Большая книга ужасов – 57 (сборник) - Елена Артамонова

Мы уже собирались идти назад, когда на плечо мне легла рука. Легкое, почти невесомое прикосновение, холод скользнувших по щеке пальцев… «Вот и все… конец…» – Я отчетливо поняла, что моя короткая тринадцатилетняя жизнь стремительно несется к финалу. Ноги стали как ватные, слабость сковала тело. Черная тень подкралась неожиданно, и теперь невозможно было противостоять ей.

– Акулиничева! – Леша помахал у меня перед носом растопыренной пятерней. – Акулиничева, прием! Косишь под восковую фигуру?

– Она перестаралась, – заметил подошедший к нам Костик. – Куклы выглядят намного живее.

Страх отпускал медленно и неохотно. Постепенно возвращалось чувство реальности. Подвал, конечно, был отвратительным местом, но отнюдь не логовом потусторонних сил. Я просто запаниковала, принимая все слишком близко к сердцу. Следовало обернуться, посмотреть, что произошло за моей спиной, однако шея словно окаменела, не желая двигаться.

– Леша, кто стоит позади меня?

– Кажется, Джек-потрошитель. Впрочем, полной уверенности нет. Лично мы с ним знакомы не были.

Наконец-то я заставила себя повернуть голову. Один из накрытых простынями манекенов накренился, удобно опершись ладонью о мое плечо. Смех получился приглушенным и немного фальшивым:

– А я такое подумала…

– Именно за этим мы сюда и пришли – думать и представлять всякие ужасы. – Леша надул щеки, с важным видом почесал живот. – Мы прибыли сюда для самозапугивания!

Осторожно освободившись от объятий манекена, я прислонила его к стеночке, закрыла простыней неприятное и злое лицо. Угораздило же меня так испугаться! А еще называю себя охотницей за призраками…

– Тс-с-с… – Игорь приложил палец к губам.

Мы прислушались – из глубины лабиринта доносился звук шагов. Скорее всего в подвал спустился сотрудник музея, но я моментально представила жуткую картину: колышутся и падают на пол простыни, восковые куклы медленно сходят со своих мест, нетвердой походкой идут вперед. Их стеклянные глаза горят дьявольским огнем, губы растянуты в страшной гримасе. Они идут за теми, кто нарушил их покой… Не знаю, что подумали ребята, заслышав эти негромкие шаги, но судя по их лицам, примерно то же, что и я.

– Сматываемся… – прошептал Леша и повел нас к видневшемуся за грудой коробок оконцу.

Свобода была так близка, так желанна, а шаги становились все громче… Я понимала, сейчас главное – не паниковать, делать все четко и быстро. Первыми в узкую щель протиснулись девчонки, потом настала моя очередь, но я отказалась, решив прикрывать отступление.

– Ты что, круче всех? – прошептал Игорь и, так и не дождавшись ответа, нырнул в промежуток между приоткрытыми рамами.

Настала очередь «колобков». Леша втянул живот, решительно полез сквозь узкое отверстие. С ним все обошлось, а вот Костик почему-то замешкался, остановился на полпути. Его массивная кормовая часть маячила перед моим носом, а стриженую голову поливали золотые солнечные лучи.

– Винни Пух в гостях у Кролика… – хихикнули сверху, но нам было не до шуток – звук шагов слышался совсем рядом.

Я схватила Костика за брючный ремень, попыталась втянуть его назад. У нас еще оставался шанс затеряться среди коробок и переждать, когда закончится осмотр. Однако «колобок» застрял намертво.

– Добро пожаловать в музей восковых фигур, – прозвучал за спиной негромкий, уверенный голос.

Я обернулась – рядом с нами стоял довольно молодой мужчина с тщательно приглаженными, собранными в небольшой хвост волосами. Он смотрел на незваных гостей поверх модных, с узенькими стеклами очков. Бесформенный пиджак с нарочито прорезанной во многих местах футболкой запросто могли повергнуть в шок человека с хорошим вкусом. Руки этот модник держал в карманах брюк, а все его движения были несколько развязными и вызывающими. Чувствовалось, что он просто в восторге от собственной персоны.

– И?.. – брошенный поверх очков взгляд уколол. – Как тебе экскурсия, дорогуша?

– Простите, мы не хотели. Это недоразумение, – не слишком уверенно пробормотала я.

Он прошелся из стороны в сторону, облокотился на одну из коробок, приняв картинную позу. Поправил очки.

– Большинство людей лжет неосознанно, инстинктивно прикрывая свою трусость ложью. Они даже не понимают, как нелепо и смешно выглядят в такие минуты.

Нравоучительный тон не вязался с внешностью клоуна. Я стояла и думала, бояться или нет этого странного человека.

– Дмитрий, – склоняясь в полупоклоне, сообщил он.

– Яна. А это – Костик.

– Сейчас увидим.

Дмитрий взял «колобка» за брючный ремень и дернул изо всех сил.

– Здравствуйте… – Получивший свободу Костик быстро-быстро захлопал глазами, надул щеки. – У вас окна слишком маленькие.

– Умеренность – редкая добродетель, не свойственная подавляющему большинству людей. Скажи, Константин, ты никогда не задумывался, к каким последствиям может привести, к примеру, чревоугодие?

– Нет. Я о таких умных вещах не думаю.

– А зря. Идемте… – широким жестом Дмитрий пригласил нас последовать за собой.

Небольшая комнатушка, находившаяся позади выставочного зала, выглядела как самый обычный офис. Монитор на столе, жалюзи, сероватые отремонтированные стены – нормальное рабочее место, не имевшее никакого отношения к сконцентрировавшемуся в подвале ужасу и безумию. Дмитрий развалился в кресле, мы с Костиком скромненько разместились на стульчиках в углу.

– Как вам экспонаты? Те, что находятся внизу, я почти никогда не выставляю. В них слишком ярко выражены людские пороки и тайные страхи, для кого-то взгляд на них может стать взглядом в зеркало. Это может сделать мой скромный бизнес неприбыльным. А вот на исторических личностей люди посмотреть любят. Их занимают любовные интрижки Екатерины Великой, привлекают зверства, которые творили Иоанн Грозный или Влад Цепеш…

– Цепеш?

Я насторожилась. Как только речь заходила об этом человеке, в моей жизни начинали происходить очень странные события.

– Он же – Дракула. Когда-то я даже собирался сделать тематическую выставку, посвященную ему, но передумал. Нервы у современного человека слабы, а психика неустойчива. В пятнадцатом веке были иные нравы, но и тогда его жестокость производила неизгладимое впечатление. Кстати, молодые люди, вы никогда не думали, как бы повел себя тот или иной исторический персонаж, живи он в наше время?

– Скажите, а может человек помнить свои прошлые жизни? – встрепенулся Костик. – Или, к примеру, видеть чужие?

Честно говоря, этот вопрос следовало задать мне. Что же касается Костика, то я никогда не думала, что его могут интересовать подобные темы.