сказать Даниэль Бесстрашный?) из отрядного балагура станет живой легендой? Что он, как и я, никогда не сможет себе простить, что его не было с тобой в тот… последний раз?

Но объясни мне, почему, во имя Ветра, понесло тебя именно на неспокойные южные границы? Чего искала ты в степях, если могла выбирать другое место службы? А может, не было никогда никакой гордой воительницы? Была вечная рыжеволосая девчонка с упрямством доказывающая всем, что она достойна? Достойна быть равной. Достойна сама выбирать свою судьбу.

Меня с детства учили, как управляться с Ветром. Но ты была Пламенем и поэтому ставила меня в тупик. Почему я понял это слишком поздно? Безвозвратно поздно.

И все же… Может, ты бежала на юг от меня? От моего желания дать тебе тихую и размеренную семейную жизнь? Я был безгранично глуп, не сумев этого понять. Не разобрался, что свадьба страшит бравую воительницу гораздо больше воинственных кочевников.

Лишь потом я узнал, что ты все эти годы любила меня. А я как мальчишка ревновал тебя к «твоим ребятам», которые были тебе скорее братьями, боевыми товарищами.

Эйра… Пламя волос на доспехах.

Ты знаешь, что южане-кочевники, твои былые противники, считают тебя богиней?

Тот бой вошел не только в легенды, но и в учебники по военному искусству и тактике. Знаешь ли ты, скольких успел положить твой небольшой пограничный отряд? Вряд ли тебя тогда заботили подобные мелочи.

Ты решила умереть, но не сдаваться. Что ж, достойный выбор, для женщины, избравшей путь воина.

Странно, но о том сражении мы лучше знаем из сказаний кочевников, по окончании Южной войны попавших под элейский протекторат, чем из наших песен. «Дикие варвары» почитали отвагу врагов не меньше собственной. Твоих воинов прозвали демонами, а тебя «рыжей бестией». Не с насмешкой, а с трепетом и восхищением. Что-то мне подсказывает, что сейчас бы ты улыбнулась…

На старой южной границе стоит очень красивый памятник. Гораздо больше и великолепней этого. Да и следят за ним, честно признаться, гораздо внимательней.

Но все же я предпочитаю приходить сюда.

Потому что даже долгожители-маги с возрастом становятся сентиментальны…

Потому что до сих пор я не могу забыть, как пьяняще здесь осенью пахнет яблоками…

Потому что для меня ты была не просто легендой и гордой воительницей…

Веришь — не веришь?