Гладь, люби, хвали 3: нескучная инструкция к щенку - Анастасия Михайловна Бобкова

* * *

Вроде нет проблемы. Если людям нравится думать, что их щенки – хитроумные манипуляторы, то пусть себе думают. Не трудно же иногда дать слабину и выдать животному то, чего оно там добивается. Тем более что мечтает оно не владычицей морской стать, а всего лишь игрушечку достать из-под дивана или последней сосисой из тарелки завладеть. Но если допустить, что собаки способны манипулировать, можно не увидеть истинных причин того или другого песьего поведения. А там, где не видны причины, невозможно применить адекватные ситуации воспитательные меры и исправить надоедливого «манипулятора». Отсюда горестные всплески руками и фразы: «Мы его избаловали, и теперь сладу с ним нет».

На самом деле за манипуляции мы принимаем выученное поведение собак. Никакой пес, конечно, не способен составлять коварные планы из серии «сделай сиротливые брови, сожри ножку табурета, мать испытает чувство вины, сломается и купит новую погрызуху». Чтобы так поступать, нужно уметь думать на перспективу и корректировать стратегии поведения в зависимости от реакций «жертвы», а у зверей с этим большие проблемки. Да, они способны принимать решения, но только «здесь и сейчас», не задумываясь о том, какой эффект на мамичку произвела их манипуляция час назад. Ассоциативное мышление – это весь арсенал их интеллектуальных сил. Оно не позволяет предполагать мамичкину реакцию на свежие песьи решения, оно может опираться только на предыдущий опыт.

Скажем, закрыли вы щенка в комнате, потому что мешает совещанию в зуме. А щенок там принялся орать и скрести лапой новый ламинат. Умей псы манипулировать, мы могли бы предположить, что они догадались: мать дорожит ламинатом и репутацией на работе. Потому сразу прибежит спасать имущество и угоманивать крикуна. И выпустит собаку, конечно, потому что только так можно избежать разрушений. Выглядит как простая манипуляция в два шага и ужасно бесит, потому что приходится подчиняться зверьку в три кило весом, отменять совещание и латать ламинат. И главное, если это манипуляция, то никак не получится со щенком договориться, ведь у него есть действенный инструмент (истерика) и понятная цель (выйти из комнаты).

Но если знать, что манипуляции в мире зверей невозможны, получится разглядеть за этим хулиганством истинные причины и что-то делать уже с ними. А это проще, чем рассчитывать, что щенок образумится и откажется от своей цели, уступит великодушно и помолчит, раз мать попросила. В реальности щенок в закрытой комнате просто разволновался и сбрасывает свое волнение всеми доступными способами – орет, ковыряет пол, бросается на дверь. Он, конечно, хочет выйти, потому что «с кем это мамичка там разговаривает, ведь никто не приходил». Но щенок не выбирает способы, с помощью которых можно скорее на окружающих повлиять. Не оценивает, насколько мать дорожит ламинатом и тишиной, а просто делает то, что привык делать в любой непонятной ситуации.

И если вдруг мать пришла на крик и выпустила такую вот возбужденную собаку на волю, тут уже сложится ассоциация: ори и буйствуй, обычно это приводит к успеху. Это точно такая же схема поведения, как в случае, например, с командой «сидеть». Сядь, когда произносят то самое слово, это приведет к колбасьей попке. Но почему-то красивое выполнение команд никто не называет манипуляцией с коварной целью получить во владение все колбасьи попки мира, а неудобное хозяевам поведение немедленно удостаивается подобного статуса. Вести себя тем или иным образом собак мотивирует не только еда, и учатся поведению они не только за еду и не только когда мы их специально учим. Когда орешь в закрытой комнате, лучшей наградой будет свобода, а не колбаса. И свобода же лучше колбасы закрепит поведение.

Это все ассоциативное мышление и формирование условных рефлексов, а не коварство помыслов и токсичные отношения собак с хозяевами. Псы не манипулируют, а выдают поведение, которому их научила жизнь. Вот наша собака Лидуська могла бы считаться королевой манипуляций, если бы проводили такой конкурс. Половину жизни она, скорее всего, провела на улице. И там научилась виртуозно забирать у людей их еду. Ей повезло родиться с манипуляторскими бровями, поэтому забирала еду она не силой, как какой-нибудь грубый гопник, а нежностью, как лучшая интриганка района. Но, так как Лидуся – собака, а не антагонист в бразильском сериале, она не строила коварных планов и не анализировала уязвимости шашлычников.

Она просто побаивалась людей. Но есть хотелось, потому эта собака, вооружившись всеми доступными ей сигналами примирения, подползала к шашлычникам на полусогнутых, бодалась ушастой башкой и шевелила бровями. Те таяли, глядя на эти несчастные брови, уверяли друг друга, что собака неделю не ела, а просто у нее шерсть широкая, и отдавали ей свои шашлыки. Лидуся быстро составила ассоциацию, что такое пресмыкание ей приносит еду, и, конечно, начала практиковать этот метод в промышленных масштабах. Когда эта собака попала к нам, она весила килограммов на семь больше, чем нужно. Такая вот бездомная несчастная деточка. И первое время мы наблюдали эти ее «манипуляции». Каждый раз, когда она устремлялась к очередному шашлычнику, мы думали, что она нашла, наконец, своих прежних хозяев – столько нежности у нее было к ним.

Но так выглядит выученное поведение, а не вероломное манипулирование судьбами людей. В категории лидусячьих ценностей нет места раздумьям о том, что она лишает людей еды хитрыми пассами бровей. Она просто хотела шашлыка и случайно нашла наиболее действенный способ его получить. Слава собачьему боженьке, что псы так умеют. Иначе мы вряд ли могли бы их заинтересовать дрессировкой. Единственное сходство собак и хитроумных манипуляторов в том, что те и другие не задумываются о морали и действуют исключительно в своих интересах. Разница лишь в том, что псы понятия не имеют о существовании какой-либо морали, а манипуляторы просто выбрали не обращать на нее внимания.

Так что щенки неспособны к манипуляциям не потому, что считают это недостойным занятием для благородного пса. Им просто не хватает неокортекса в голове. Так же и человеческие дети, которые потом отрастят этот неокортекс и будут способны к манипуляциям. Но для этого им придется повзрослеть. Конечно, иногда приятно думать, что собаки и дети хитрее, чем есть на самом деле. Но это ведет нас к бессилию в борьбе с неудобным поведением. Попробуйте переубедить настоящего манипулятора, что его поступки – это нехорошо. А собак и переубеждать не нужно. Достаточно показать им, что есть другие способы получить то, чего им так хочется. Благо, хочется им не мирового господства и не всей вашей зарплаты.

* *