Я – джедай! - Майкл Стэкпол

Затем появилось лицо Ганториса и уставилось на меня мертвыми глазами.

Я отскочил назад и ткнул в него пальцем:

– Видели это? Видели Ганториса?

Из-за колонны показалась голова Кама, который смотрел на меня туманным, медленно фокусировавшимся взглядом.

– Нет, я не видел его. Я видел… других.

На лице Бракисса промелькнула тень улыбки, когда он повернулся к нам:

– А я вообще ничего не видел.

Я снова посмотрел на камень, но изображение Ганториса уже исчезло.

– Готов поклясться, я видел его.

Бракисс пожал плечами:

– Игра света.

Голос у него был почти веселый, словно он насмехался надо мной.

Я пронзил его взглядом:

– Все еще хочешь прикоснуться?

Он покачал головой:

– Нет, передумал.

На лице у Кама застыло мрачное выражение.

– Не знаю, что это за штуковина и для чего она, только мне здесь не нравится, – он показал большим пальцем на полосы света на полу. – И судя по тому, как изменилось падение солнечных лучей по сравнению с тем моментом, когда мы пришли сюда, мы пялились на этот кристалл добрых пятнадцать минут.

Я покачал головой:

– Это невозможно.

– Очень даже возможно. Но очень странно, – Кам сурово нахмурился. – Я за то, чтоб поскорее выбираться отсюда.

Бракисс был не против:

– Никаких признаков того, что здесь когда-либо побывал Ганторис.

– Точно, – согласился я. – Давайте пойдем.

Было бы неправильно сказать, что трое взрослых мужчин, ученики-джедаи, двое из которых были вооружены лазерными мечами, улепетывали из пустого заброшенного храма. Я бы сказал так: мы двигались достаточно быстро, чтобы расстроить планы любого, кто мог поджидать нас в засаде. Тот факт, что нам не было известно о присутствии на этом спутнике кого-нибудь, кроме наших друзей, не мог полностью исключать такой возможности, и я счел нашу осторожность весьма уместной.

Когда мы выбрались наружу, Бракисс обернулся и бросил еще один долгий взгляд на Храм Веток с Синими Листьями.

– Задумайтесь, разве не удивительно, что существа на весьма примитивном уровне развития смогли воздвигнуть такое монументальное произведение, которое выдержало испытание временем. В своем докладе Уннх предположил, что этим руинам несколько тысяч лет.

– К тому времени Старая Республика уже существовала, – я пригнул ветку, которая скрывала тропинку, приведшую нас недавно к храму. – Из этого можно сделать вывод, что они могли использовать лазеры на каменоломнях и при обработке добытого камня, который затем доставляли на место на антигравитационных тележках.

– Более того, – подхватил Кам, – они могли использовать Силу. Какими бы массивными ни были эти каменные блоки, неужели ты считаешь, что Мастер Скайуокер не смог бы сдвинуть их?

– Не смог бы сдвинуть их? О нет, это невозможно, – откликнулся Бракисс, но я услышал тень сомнения в его голосе. – И в то же время мне с трудом верится, чтобы Мастеру Скайуокеру было под силу соорудить такой храм.

Я рассмеялся.

– Разве ты забыл, что «размер не имеет значения»?

– Я вовсе не забыл про это, но я хочу сказать не об этом, – Бракисс с хрустом отодрал сухую ветку от молодого дерева массасси и отломил себе прутик длинной сантиметров сорок. – У учителя Скайуокера, возможно, и хватило бы сил, но он всего лишь деревенский парень со всеми забытого пустынного кремниевого камушка. Ему ни за что не построить такое элегантное и величавое здание.

Говоря это, Бракисс размахивал прутиком в воздухе. Мы с Камом втихомолку переглянулись и обменялись улыбками. Кам откашлялся и спросил:

– Значит, ты думаешь, что мастер Скайуокер не может научиться создавать нечто подобное.

– Конечно, мог бы, только на это у него ушла бы целая вечность.

– Понятно, – я прищурился, – а кристальная колонна, она могла бы сотворить что-то в этом роде?

Бракисс пожал плечами:

– Не знаю, но я бы не прочь попробовать. Мне кажется, что этот кристалл – нечто невероятное. Я бы не стал называть его произведением искусства. Поскольку есть в нем что-то тревожащее, – он повернулся к нам – глаза его горели. – Представьте себе, какой мощью нужно обладать, чтобы создать такое!

– Спасибо, не надо, – покачал головой Кам. – Мне такой кристалл ни к чему.

– Да, но представь ту мощь, которая вложена в его создание, вот от нее бы ты точно не отказался. Использовать Силу, чтобы создать вещь, которая будет существовать столько времени, – Бракисс во весь голос рассмеялся и закружился, словно танцевал под музыку, которую мы с Камом не слышали. – Это было бы чудесно!

Я смерил его холодным пристальным взглядом, который он, однако, не заметил.

– Притягательность подобной мощи может быть весьма заманчивой, и так нелегко избежать соблазна.

– Если только ты не прибегнешь к темной стороне Силы, – Кам ссутулился. – Я знаю, что это такое, и как бы это ни возбуждало тебя, затем ты чувствуешь себя опустошенным. Лучше трудиться, чтобы достичь успехов в обращении с истинной Силой, чем обитать в ее жалкой тени.

– Да, но подумай о том, что бы ты смог сделать, обладай ты подобной мощью, – Бракисс подбросил палку высоко в небо. – Рыцарь-джедай, обладающий достаточной мощью, смог бы сбить Звезду Смерти из рогатки. Неужели что-то изменилось бы, если бы он использовал темную сторону, чтобы достичь той же цели.

Я рванул вперед и схватил Бракисса за плечо.

– Погоди, не спеши. То, что ты говоришь, по сути можно свести к следующему: цель оправдывает любые средства, а это порочное суждение. В корне неверное, потому что в таком случае ты можешь оправдать любое свое поведение как верное, как средство для достижения благих целей. Конечно же, давайте убьем преступника, потому что мы знаем, что он убивал невинных в прошлом или убьет их в будущем. Или давайте уничтожим эту планету, поскольку мы наверняка знаем, что в один прекрасный день она врежется в другую планету, – они все равно все погибнут, а так мы спасем жителей второй планеты.

Бракисс резко обернулся и чуть не ударил меня палкой. К счастью, я догадался о его намерении по дуге, которую описала его рука, и успел пригнуться. Маска гнева на его лице моментально сменилась выражением шока и раскаяния.

– Извини, Кейран.

– Все в порядке, Бракисс. Нет крови – нет и доклада.

К нему подошел Кам и опустил руку на плечо. На мой взгляд, чересчур тяжело.

– Парень, Кейран все сказал правильно. Люди постоянно говорят себе о том, что власть нужна им для того, чтобы достичь той цели или этой, и убеждают себя, что цель того стоит. Затем, уже обладая достаточным могуществом, они обнаруживают, что обстоятельства изменились, и вдруг понимают, что им нужно еще больше власти или им нужно применить эту власть в направлении, о котором они раньше и не помышляли. Оппонент превращается в клопа, раздавить которого проще, чем переубедить кого бы то ни было. Власть становится ядом для тех, кто к ней стремится. У них возникает иллюзия, что все остальные должны быть им подвластны для всеобщего благоденствия и во имя достижения этого любые средства хороши. Так жаждущие могущества освобождают себя от какой бы то ни было ответственности в борьбе за власть.

Я кивнул:

– Зло не может порождать добро. Твой пример, что кто-то использует темную силу для того, чтобы разрушить Звезду Смерти, хорош, пока ты не задашься вопросом: а зачем он так поступил? Ради личной выгоды или на благо своего народа? Если так, то как он поступит, когда всем будет угрожать новый противник? Если он услышит, что идет постройка новой Звезды Смерти, и ведут ее каамаси? Он и их уничтожит?

Кам нахмурился.

– Плохой пример. Все знают, что каамаси – убежденные пацифисты.

– Я знаю, Кам, но кто-то может рассматривать и их как объект, от которого исходит угроза, и расправиться в ними, – я примиряюще поднял руки. – Согласись, за ними ведь приходили и чуть не смели с их планеты. Всех. Я даже слышал, что на Алдераане была большая группа беженцев-каамаси, когда он был взорван. Для того, кто мог увидеть угрозу в каамаси, врагом может стать любой. Кто угодно, даже ребенок.

Бракисс нахмурил брови:

– Я понял, что ты хочешь сказать, Кейран, и мне хочется верить тебе. Но что-то во мне говорит, однако, что ты не сможешь привести неопровержимого аргумента за то, что от темных сил не может исходить добра. Это когда-нибудь обязательно произойдет.

– Это все теория, Бракисс, а мы вынуждены иметь дело с реальными событиями и обращаться с Силой, – я покачал головой. – Я не хочу тешить себя мыслью, что кто-то останется чистым, обращаясь к темной стороне Силы за помощью для достижения благих, даже с моей точки зрения, целей. Это и есть первый шаг по очень крутому и скользкому пути вниз. Возможно, при помощи Скайуокера, можно будет вернуться на вершину, но кому-нибудь придется заплатить слишком дорогую цену за мое падение, а я не хочу вовлекать в это посторонних. И тебе не советую.