Конец прекрасного принца (СИ) - Юраш Кристина

— Иди сюда! — цедила Надя, пытаясь зафиксировать принца. — Я кому говорю! Сиди смирно! Тут власть на кону! Да не дергай головой! Не оторву я тебе уши! Уши растопырь! Я кому говорю! Уши растопырь! Тьфу ты!

После пяти минут возни, Наде удалось примотать корону к принцу.

— Ну? И где поцелуи? — спросила она, безотрывно глядя на корону. — А то у меня рука просохла?

— Каждый поцелуй — это наслаждение, — прошептал принц, склоняясь к Надиной руке. Корона зубцом чуть не выколола Наде глаз, но не упала.

— А теперь… — набрала Надя воздуха в грудь. — Трогай!!!

Надя готовилась к тому, что увидит нечто прекрасное. Но пока что увиденное ее пугало. Чем дальше они удалялись от дворца, подпрыгивая на каждой кочке, тем больше мусора попадалось на дороге.

— Ох, мамочки! — подскочила Надя вместе с принцем на ухабе.

Народ выбежал встречать их. Они махали руками и Надя махала им в ответ, улыбаясь приклеенной улыбкой.

— Рукой маши! — требовала Надя, пытаясь взять принца за руку и помахать.

Судя по взгляду принца, раньше он такими вещами не занимался. И вряд ли выезжал за пределы дворца.

— Улыбаемся и ма-а-ашем, — цедила Надя сквозь улыбку. Короны держались на удивление хорошо.

«Неужели принц женился?!!», — изумлялись горожане, высыпая из всех щелей. «Он же женщин ненавидит!», — переговаривались они.

Рука Нади уже устала махать. И стала отпадать. Карета ехала медленно, чтобы каждый житель столицы смог получше рассмотреть королевскую чету!

«Невероятно! Принцесса нам машет!», — обрадовались горожане, начиная махать карете. «Может, принц не такой злой, гадкий и мерзкий?», — послышался отчетливый детский голосок, мечтающий остаться сиротой раньше времени.

— Мамочки, — сквозь улыбку процедила Надя, понимая, что еще два взмаха и все.

Карета въехала в какой-то бедный квартал. И на помощь Наде с уставшей рукой пришли мухи! Усталость была забыта!

— Фу! Фу! — отбивалась от мух Надя, чувствуя, что турне ее изрядно утомляет. — Пшла вон! На принца лети! Я тут вообще не причем!

— Да здравствует принц! — внезапно крикнул кто-то. И все подхватили. «Да здравствует принцесса!», — кричали люди.

Принц смотрел странным взглядом, пытаясь поцеловать Наде руку под умилительные вздохи.

Видимо, здоровья ему никто не желал!

— Видишь, главное — это любовь народа! — заметила Надя, посылая воздушный поцелуй восторженной толпе. А сама на деле сплевывая и вытаскивая изо рта муху.

А потом в голову Наде пришла гениальная идея. Она стала сдирать жемчужины с платья и бросать их в толпу.

— Ура!!!! — заорала толпа. — Принцесса! Принцесса! Да здравствует принцесса!!!

— Вы — молодцы! — подбадривала Надя. — Вы— самые лучшие!!!

Надя улыбнулась, глядя на торчащие нитки и посмотрела на принца, который пытался прочитать ей стих о любви. При этом глаза его были далекими от романтизма!

— Народ — это женщина, — заметила Надя, удивляясь своим мыслям и поражаясь, откуда такое могло прийти ей в голову. — Он любит, когда за ним ухаживают, когда дарят подарки и делают комплименты!

Глаза принца сверкнули сталью. Он явно был другого мнения. И о народе, и о Наде, и уж тем более о ее характере.

— У меня замечательный характер, — усмехнулась Надя. — А то, что тебя так трясет, это означает что нервы у тебя слабенькие!

Принц под действием чар мучительно открывал в себе дар поэта. Надя пыталась закрыть его навсегда.

— … и твой красивый глаз опять ведет меня в экстаз… — агонизировал принц, поражаясь еще одному нераскрытому таланту!

С рифмами он не дружил. И вообще. Принц сильно дружелюбием не отличался!

— … и ты прекрасная такая… И две ноги подобны … маю, — мучился принц, подбирая с трудом рифмы.

— Они что? Цветут и пахнут? — спросила Надя мимоходом, улыбаясь толпе.

— Я без тебя не знаю, как вздохнуть…. В тебе хочу я утонуть… Твоя прекрасная грудь… — продолжал беспощадно талантливый принц.

«Засоси меня трясина!», — вздыхала Надя, пытаясь поддерживать королевский имидж.

Клуб изнасилованных нервных клеток пополнялся новыми жертвами. «Здравствуйте!» — приветствовала присутствующих новенька нервная клетка. «Здравствуй, нервная клетка!», — хором затягивали уже присутствующие. «Меня изнасиловали рифмой «грудь — надуть».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Чтобы дарить женщинам такие отвратительные стихи нужно быть либо неприлично богатым. Либо нереально красивым.

В принципе, в принце сочеталось и то и другое. Но не помогало!

— Ну вот так всегда, — вздохнула Надя, которой в одно ухо влетали рифмы, а в другое — вылетали. — Никто не ценит! А я, между прочим, тебе тут жизнь спасаю! Продолжай бы ты в том же духе, смерть бы тебя сама грохнула! Тоже мне, узурпатор! Узурпалочка не выросла правильно узурпировать!

Карета сделала круг по Столице и повернула обратно во дворец. Надя чувствовала себя, как «выжратый» лимон!

— Домой, быстрее, — цедила она, отдуваясь. — А то что-то меня укачало! Тошнит, сил нет! Туда — сюда! Туда — сюда! Не дорога, а ухабы! Кошмар какой!

— Я хочу облегчить твои страдания поцелуем! — страстно прошептал принц, пытаясь дотянуться губами.

Про столь нетрадиционное лечение тошноты поцелуем Надя слышала впервые. Но пробовать не собиралась.

— Не надо! — упиралась Надя, глубоко дыша.

Внезапно карета подскочила, да так, что Надю подбросило вверх. Поскольку карета была открытой, попа Нади оторвалась по полной! На полметра точно!

Зато принц, чуть не вылетел из кареты.

— Эй! — заорала Надя, хватая принца и пытаясь втащить сначала его, а потом ему. — Что это было! Лежачий полицейский?

— Лежачий алкоголик! — заметил хмурый кучер, после приземления.

— Эй! — послышался пьяный голос. — Поосторожней что ли! Разъездились тут! ЛюдЯм спать не дают!

Наде было уже все равно. Дома, улицы и восторженная толпа сливались воедино. Она мечтала попасть во дворец и отдохнуть.

— Мммм! — пытался облегчить страдания принц. Он считал, что поцелуй — лучшее лекарство от всех болезней!

Глава семнадцатая

Ко дворцу они подъехали спустя час, умудрившись попасть под дождик.

Если из дворца выходила воодушевленная принцесса в роскошном платье, то из кареты выползала мокрая злобная мышь.

— Тьфу! — выдала Надя, стекая с подножки. Она тащила за собой принца, не устающего признаваться ей в любви.

«Корона не упала… Ни одна не упала!», — перешептывались встречающие слуги. «Ни принца, ни принцессы!»

Надя выдохнула и по залу. Принц плелся за ней.

— Ваше высочество! У нас по расписанию казнь! — послышался голос Носа, пока Надя отвязывала корону от себя и от принца.

Надя поняла, что отвязала корону рано!

— А кого казнят? — спросила Надя.

— Мелкого воришку! Он стащил с прилавка помидор, когда продавал доспехи! До этого он был победителем драконов, очень известным героем! — гордо ответил Нос.

— Так простили бы ему этот помидор! — удивилась Надя, вспоминая слова Смертушки.

— Его бы по-хорошему в тюрьму! Чтобы другим неповадно было! Но у нас все тюрьмы переполнены! Вот и казним лишних! По приказу принца! — заметил Нос, почесав свою визитную карточку.

Надя задумалась. На секунду ей показалось, что в темном углу прячется Смерть и шепчет: «Ты спасаешь ему жизнь! Иначе я его сама прикончу! Я работаю не разгибаясь, дома не была уже сколько!».

— Так, приказ! Где мой какарь? — крикнула Надя. — Пусть несется сюда! Сейчас указ будем писать!

Принц стекал по стеночке, глядя измученными глазами на жестокий и несправедливый к женщинам мир.

— Я, принцесса Надежда, — начала Надя, но Нос ее оборвал.

— Такие указы издает принц! Они издаются от лица принца! — заметил советник.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Все посмотрели на принца. На принце лица не было. Не то, чтобы издавать указ! Он был не то зеленый, не то серенький.

— Значит, я … эм… принц… — замялась Надя, но Нос отрицательно помотал головой.

— Я же сказал, такие приказы отдает принц! — хмуро сказал он.