Такие дела - Александр Чесноков

ГЛАВА 10

Не помню, кому из нас - мне или Фазеру-Капо - первому в голову пришла мысль о постороннем арбитре... Мне вовсе не улыбалось устраивать для своих ребят бандитские игрища, под пули их подставлять. Не потому, естественно, что они малохольные хлюпики с кабинетным опытом, - ребята у нас крепкие и рисковать умеют (но не любят, а кто нормальный любит, особенно если речь идет о жизни и здоровье?). Нет, просто у них, у этих, своя жизнь, бандитская, а у нас своя, производственная, если так можно выразиться. Да и Фазеру перестрелки поперек печенки: и так уже, наверное, примелькался на кладбище, "сотрудников" в последний путь провожая. Он бы и рад уже закончить дело, но отступать с умом надо, иначе не поймут.

Вот Лёва, о котором я уже рассказывал, он в своем бурном прошлом не чурался бандитского промысла, но тоже философски высказывался на тему профессионального размежевания. Там, правда, речь шла о взаимоотношениях между "законными" ворами и бандитами.

"Вор - он должен воровать, а мы... своим делом заниматься"...

Когда зашумели новые времена и бандитские формирования появились во всех городах и весях страны, воры, которые в законе, урки старого замеса, поначалу оказались в стороне и не при "новых делах". Однако довольно быстро они сориентировались, перестроились и сумели идеологически подчинить или заставить с собой считаться крупные бандитские шайки. Не всегда, но в большинстве случаев это у них получилось. Исключение составляли таджики-наркопродавцы, чечены (но это пока война первая и вторая не грянули), бандиты из бывших ментов (их презирали все - и бывшие коллеги, и нынешние) и всякие случайные отморозки. Почему так случилось? Долго рассказывать, много причин и факторов, очень много, но вот вам один: крутой бандит попадает за решетку, где царствует "воровская идея", за которой опыт многих десятилетий и миллионы подданных по всему Советскому Союзу, ныне СНГ. Там тебе не лохи с дрожащими поджилками: брякнешь басом невпопад - в лучшем случае убьют. И убивали, и "опускали"... Адвокатов нет, кулаки и баксы - там не главное. Иди потом, показывай прокурору развороченную задницу... Добавлю: когда Александр Гуров на заре перестройки писал статьи о новых бандитах и "мафиози" - "Лев готовится к прыжку", "Лев прыгнул" - он либо сам не понимал, либо утаивал понимание того, что настоящий, большой лев давно уже прописался за решеткой, а имя ему - Советская Уголовная Организованная Преступность, рожденная еще на заре советской власти, в Соловках, вскормленная и взращенная ГУЛАГом, да так вскормленная, что до сих пор в мире нет сравнимого по масштабам аналога, ни на Сицилии, ни в Колумбии, ни в Китае с Японией... И она легко подмяла под себя и переварила новые ОГП (организованные преступные группировки). Ну я отвлекся... Так вот, так уж случилось, что до середины 90-х годов воровские позиции в Москве были очень сильны, а в Санкт-Петербурге, напротив, весьма слабы. Рассказывают, что воры даже грозились объявить Питер "красным" городом, поскольку местные бандиты не чтят воровских традиций и не желают отстегивать в общак от прибытков неправедных... Это была серьезная угроза для тех, кто мог попасть за решетку с клеймом отморозка из "красного" города. Позже ситуация стала меняться, сначала "казанские", потом остальные стали понемногу "прислушиваться" к воровским советам, отстегивать в этот самый общак (проще говоря - дань платить)... Однако Лёва, хоть и не конфликтовал с ворами, но и на тесный контакт не шел: "каждый должен своим делом заниматься"...

- ... ну а ты как считаешь, кто нас может рассудить? Говорят, Мамука Сван в городе...

- Ты что, Игорь, с "пиковыми" дружишь?

- Да нет... Ну а кто еще? Кого ты знаешь?

- Я многих знаю. Всех перечислять?

- Ну, из тех, кому можешь поверить?

- Рёвыча можно.

- Я его совсем не знаю, издалека видел два раза. Фофу Большого, а? Фофу Иваныча? Подходит? Мы его знаем, он нас знает.

- Не подходит. Дурак он и психопат.

- Пожалуй... А Лёву Веселого знаешь?

- Льва? Знаю. Так он, вроде бы, от ваших отошел?

- Это не твоя и не моя забота. Так знаешь? Ему доверяешь?

- Я - вполне. А ты?

- Да, иначе бы не предложил.

- А что же ты - то Мамуку какого-то, то Фофу Иваныча?...

- Это я думал вслух. Ну так?..

- Договорились.

Вот так война прошла стороной, и мы с Капо обратились за арбитражем к третьему лицу, который одной ногой в темном бандитском прошлом, а другой в светлом предпринимательском настоящем...

Стал человек предпринимателем: этот, предположим, банными вениками торгует, этот частную клинику открыл, я - в сфере обеспечения безопасности граждан и организаций работаю. Да и не работаю, если по большому счету, а живу своим делом, и в материальном смысле и вообще, с головой окунулся. В этом и заключается разница между человеком наемного труда и тем, кто прикован к своему делу, как... как к собственной грудной клетке... или к каторжанской тачке.

На себе испытал и много интересного открыл: оказывается, политэкономия, социальная политика и психология очень тесно связаны между собою. Жил себе и жил на свете я, Игнат Александрович Федоров. Пришла новая эпоха, и я открыл дело, которое выросло потом в крупную, разветвленную, мощную детективно-охранную ассоциацию "БЕРЕЗА". Международную, напомню, с филиалами в дальнем и ближнем зарубежье. Работаю много и получаю... тоже, в общем и целом, прилично. Тратить почти некогда, кроме как поесть-попить, но на это дело - чтобы тратить, - у меня есть жена, да и дети подрастают вместе с потребностями.

Работаю, конечно же, не один: сложился коллектив, включающий в себя четыре, как минимум, уровня иерархии, в отделе кадров счет трудовым книжкам на сотни идет, а еще десятки людей на разовых договорах годами сидят... Мне бы мечталось, чтобы все в фирме вламывали с той же интенсивностью, что и я, но так не бывает и поэтому - по зарплате и труд, по труду и зарплата, хотя на малые оклады наши люди не часто жалуются... Порядки у нас в фирме жесткие, требования - высокие, но разумные, как я считаю, не нравится - не ешь, ищи другое место. Фирма - она ведь, как прямое зеркало, довольно точно отражает особенности своего хозяина, потому что создавалась и развивалась, что называется, под него, под своего родителя. И в этом я не вижу ничего предосудительного - если хозяин плох, то и фирма недолговечна, лопнет и рассыплется в гумус, уступая место под солнцем более удачливым и умелым. "Форд" иначе ведет свои дела, нежели "Крайслер" или "Дженерал моторс", не говорю хуже, там, лучше, но иначе, хотя, казалось бы, такие крупные корпорации, где в каждой миллионы акционеров-совладельцев, а наемные менеджеры ни сном ни духом не напоминают отцов-основателей, должны нивелироваться в методах ведения бизнеса до полного тождества, не считая "лэйблов" и "брэндов"... А вот отличаются и даже культивируют свою самобытность, непохожесть на других. И в Штатах так, и в Японии; теперь вот до нас докатилось: всяк стремится подчеркнуть свою независимость и "ниначтонепохожесть" - и крупные конторы, и мелочь...

Что там будет после меня - сохранится ли дух фирмы и сохранится ли она сама? Бог ведает... Надеюсь, до этого еще очень далеко, я собираюсь долго еще работать. А пока я определяю политику фирмы, сиречь ассоциации, и не устаю удивляться столь тесной связи экономики и психологии...

Рассказываю типовой случай. Работает у нас чуть ли не с первого года сотрудник, руководитель среднего звена, занимается охраной и под началом у него... когда два человека, когда двадцать, в зависимости от характера поставленных задач.

Сотрудник толковый - плохие редко попадаются, и долго мы их не держим у себя. Он, как я уже сказал, работает давно, с первого года, и в этом его преимущество, поскольку он делом доказал свою преданность фирме, рабочие качества, надежность, которая не нуждается в проверке на детекторе лжи, или - по научному - на полиграфе (все вновь приходящие такую проверку обязательно проходят, а "старичкам" привилегия - только по желанию, если вдруг любопытно станет), и которая - также неотъемлемая часть того, что я называю рабочими качествами. Но это его преимущество - стаж - сыграло с ним скверную шутку, едва не лишившую его рабочего места. Работал он, работал и стали доходить до меня слухи, что Федор (имя условное, конечно, а человек реальный) все чаще заводит с коллегами политэкономические беседы, а именно обсуждает проблемы прозрачности фирмы в части ее прибыльности, а еще конкретнее - о том, как и кем сия прибыль распределяется! Газет, понимаешь, начитался, телевизионных передач насмотрелся. Я человек прямой, хотя и не для всех открытый, пригласил его на разговор - чайку попить, обсудить кое-какие животрепещущие вопросы. Секретарша чай-сахар принесла, печенье; Федор доволен, что с "самим Первым" чаи гоняет, но и насторожен: и покрупнее люди неделями встреч добиваются, а тут - сам пригласил. Я ему без предисловий о жене и здоровье:

- Федор, - говорю, - что ты там об участии в прибылях проповедывал?