Повесть о Сонечке - Марина Цветаева

- Но как же тогда, когда начались эти боли, она не пошла, ее не повели к доктору?

- Она приехала в Москву и пошла к очень хорошему гомеопату. Он ей дал лекарства, и боли как рукой сняло. Потом она только к этому гомеопату и ходила. Так она прожила года четыре и все время себя хорошо чувствовала. В последний раз, когда она приехала в Москву, я нашла, что она страшно похудела, одни глаза, а все лицо - очень стало маленьким. Она очень изменилась, но этого не знала, и даже когда смотрелась в зеркало - не видела. Потом ее муж мне сказал, что она ничего не может есть. Мы позвали доктора, а он сказал, что надо позвать хирурга. Хирург ее внимательно осмотрел и спросил, нет ли у нее в семье раковых заболеваний. Она сказала, что нет. Тогда он сказал, что ей нужно лечь в больницу. Мы от нее конечно скрывали, что у нее. Но ей ужасно не хотелось в больницу, и она все время плакала и говорила: ?Это ехать в гроб! - Это гроб!? Но в больнице она успокоилась и повеселела и начала строить всякие планы. Ей сделали операцию. Когда ее вскрыли, то увидели, что слишком поздно. Доктора сказали, что жить ей осталось несколько дней.

К ней все время приходили ее муж и моя сестра. Она не знала, что умирает. Она все время говорила о том, как будет жить и работать дальше. Сестра у нее была в день ее смерти, и муж, и еще кто-то. Софья Евгеньевна любила порядок, попросила сестру все прибрать в палате (она лежала в отдельной палате). Ей принесли много цветов, и сестра их поставила в воду, убрала все. Соня сказала: ?А теперь я буду спать. ? Повернулась, устроилась в кровати и уснула. Так во сне и умерла.

Я не помню часа и числа, когда она умерла. Меня не было в Москве. Сестра наверное помнит. Мне кажется - под вечер. Когда же это было? Летом, да. Летом. Тогда прилетели Челюскинцы.

Она так, так часто вспоминала Вашу маму, так часто рассказывала нам про нее и про вас, так часто читала нам ее стихи. Нет, она никогда, никогда ее не забывала.

...После ее смерти ее муж куда-то уехал, пропал. Где он сейчас - неизвестно.

Соню - сожгли?.

========

?Когда прилетели Челюскинцы...? Значит - летом 1934 г. Значит - не год назад, а целых три. Но год - или три - или три дня - я ее больше не увижу, что - всегда знала, - и она никогда не узнает, как...

Нет! она навсегда - знала.

========

?Когда прилетели Челюскинцы? - это звучит почти как:

?Когда прилетели ласточки?... явлением природы звучит, и не лучше ли, в просторе, и в простоте, и даже в простонародности своей, это неопределенное обозначение - точного часа и даты?

Ведь и начало наше с нею не - такого-то числа, а ?в пору первых зеленых листиков...?.

Да, меня жжет, что Сонечку - сожгли, что нет креста - написать на нем - как она просила:

И кончалось все припевом: Моя маленькая!

Но - вижу ее в огне, не вижу ее - в земле! В ней совсем не было той покорности и того терпения, одинаково требующихся от отжившего тела и от нежившего зерна. В ней ничего не было от зерна, все в ней было:

Ja! ich weiss woher ich stamme: Uners?ttlich wie die Flamme, N?hr ich und verzehr ich mich! Glut wird alles, was ich fasse, Kohle - alles, was ich lasse, Flamme bin ich sicherlich!

Знаю я - откуда родом! Точно огнь - ненасытимый, Сам себе я корм и смерть. Жар - все то, что я хватаю, Уголь - все, что я бросаю, Я воистину огонь!

Жжет, конечно, что некуда будет - если это будет - будет - прийти постоять. Не над чем. Что Сонечки нет - совсем. Даже ее косточек. Но Сонечка - и косточки... нет!

Инфанта, знай: я на любой костер готов взойти...

Первое, что я о ней услышала, было: костер, последнее: сожгли. Первое, что я о ней услышала, было: костер, и последнее: костер.

Но как странно, как наоборот сбылись эти строки Павлика:

...Лишь только бы мне знать, что будут на меня глядеть Твои глаза...

- Ведь Инфанту - жгли, а Карлик - глядел: на нее, вечно-молодую, сжигаемую, несгораемую поседевший, поумневший Карлик Инфанты!

Моя бы воля - взяла бы ее пепел и развеяла бы его с вершины самой (мне еще сужденной) высокой горы - на все концы земного шара - ко всем любимым: небывшим и будущим. Пусть даже с Воробьевых гор (на которые мы с ней так и не собрались: у меня - дети, очереди... у нее любовь...)

Но вдруг я - это делаю? Это - делаю? Ни с какой горы, ни даже холма: с ладони океанской ланды рассеиваю ее пепел - вам всем в любовь, небывшие и будущие?

========

...А теперь - прощай, Сонечка!

?Да будешь ты благословенна за минуту блаженства и счастия, которое ты дала другому, одинокому, благодарному сердцу!

Боже мой! Целая минута блаженства! Да разве этого мало хоть бы и на всю жизнь человеческую?..?

Lacanau-Ос?аn, лето 1937 г.

Примечания

1 Се - человек! (фр.).

2 И не однажды сквозь стеснительный лик Первого консула проглядывало чело императора (фр).

3 Просто - голова (фр.).

4 Факельного шествия (нем.).

5 Предначертанным звездами (нем.).

6 Мрачный красавец (фр.).

7 Девушка и смерть (нем.).

8 Разве не знала ты, неосторожная актриса,

Что от исступленных криков, которые выходили из твоего сердца,

Твои исхудалые щеки запылают еще ярче?

Разве не знала ты, что, касаясь воспаленного чела,

Твоя рука с каждым днем становилась все горячее

И что любить страдание-значит искушать Бога? (фр.).

9 Эрнст Легуве. ?Шестьдесят лет воспоминаний - Малибран?. Несмотря на то, что сама она была воплощенная жизнь и одной из главных черт ее характера было очарование,-ее никогда не покидала мысль о смерти. Она всегда говорила, что умрет молодой. Порой, словно ощущая некое леденящее дуновение и чувствуя, как тень иного мира прикасается к ее душе, она впадала в ужасную меланхолию, сердце ее тонуло в потоке слез. У меня перед глазами стоят сейчас слова, написанные ее рукой: ?Приходите ко мне немедленно! Я задыхаюсь от рыданий! Все мрачные видения столпились у моего изголовья и смерть - впереди всех.,.? (фр.).

10 Любите друг друга, вы, прежде любившие меня оба, и иногда, при поцелуе, произносите мое имя... (фр.).

11 Я верю ночам (нем.).

12 Царство (фр.).

13 Жизнь (фр.).

14 Мое царство. Твое царство (фр.).

15 Царством, окончанием ее мира (фр.).

16 Установленного порядка (фр.).

17 Смиренность (фр.).

18 Тогда бы мог воскликнуть я: ?Мгновенье!

О, как прекрасно ты, повремени!? (нем.).

19 Храни господь! Прекрасно это было,

Храни господь! Так быть и не должно! (нем.).

20 Взъерошен лес, плывут над землей

Грозы громовые распевы.

Я этот мир дорисую тобой,

Твоими чертами, о дева! (нем.)(Перевод Е. И. Маркович).

21 Иллюстрированный воскресный выпуск (фр.).

22 Во времена кос и лошадей! (фр.).

23 Принимая наступательный тон (фр.).

24 Лестно (фр.).