Крысолов - Невил Шют

— Если вы увидите кого-нибудь на дороге, я у них спрошу, где тут интендантская база.

— Ладно.

Через несколько минут подъехали к одинокой ферме. Рядом стояла машина и какой-то человек переносил из нее во двор мешки с зерном или сеном.

— Остановитесь, — сказал старик водителю, — сейчас я у него спрошу.

Шофер подвел грузовик к обочине и тотчас выключил мотор, экономя каждую каплю бензина.

— Только с баллон осталось, — сказал он. — Этого ненадолго хватит.

Хоуард вылез и пошел назад, к ферме. Хозяин, человек немолодой, лет пятидесяти, без воротничка, уже шел к их грузовику.

— Нам нужен бензин, — сказал ему Хоуард. — В Анжервиле, наверно, есть интендантская база для военного транспорта?

Тот уставился на него во все глаза.

— В Анжервиле немцы.

Короткое молчание. Старый англичанин смотрел во двор фермы, там рылась в навозе тощая свинья, копались в пыли щуплые куры. Итак, сеть вокруг него затягивается.

— Давно они здесь? — спросил он негромко.

— С утра, спозаранку. Пришли с севера.

Что тут скажешь.

— У вас нет бензина? Я куплю все, сколько у вас есть, по любой цене.

Глаза крестьянина вспыхнули.

— Сто франков литр.

— Сколько у вас есть?

Тот посмотрел на стрелку указателя на треснувшей приборной доске.

— Семь литров. Семьсот франков.

Неполных полтора галлона, с этим десятитонный «лейланд» далеко не уйдет. Хоуард вернулся к капралу.

— К сожалению, новости неважные, — сказал он. — В Анжервиле немцы.

Помолчали.

— Черт подери совсем, — сказал наконец капрал. Сказал очень тихо, словно разом безмерно устал. — И много их тут?

Хоуард окликнул крестьянина и спросил его об этом. Потом сказал:

— Он говорит, полк. Вероятно, он имеет в виду — около тысячи.

— И пришли, видно, с севера, — сказал водитель.

Прибавить было нечего. Старик объяснил, как обстоит дело с бензином.

— От этого толку чуть, — сказал капрал. — С тем, что у нас есть, хватит миль на десять, не больше. — И обернулся к водителю. — Давай карту, чтоб ей…

Они склонились над картой; Хоуард поднялся в кабину и тоже стал ее изучать. Между, ними и городом никакого объезда, и позади по крайней мере на семь миль ни одного поворота к югу.

— Все так, — сказал шофер. — Пока мы сюда ехали, я с этой стороны ни одной дороги не видал.

— А если повернем обратно, напоремся на фрицев, — спокойно сказал капрал. — Они ж следом идут, из той гнусной дыры. Ну где старикан подцепил оборвыша, шпиона этого.

— Все так, — сказал шофер.

— Покурить есть? — спросил капрал.

Шофер достал сигарету; капрал закурил, выпустил длинную струю дыма.

— Что ж, — сказал он. — Стало быть, крышка.

Старик и водитель промолчали.

— Я хотел доставить домой Большого Герберта, — сказал капрал. — Хотел привезти в целости и сохранности, сроду ничего так не хотел. — Он повернулся к Хоуарду. — Верно вам говорю. Да вот не вышло.

— Очень вам сочувствую, — мягко сказал старик.

Тот встряхнулся.

— Не всегда оно выходит, чего больше всего хочется… Э, да что толковать, раз не судьба.

И спрыгнул из кабины на дорогу.

— Что вы намерены делать? — спросил Хоуард.

— Сейчас покажу. — Он подвел старика к борту огромной машины, примерно к середине. Со стороны шасси торчала маленькая ярко-красная рукоятка. — Я намерен дернуть вот эту штуковину и дать стрекача.

— Тут взрывчатка, — пояснил из-за плеча Хоуарда водитель. — Дернешь рукоять — и все разнесет к чертям.

— Ну, пошли, — сказал капрал. — Выгружайте ребятню. Я и рад бы еще малость вас подвезти, приятель, да не получается.

— А сами вы что станете делать? — спросил Хоуард.

— Потопаем к югу, может, и обгоним фрицев. — Капрал замялся. — С вами ничего не случится, — сказал он чуть смущенно. — При вас детишки, вас не тронут.

— С нами ничего не случится, — повторил старик. — За нас не беспокойтесь. А вам надо вернуться на родину, чтобы воевать дальше.

— Первым долгом надо удрать от фрицев.

Они сняли детей на дорогу; потом стащили с крыши «лейланда» коляску. Хоуард собрал свои скудные пожитки, погрузил в коляску, записал адрес капрала в Англии и дал ему свой.

Больше тянуть было незачем.

— Счастливо, приятель, — сказал капрал. — Когда-нибудь увидимся.

— Счастливо, — отозвался старик.

Он собрал детей и медленно двинулся с ними по дороге к Анжервилю. Немножко поспорили из-за того, кому везти коляску, кончилось тем, что повезла Шейла, а Ронни советом и делом ей помогал. Роза шла рядом с ними и вела за руку Пьера; грязный маленький иностранец в нелепом балахоне плелся позади. Где-то как-то придется его вымыть, уныло подумал Хоуард. Мало того, что он грязный и вшивый, на шее сзади и на рваной рубахе запеклась кровь из раны.

Шли, как всегда, медленно. Порой Хоуард оглядывался на недавних попутчиков, они хлопотали подле грузовика, должно быть, отбирали самое необходимое из своего снаряжения. Потом один, водитель, с узелком в руках зашагал через поле к югу. Другой, согнувшись, что-то делал у машины.

Но вот он выпрямился и кинулся прочь от дороги вслед за водителем. Он бежал неуклюже, спотыкался; пробежал шагов триста, и тут прогремел взрыв.

Из машины вырвалось пламя. В воздух взлетели обломки и посыпались на дорогу и в поле; потом громадная машина как-то осела. Показался первый язычок огня, и вся она запылала.

— Ого! — сказал Ронни. — Он взорвался, мистер Хоуард?

— Он сам взорвался, мистер Хоуард? — подхватила Шейла.

— Да, — хмуро сказал старик. — Так получилось. — Над дорогой поднялся столб густого черного дыма. Хоуард отвернулся. — Не думайте больше об этом.

Впереди, в двух милях, уже виднелись крыши Анжервиля. Да, сеть вокруг него затянулась. С тяжелым сердцем вел он детей к городу.

6

Тут я прервал его рассказ.

— Это довольно близко, — выдохнул я.

Мы выпрямились в креслах перед камином и прислушивались к нарастающему визгу бомбы. Она разорвалась поблизости, что-то с грохотом обрушилось, и тут же раздался второй разрыв, совсем рядом. Мы застыли не шевелясь, а здание клуба шатнулось от взрыва, со звоном посыпались стекла, и уже нарастал пронзительный визг третьей бомбы. Она разорвалась по другую сторону клуба.

— Попали в вилку, — сказал Хоуард, и я тоже вздохнул с облегчением. — Теперь пронесло.

Четвертая бомба упала много дальше, и наступила тишина, только трещали зенитки. Я поднялся и вышел в коридор. Там была тьма. Стеклянную дверь, ведущую на маленький балкон, сорвало с петель, я вышел и огляделся по сторонам.

Небо над городом густо багровело заревами пожаров. В нем повисли три осветительные ракеты и заливали все вокруг нас яркой желтизной; трещали зенитки, пытаясь их сбить. Совсем рядом на улице разгорался еще один пожар.