Осознание. Медитации, притчи, озарения - Энтони де Мелло

Высшее знание о Боге, доступное человеку, заключается в том, что мы не знаем Бога. Трагедия наша в том, что мы слишком много знаем. Вернее, думаем, что знаем, и в этом трагедия; ведь так мы не узнаем никогда. Фома Аквинский (а он был не только великим теологом, но и выдающимся философом) повторял снова и снова: «Все усилия человеческого ума не способны постичь суть природы одной-единственной мухи».

❦

Культурная обусловленность

Еще немного о словах. Ранее я уже упоминал, что область воздействия слов ограничена. Теперь мне хотелось бы кое-что добавить. Есть слова, которые вообще ничему не соответствуют. Например, я индиец. Допустим, меня взяли в плен пакистанцы, и однажды утром они мне говорят: «Сегодня мы отвезем тебя к границе, посмотришь на свою страну». Они везут меня к границе, я смотрю на пейзаж передо мной и думаю: «О, моя родина, моя прекрасная страна! Эти деревья, холмы, милые поселки… Здесь я родился, здесь моя родная земля!» И тут один из конвоиров говорит: «Ой, мы немного ошиблись. Это еще не граница, нужно проехать еще миль десять». Так на что я реагировал? Ни на что. Я был сосредоточен на слове «Индия». Но деревья – это не Индия; деревья – это деревья. Никаких рубежей и границ на самом деле нет. Границы созданы умом человека; чаще всего умом глупых и жадных политиков. Моя страна когда-то была одной страной. Сейчас это уже четыре страны. Того гляди, их станет шесть. Шесть флагов, шесть армий. Вот почему вы никогда не увидите, чтобы я отдавал честь флагу. Я ненавижу национальные флаги, все до единого! Это идолы. Чему тут отдавать честь? Я отдаю честь человечеству, а не флагу и собравшейся под ним армии. Флаги находятся у людей в головах. У нас в словаре тысячи слов, которые не обозначают ничего, что существовало бы в реальности.

Но какими мощными триггерами для эмоций иногда становятся такие слова! Мы начинаем видеть то, чего в природе не существует. Мы видим индийские холмы, которых на самом деле не существует, и мы видим индийцев, которых тоже не существует. Да, существует культурная обусловленность, будь то американская или индийская. Но в этом нет ничего хорошего. Что это за слово такое, «культура»? Мне оно, если честно, не очень нравится. Что оно означает? Что вам нравится делать определенные вещи, потому что вас к ним приучили? Что вы хотели бы чувствовать определенные вещи, потому что вас приучили, что так нужно себя чувствовать? Не слишком ли механистично? Представьте себе американского младенца, которого усыновила русская пара и отвезла в Россию. Он понятия не имеет, что был рожден американцем. Он растет и учится говорить по-русски; живет и готов умереть ради Матушки России. Возможно, ненавидит американцев. Ребенок несет на себе отпечаток русскости, он весь пропитан русской литературой. Смотрит на окружающий мир глазами родной культуры. Послушайте, если хотите «носить» свою культуру, как вы носите одежду, почему бы и нет. Индийская женщина носит сари, японская женщина – кимоно, американская женщина – футболку и шорты. Но ни одна из них не отождествляет себя со своей одеждой. Так почему к культуре мы относимся иначе? Гордимся зачем-то своей культурой… Ведь нас специально с детства учат гордиться ею. Позвольте привести один яркий пример. Есть у меня друг, иезуит, который как-то мне сказал:

– Каждый раз, когда я вижу нищего, я подаю ему милостыню. Ничего не могу с собой поделать. Это у меня от матери.

Дело в том, что его мать, встречая нищих, всегда старалась накормить их. Я ответил ему:

– Джо, это ведь не настоящая добродетель; это компульсивное поведение. Хорошая привычка, если смотреть с точки зрения нищего, но все равно компульсивная.

Помню другого иезуита, который высказался во время закрытой встречи мужчин-иезуитов в Бомбее так: «Мне восемьдесят лет; из них шестьдесят пять я был иезуитом. Каждый день я медитирую по одному часу. И за все эти годы я не пропустил ни единого дня». Что ж, пожалуй, здесь есть чем гордиться. А может быть, и нет? Может, это не более чем привычка, то есть, опять-таки, компульсивное действие? Если действие совершается автоматически, чем тут гордиться? Красота человеческого действия заключается не в том, что оно стало привычкой, а в том, что оно совершается с чувством, осознанно, в нем присутствует ясность восприятия и адекватность конкретным обстоятельствам. Я могу дать милостыню одному нищему, но отказать другому. Меня не принуждают к этому никакие шаблоны мышления и поведения, я не запрограммирован своей культурой или предыдущим опытом. Во мне нет «отпечатка» некоего алгоритма действий, а если и есть, я больше не следую этому алгоритму. Если у вас случился конфликт, допустим, с американцем, или вас укусила собака, или вы съели что-то и отравились, эти события будут оказывать на вас влияние всю жизнь. И это плохо! От этого нужно освободиться. Не надо тащить на себе груз всего плохого опыта, который вы получили в прошлом. На самом деле груз хорошего опыта тоже неплохо бы отбросить. Познайте, каково это – в полной мере насладиться опытом, а затем отбросить его и перейти к следующему, не испытывая никакого влияния опыта предыдущего. И тогда окажется, что у вас больше нет груза прошлого опыта и вы действительно способны «пройти сквозь игольное ушко». Вы познаете вечную жизнь, потому что вечность – это вечное сейчас, которое находится вне времени. Только так можно постичь вечную жизнь. А мы? Сколько всего мы на себе тащим? Даже не пытаемся освободиться, избавиться от груза прошлого, стать самими собой. Куда бы я ни отправился, я встречаю мусульман, которые обращаются к своей религии, ритуалам и Корану, чтобы отвлечь себя от этой задачи. То же самое с индуистами и христианами. Можете представить себе человека, на которого слова больше не оказывают влияния? Вы можете вывалить на него сколько угодно слов, а он все равно будет честен и открыт с вами. Вы можете сказать ему: «Я кардинал, архиепископ такой-то», но он все равно будет видеть самую вашу суть, видеть, кто вы есть на самом деле. Ярлыки на него никак не действуют.

❦

Просеивая реальность

Хочу еще кое-что сказать о нашем восприятии реальности. Пусть это будет аналогия. Президент Соединенных Штатов нуждается в обратной связи со своими гражданами. Папа Римский нуждается в обратной связи от всей христианской Церкви. К таким людям стекается огромное количество информации, но они физически не способны всю ее воспринять, не говоря уже о том, чтобы «переварить». Поэтому и у Президента, и у Папы есть целая команда людей, которым они доверяют отслеживать, сортировать, подводить итоги и фильтровать информацию; по итогам этого процесса некий свод данных попадает к Президенту или Папе на стол. То же происходит со всеми нами. Каждая пора, каждая клетка нашего тела, огромное количество нервных окончаний, органы чувств постоянно поставляют нам информацию об окружающем мире. И мы беспрерывно ее отсеиваем. Кто отвечает за это «сито»? Наше психологическое кондиционирование? Культура, в которой мы выросли? То, как нас запрограммировали? То, как нас научили видеть вещи и воспринимать их? Даже язык, на котором мы говорим, может стать таким «ситом». И столько всего мы отсеиваем, что порой не способны увидеть вещи такими, какие они есть. Достаточно взглянуть на человека с параноидальным расстройством личности. Он постоянно ощущает угрозу, исходящую от того, чего на самом деле не существует, постоянно интерпретирует реальность в терминах того, что с ним случилось в прошлом, не в силах оторваться от прошлого опыта.

Есть и другой демон, который отсеивает для нас информацию. Это демон