Приключения Генри-Генриетты - Светлана Латова

— Лошадей полковнику велела забрать? А как сама обратно добираться будешь? Опять на мне? Вот все вы, люди, такие: один раз поможешь, так потом на шею сядете и ножки свесите, — возмутился Золотко.

— Я к тебе в такую даль пришла, а ты так меня встречаешь? Не по-дружески это! — Генриетта приняла обиженный вид.

— Сама сказала, пришла по делу. Если бы в гости — так другой разговор. Что случилось?

— Гостей так не встречают. Вообще по правилам этикета сначала нужно поинтересоваться, как у меня самочувствие, поговорить на общие темы, а уже потом о делах.

— Самочувствие у тебя хорошее, раз на вершину горы залезла, — ответил дракон. — Давай без этих глупостей. Сначала о делах, а потом уже о разном. А то я все равно с тобой болтать о пустяках не смогу, все буду думать, что ты мне зубы заговариваешь, чтобы заставить что-нибудь сделать.

— Да когда я тебя заставляла что-то делать?

— В прошлый раз, например. Он же, кстати, и единственный. Другими словами, еще не было случая, чтобы ты просто так со мной общалась, не заставляя меня ничего делать.

Генриетта вздохнула и промолчала. Золотко смотрел на нее, наклоня голову, и было непонятно, на самом деле он обижается или просто шутит. Чувство юмора у этого дракона было странное.

Наконец, Золотко закатил глаза и сказал:

— Ну ладно, давай, выкладывай, что у тебя за важное дело ко мне?

— Как скажешь. Только без предыстории все равно не обойтись.

— А ты попробуй, — не унимался дракон.

— Ну, ты и вредина! Ладно. Мне очень нужно, чтобы завтра ты со мной прилетел в наше королевство в лагерь Юдовика Второго и напугал его солдат. Иначе будет большая война.

— Это почему? И что Король Южного Королевства делает у вас? И при чем здесь я?

— Вот видишь?! Без предыстории ничего не понятно. Давай, усаживайся поудобнее, мне нужно тебе о многом рассказать.

Генриетта начала с того, как Юдовик Второй пригласил короля Вильгельма и его советников в Южное королевство, чтобы выведать военные тайны. Она рассказала о путешествии, как ее король разболтал все королю Южного Королевства, как они вернулись, а Юдовик Второй пришел с войском и требует земли и выкуп.

— У нас нет войска, недостаточно денег, чтобы заинтересовать союзников или нанять хороших солдат из других королевств. Чтобы отбить первые атаки, советники предложили набрать крестьян, но их всех убьют на поле боя за считанные часы. Мы проиграем эту войну, потеряем земли и понесем огромные убытки, которые, как всегда, лягут на плечи обычных людей. Ты — наш единственный шанс. Ты — чудо, которое сделает нашу победу возможной. Кстати, король Вильгельм обещал выкуп отдать тебе, если ты согласишься, — закончила Генриетта.

Дракон поморщился.

— После того, как ты мне про тяжелую жизнь обычных людей рассказала, не смогу я с Вашего короля выкуп взять. Стыдно мне будет. Буду смотреть на золото и думать, что у сироток и старушек его отнял.

— А поможешь?

— Подумаю. Ты мне сейчас поподробнее все расскажешь, а я решу. Кстати, брошка у тебя очень красивая! Во дворце подарили как победителю дракона, и ты ей теперь перед всеми хвастаешься?

— Не совсем так.

Генриетта рассказала о том, как получила брошь от птицы на балу, а потом сказала:

— Я не знаю, наверно, эта брошь действительно задумывалась, как знак отличия героя, изгнавшего дракона. Но я ношу ее не поэтому. Когда я смотрю на нее, то вспоминаю о нашей встрече и думаю о том, что где-то у меня есть друг, которому все по силам.

— Очень трогательно, — Золотко кивнул. — Я даже чуть не прослезился.

Генриетта улыбнулась.

— Я по тебе очень скучала, — сказала она.

— А что, у тебя во дворце друзей нет?

— Есть, только ты- единственный друг, который знает мою тайну.

Эта новость дракону понравилась.

— Единственный, говоришь?

Генриетта кивнула.

— Ладно, помогу тебе, так и быть. Раз я твой самый близкий друг, которому известны все страшные тайны, отказаться с моей стороны было бы некрасиво.

— Я знала, что ты не откажешь!

— Конечно, не откажу, — дракон вздохнул, — я же интеллигент. Да и скучно тут! Не то, что поговорить не с кем, просто никого нет. Никого! Тоска зеленая.

— Значит, ты тоже меня вспоминал?

— Конечно, каждый день по несколько раз. Из-за тебя ведь сюда перебрался.

— Ну вот. Прости меня, я не хотела тебе жизнь портить.

— Да не переживай, это уж я так, по-дружески тебе жалуюсь. Вообще драконы обычно по одному живут, и от одиночества никто еще не умер. Но я еще не привык все время один быть.

— По маме скучаешь?

— А ты по своей?

Генриетта кивнула.

— Ну и я тоже. А как иначе? Это же мама. А я даже не знаю, жива ли она…

Золотко загрустил, но Генриетта вдруг вскочила и хлопнула себя по лбу.

— Я самое главное-то тебе не рассказала! Хотела на десерт эту историю оставить и заболталась, чуть не забыла. Жива твоя мама! Жива!

Она рассказала дракону историю про дракониху с детенышем, которую услышала от Юдовика Второго. Золотко слушал, затаив дыхание. Он очень обрадовался, узнав, что его мама не погибла.

— Значит, она жива, — мечтательно повторил дракон.

— Отправишься на поиски? — спросила Генриетта.

— Отправлюсь, только пока не знаю куда.

— Может, еще кто-нибудь про нее знает. Люди долго хранят в памяти истории про встречу с драконом. Я как про двух драконов услышала, сразу подумала про тебя и решила обязательно к тебе в гости наведаться, как только случай представиться. А случая и ждать долго не пришлось. Кстати, Юдовик Второй нам еще одну историю про дракона рассказывал. Тот на Дымящемся острове живет.

— А я его знаю! — обрадовался Золотко. — Там очень старый дракон живет. Ну, давай, не тяни, очень приятно получать весточки о своих собратьях.

Генриетта пересказала историю о Дымящемся острове. Когда она замолчала, Золотко закрыл глаза и ничего не говорил. Какое-то время они посидели в тишине.

— Сегодня хороший день, — сказал наконец дракон. — Понимаешь, когда долго один живешь и никого из своего рода не видишь, ощущение какой-то пустоты возникает. А когда такие истории слышишь, понимаешь, что не один в этом мире, что драконы живут своей жизнью, что ничего не изменилось. Пусть они далеко, но знать, что они живы, для меня очень важно.

— Я тебя понимаю, — ответила Генриетта. — То есть, почти понимаю. Я всего несколько недель своих родных не видела, но страшно по ним тоскую. А когда я получаю от них весточки, у меня праздник на душе.

Золотко кивнул.

— Как сама-то живешь? — спросил он.

— Нормально. Друзья, враги, секреты, заговоры, интриги — непривычно после простой деревенской жизни.