Влюбленный купидон - Лорелей Матиас

– Это был великолепный фильм, я признаю, – улыбнувшись, заметила Амели.

Девушка наслаждалась сознанием того, что наконец-то преодолела свою депрессию. По крайней мере ей снова открылось, что в мире много интересного.

– Очень зловещий, – добавила она. – Я рада, что увидела его. Спасибо за приглашение.

Амели улыбалась, чувствуя, как жизнь наполняет ее, и довольно поглядывала на небо. Хотя стоял январь, в вышине не было ни облачка. Вечер был необычно теплым, поэтому, шагая по улице, Амели и Чарли несли свои зимние куртки в руках.

– Послушай, может, заскочим куда-нибудь перекусить? – предложил Чарли. – Я знаю отличное местечко неподалеку. Там всегда очень мило в такие вечера. Только, хм… – Актер повернулся к Амели. Его лицо внезапно помрачнело, и он удрученно сообщил: – Амели, я хотел бы угостить тебя ужином, честно. Но в этом месяце я оказался на мели. Мне столько времени не удавалось получить оплачиваемую работу, что даже думать об этом противно. Не возражаешь, если мы разделим счет пополам?

– Боже, у тебя был такой серьезный вид, что я испугалась, не случилось ли чего, – хихикнула Амели. – Нет, я не возражаю. Терпеть не могу, когда за меня платят другие люди. Меня это нервирует.

Чарли снова расцвел. Он взял Амели за руку, и они побрели по Портобелло-роуд.

– Мне кажется, мы с тобой легко поладим.

Через полчаса парочка сидела за большим круглым столом, под пологом причудливой палатки на плоской крыше богемного кафе в Портобелло. Их ждал ужин при свечах, состоявший из жаркого фахитас и сангрии, любование звездным небом и сладостное тепло наружных обогревателей. Вскоре между ними завязалась живая дискуссия о кинематографических достоинствах артхауса. Однако Чарли и Амели не знали, что романтическая атмосфера этого места гарантирована посетителям с некоторыми оговорками. Поскольку «Гроув-кафе» пользовалось большой популярностью в округе, столики на открытой террасе всегда были востребованы, и, учитывая нехватку свободного пространства, пятиместный столик, за которым сидят два человека – читай приписку мелким шрифтом, – по-прежнему считался незаполненным столиком на пятерых. Ничего не подозревающие Чарли и Амели безмятежно поглощали «Большую фахитас[34] на двоих», а в это время три голодных итальянца карабкались по винтовой лестнице на террасу, желая, чтобы их накормили, напоили и обогрели. Когда гости прибыли, официант без колебаний усадил их на ближайшие свободные места, которые по случайности оказались за столиком Амели и Чарли.

– Ciao! Mi chiamo Paolo. А это Франко и Рафаэль. Не возражаете, если мы к вам присоединимся?

Двое других итальянцев, вероятно владевших английским не столь свободно, робко улыбались, пока их общительный друг вел переговоры, а кудрявая шатенка кивала.

– Конечно, пожалуйста, присаживайтесь, – ответил Чарли, хотя по его лицу пробежала тень разочарования из-за того, что чужаки помешали его уединенной беседе с девушкой.

Тем не менее актер мужественно принял на себя ответственность за то, что привел Амели в чересчур людное заведение. Придвинув стулья к столу, Паоло и его приятели присоединились к застолью. Проблема заключалась в том, что Амели и Чарли все еще испытывали стеснение, характерное для первого свидания, поэтому они сели по разные стороны стола вместо того, чтобы примоститься рядышком, как люди, которых связывают близкие отношения. В итоге у Паоло не оставалось иного выбора, кроме как втиснуться между парой, тогда как двое других парней заняли места напротив. Достаточно сказать, что все пятеро оказались намного ближе друг к другу, чем это обычно принято в английском обществе.

Пребывая в блаженном неведении относительно английских обычаев, Паоло наклонился к Чарли и подмигнул ему:

– Вы женаты, si? Синьора motto bella, si? Вы счастливый человек. Вы друг друга сильно любите, да? Это видно, si, это сразу видно.

Франко и Рафаэль кивнули. Чарли открыл рот, чтобы внести ясность, однако Паоло продолжал:

– Мы закажем шампанского, чтобы отпраздновать. – Он поднял руку, подзывая официанта, – Scuci, per favour. Пожалуйста, принесите бутылку шампанского на пятерых и три порции pesto linguinel.

Очень скоро все пятеро поднимали бокалы за 1'amore и, смакуя, пили «Вдову Клико». Как оказалось, Паоло был преуспевающим кинорежиссером, который только что закончил снимать фильм о неразделенной любви, поэтому ему доставило огромное удовольствие увидеть яркий пример любви взаимной. Немного поразмыслив, Чарли и Амели решили подыграть ему. Спрятав левые руки под столом, они притворились, будто действительно недавно поженились.

– Да, мы сыграли свадьбу в Вегасе. Очень романтично, представьте себе. На удивление романтично, – поделился впечатлениями Чарли.

Через полчаса, за которые они выслушали немыслимое число анекдотов со съемочной площадки, Амели и Чарли поняли, что объелись. Вздохнув, они признали, что им не одолеть гигантское блюдо с фахитас.

– Позор! – заявил Чарли, кладя вилку и нож на тарелку. – Такое вкусное жаркое, однако мы по глупости полакомились попкорном до ужина.

– Да, не люблю, когда хорошая еда пропадает, – поддержала его Амели, сознавая, однако, что никогда прежде у нее не было столь хорошего аппетита на первом (или на втором, смотря как считать) свидании.

Особенно на свидании с мужчиной, который нравился бы ей так, как Чарли. В простой белой рубашке, потертых джинсах «Левис» и черном строгом пиджаке, брюнет казался ей даже более красивым, чем во время их первой встречи.

Пока Амели восхищенно взирала на Чарли, Паоло жадно рассматривал недоеденное жаркое, которого осталось слишком много с точки зрения его голодного желудка и пустых животов его приятелей. А Чарли между тем изумленно наблюдал за всеми ними и сокрушался, что нынешний вечер идет не совсем так, как планировалось.

Потребовалось совсем немного времени, чтобы три тарелки с минималистскими порциями pesto linguine опустели, однако итальянцы не выглядели насытившимися. Поэтому, когда официант подошел, чтобы забрать фахитас, Паоло не мог отвести блестящих глаз от остатков горячего жареного мяса. Это наблюдение позабавило Амели, и внезапно ее осенило.

– О, подождите, пожалуйста, – остановила она официанта. – Думаю, мы еще не закончили. Извините.

Ухмыльнувшись, девушка обернулась к итальянцам и сказала так, словно не разгадала тайных мыслей Паоло:

– У меня есть идея. В нас больше не влезет ни кусочка этой вкуснятины. Может, вы поможете нам? Согласитесь, жалко выбрасывать такую еду. – И с этими словами она подтолкнула громадное блюдо к троим голодным мужчинам.

Паоло принял ее предложение с восторгом, Франко и Рафаэль тоже. Каждый робко наклонился вперед. Изображая смущение, они положили себе на тарелку маленькие, вежливые порции и промямлили, что хотят только попробовать их piccolo.