Тень - Иван Филиппов

их не идентифицировали – в любом случае Моргунов еще был дома, а не в сгоревшей Степиной квартире со следователями. Он не замечал Степу, пока тот не уселся в кресло напротив. Для усиления эффекта Степа спустил шарф, закрывавший нижнюю половину его лица:

– Разрешите обратиться?

Моргунов поднял глаза и побелел. Степе всегда казалось, что когда в книгах употребляют такие вот выражения, то это перебор, но вот он мог воочию наблюдать своего драгоценного начальника, у которого лицо действительно сделалось совершенно белым. Расширенными зрачками Моргунов смотрел на покойного подчиненного. Степа улыбнулся, и глаза полковника расширились еще сильнее. Бледность прошла, и его лицо пошло красными пятнами. Степа вдруг понял, что у Моргунова может случиться инсульт и надо торопиться.

– Товарищ полковник, ты зачем меня убил? Со мной же договориться можно было, я ж понятливый…

В голосе Степы звучала даже не злоба, а какая-то искренняя обида. Но тут он вспомнил мертвого Васеньку, и обида исчезла. Ледяным голосом он добавил:

– А Смирнова с Махмудовым зачем убили? Следы заметали, да?

Только договорив, Степа заметил, что даже после смерти к руководителю он обращается на «вы». Чертова привычка. Моргунов на секунду, кажется, пришел в себя. Он забыл про испуг, и его лицо выразило искреннее изумление.

– Смирнова с Махмудовым?

Полковник не знал, что двух полицейских средней прожарки в эти минуты доставали из Степиной квартиры. Их смерть была для него неприятным сюрпризом: ведь если убили их, то, значит, могут убить и его. Но Степа не дал Моргунову собраться с мыслями. Он отбросил кресло и вытащил толстого полковника из-за стола. Степа даже сам не сразу понял, в чем дело – Моргунов весил все сто килограммов, но Степа протащил его, будто котенка, и теперь, не напрягаясь, держал на вытянутой руке, с усилием сжимая пальцы на жирной начальственной шее.

– Зачем? Кто? Кто приказал?

Моргунов захрипел, и Степа понял, что хватку надо ослабить, иначе полковник и ответить толком на его вопрос не сможет. Он разжал пальцы.

– Мертвый…

– Да я, блять, знаю, что я мертвый! Ты мне объясни почему!

Полковник открыл рот, чтобы ответить, но ему помешал выстрел.

Во время рабочих совещаний Степа часто задавался вопросом, есть ли у его начальника хотя бы какой-то мозг, но он и представить себе не мог, каким образом он узнает ответ. Голова полковника Моргунова разлетелась на куски, и кровь и мозговая ткань забрызгали Степино лицо. Степа рухнул на пол, и очень вовремя – кто-то всадил ровно четыре пули в стену, перед которой он только что стоял. Степа отполз со света в тень, собрался встать и… растворился в темноте.

Растворился в буквальном смысле слова. Стал тенью, разлитой по полу и стенам комнаты. Он больше не ощущал себя человеком, стоящим в одном определенном месте – он был везде. Степа перестал удивляться происходящей с ним чертовщине, да и сейчас у него было дело поважнее. Он глянул на окно: в оконном проеме стоял человек и перезаряжал пистолет.

Степа прищурился, пытаясь разглядеть лицо стрелка. В тусклом свете уличных ламп обычный человек вряд ли смог бы что-нибудь увидеть, но Степа был человеком необычным. Он явно видел, что стрелял в него не человек. Скажем так – это было человекоподобное существо. Оно было как будто вылеплено из черной смолы, такая античная статуя идеальных пропорций. Белые-белые глаза пристально осматривали комнату, ища Степу. Рта у существа не было. Там, где ему полагалось быть, зияла дыра, прикрытая полосками черной плоти как решеткой. Подробно осматривая комнату, существо иногда громко фыркало и потряхивало головой, как будто отгоняло от себя невидимых мух.

Степа рванулся вперед. Он появился на свету прямо перед существом и крепко схватил его за руки. Существо неожиданно сильно ударило его головой. Степа отлетел назад, в попытке удержать равновесие схватился за портьеру и опять дернулся вперед, стараясь поймать существо, но оно прытко выпрыгнуло в окно.

Седьмой этаж! Степа ожидал увидеть тело убийцы на асфальте под окном. Ничего подобного. Существо бежало по стене дома, как будто это была не вертикальная стена, а ровный асфальт. Степа огляделся – никаких лестниц, ничего, за что бы он мог тут зацепиться, изящный фасад дома не предлагал. Если он побежит на лестницу, он точно упустит убийцу. Делать нечего. Раз ему все говорят, что он уже умер, так он это и проверит. Степа выпрыгнул из окна, целясь ногами в тень на стене дома. Встал и бросился бежать вслед за убийцей. По отвесной стене, инстинктивно стараясь наступать только на те места, где на доме была тень. Один раз чуть не сорвался – тень от дерева колыхнулась вместе с ветром, но добежал.

Существо уже повернуло на Мясницкую. Степа бросился за ним, выбежал на переполненную людьми улицу.

Улица была залита светом: горели фары едущих почти непрерывным потоком машин, из окон ресторанов лился мягкий уютный свет неспешных ужинов. Улица гудела тысячью разговоров и ровным звуком медленно работающих моторов.

Степа оторопело озирался: резкие звуки и особенно яркий свет на мгновение дезориентировали его, но он быстро пришел в себя: существо, ловко лавируя между почти стоящими автомобилями, бежало изо всех сил в сторону Чистых прудов. Степа бросился в погоню.

В отличие от черного существа, которое, казалось, может просачиваться сквозь самые узкие щели, Степа немедленно застрял между двух автомобилей. Дернулся, снеся желтому такси зеркало, кое-как вырвался и прыгнул на крышу машины впереди. Мясницкая не совсем стояла в пробке, но скорость движения потока вряд ли была выше пяти километров в час. Прыгая с крыши на крышу под возмущенные вопли водителей, Степа выбрался на площадь перед станцией метро «Чистые пруды». Его противник уже ушел далеко вперед – Степа видел, как он подбегает к яркому зданию – чайному домику купца Перлова.

Странное существо пока было единственной внятной зацепкой в деле о его убийстве, и Степа не хотел эту зацепку упускать. Он побежал вперед: существо же, напротив, добежав до «китайского» домика, вдруг резко остановилось, повернулось и достало пистолет. Остановиться Степа уже не мог, он поздно заметил направленное на него оружие, но тут его сбил с ног будто выросший из-под земли Фомич. Они кубарем покатились на проезжую часть. Завизжали тормоза, воздух наполнился отборной руганью напуганного водителя. Существо же тем временем исчезло: Степа видел, что оно юркнуло в дом, но совсем не в дверь, а просто протиснулось каким-то таинственным образом прямо в стену и исчезло.

Фомич не дал ему опомниться, схватил Степу за шкирку и перетащил на другую сторону улицы. Стена дома прямо перед ними едва заметно