Помутнение - Филип Дик

— Ясно, — ответил Фред.

Перед его левым глазом стали мелькать знакомые предметы, и он тыкал указкой в светившиеся фотографии. То же самое повторили с правым глазом.

— Теперь мы закрываем ваш левый глаз и мельком показываем изображение знакомого предмета перед правым глазом. Левой рукой, повторяю, левой рукой вы должны выбрать из группы предметов только что увиденный.

— Ясно, — сказал Фред.

Ему показали картинку игральной кости; левой рукой он шарил в россыпи безделушек, пока не отыскал игральную кость.

— В следующем тесте вы должны, не глядя, нащупать левой рукой буквы и сложить из них слово, а правой рукой написать это слово.

Он все сделал.

— Теперь, с закрытыми глазами, нащупайте левой рукой предмет и назовите… Ваши глаза закрыты, в руках по предмету. Определите на ощупь… Вам будет показан ряд треугольников в разных позициях. Вы должны сказать…

Ощупай, скажи, посмотри одним глазом, выбери. Ощупай, скажи, посмотри другим глазом, выбери. Запиши, нарисуй.

Через два часа ему велели выпить чашечку кофе и обождать в приемной. Спустя некоторое время, показавшееся ему невыносимо долгим, в приемную вышел один из врачей.

— Найдите внизу комнату с табличкой «Патологическая лаборатория» и сдайте кровь на анализ. Потом снова возвращайтесь сюда и ждите.

— Ладно, — мрачно сказал Фред и поплелся по коридору.

Вернувшись из лаборатории, он подошел к одному из врачей и спросил:

— Можно мне пока сходить к начальнику? А то он скоро уйдет.

— Пожалуй, — разрешил врач. — Мы позвоним. Вы идете к Хэнку?

— Да, я буду у Хэнка.

— Сегодня настроение у вас гораздо хуже, чем в нашу первую встречу, — заметил врач.

— Простите? — сказал Фред.

— В нашу встречу на той неделе. Вы все время шутили и смеялись. Хотя чувствовалось, что внутри напряжены.

Ошарашенно глядя на него, Фред узнал одного из тех двух врачей. Но промолчал. Лишь хмыкнул и направился к лифту. Эти проверки действуют на меня угнетающе, подумал он. Интересно, с кем я разговаривал? С усачом или… Должно быть, с другим, с безусым. У этого нет усов.

— Вы вручную нащупаете предмет левой рукой, — пробормотал Фред, — и в то же время посмотрите на него правой. А затем своими собственными словами скажете нам…

Большей околесицы он придумать не мог. Самостоятельно. Без их помощи.

В кабинете Хэнка лицом к Фреду сидел посетитель.

— К нам пришел информатор, который звонил насчет Боба Арктора, — представил Хэнк.

— Так, — промолвил Фред.

— Он снова позвонил нам, и мы предложили ему явиться. Вы его знаете?

— Еще бы, — сказал Фред, глядя на Барриса, с широкой ухмылкой на лице вертевшего в руках ножницы. — Джеймс Баррис, не так ли? Что вы хотите сообщить?

— Я располагаю информацией, — негромко произнес Баррис, — что Боб Арктор — член огромной секретной организации, не ограниченной в средствах, с арсеналами оружия, пользующейся шифром и кодовыми словами. Организация, по всей видимости, ставит целью свержение…

— Это уже домыслы, — перебил Хэнк. — Где доказательства?

— Я могу представить записи телефонных разговоров Боба Арктора.

— Что за организация? — потребовал Фред.

— Я считаю… — начал Баррис, но Хэнк раздраженно взмахнул рукой. — Она носит политический характер. — Баррис вспотел, но сохранял довольный вид. — Ее деятельность направлена против нашего государства.

— Какова связь Арктора с источником препарата С? — спросил Фред.

Учащенно моргая, то и дело облизывая губы и гримасничая, Баррис сказал:

— Изучив мои сведения, вы придете к выводу, что препарат С изготавливается в некоей стране, которая намерена расправиться с США, и что мистер Арктор — заметная часть сложнейшего механизма…

— Можете ли вы назвать имена других членов этой организации? — спросил Хэнк. — Контакты Арктора?.. Предупреждаю, что дача ложных показаний является преступлением.

— Понимаю, — сказал Баррис.

— Итак, сообщники Арктора?

— Мисс Донна Хоторн. Под всевозможными предлогами он регулярно входит с ней в сношения.

Фред рассмеялся.

— В сношения! Что вы имеете в виду?

— Я выследил его, — медленно отчеканил Баррис.

— Он часто ее посещает? — спросил Хэнк.

— Да, сэр, очень часто. Не реже…

— Она его подружка, — перебил Фред.

Хэнк повернулся к Фреду.

— Каково ваше мнение?

— Нам определенно следует взглянуть на доказательства.

— Приносите, — велел Хэнк Баррису, — все приносите. Прежде всего нам нужны имена. Имена, телефоны, номерные знаки автомашин. Имеет ли Арктор дело с большими партиями наркотиков?

— Безусловно, — подтвердил Баррис.

— Каких именно наркотиков?

— Разных. У меня есть образцы. Я предусмотрительно брал пробы… Для анализа.

Хэнк и Фред переглянулись. Баррис, устремив вперед отсутствующий взгляд, улыбался.

— Что вы желаете добавить? — обратился Хэнк к Баррису. Затем повернулся к Фреду. — Может быть, следует послать с ним за доказательствами полицейского?

Хэнк боялся, как бы он не передумал, не струхнул, не смылся, оставив их с носом.

— Вот еще что, — сказал Баррис. — Мистер Арктор — неизлечимый наркоман. Без препарата С он не в состоянии прожить и дня. Рассудок его помутился. Арктор опасен.

— Опасен, — повторил Фред.

— Да! — торжествующе объявил Баррис. — У него случаются провалы памяти, которые типичны для вызываемых препаратом С повреждений мозга. Вероятно, не осуществляется оптическая инверсия в связи с ослаблением ипсилатерального компонента…

— Я просил вас воздержаться от беспочвенных высказываний. Так или иначе мы пошлем с вами полицейского. В штатском.

— Меня… — Баррис кашлянул, — могут убить. Мистер Арктор, как я говорил…

Хэнк кивнул.

— Мистер Баррис, мы ценим ваши усилия и осознаем риск, которому вы подвергаетесь. Если информация послужит доказательством на суде, тогда, разумеется…

— Я пришел не ради денег, — вставил Баррис. — Этот человек болен. Его мозг поврежден препаратом С. Я пришел, чтобы…

— Цель вашего прихода для нас не имеет значения, — оборвал Хэнк. — Для нас имеет значение лишь информация. Остальное — ваше личное дело.

— Благодарю вас, сэр, — сказал Баррис. И улыбнулся.

Глава 13

В комнате 203 два врача–психиатра излагали безучастно слушавшему Фреду результаты обследования.

— Мы наблюдаем не повреждение, а скорее «феномен соперничества». Садитесь.

— Соперничества между левым и правым полушариями вашего мозга, — подхватил второй врач. — Мы имеем дело не с одним сигналом — пусть искаженным или неполным, — а с двумя сигналами, несущими разноречивую информацию.