Оранжевая страна. Фельдкорнет - Александр Башибузук

М‑да, ну и откуда, в самом деле, у меня опыт? Штаты сейчас с Филиппинами бодаются да с Испанией. С Мексикой уже отвоевали. Впрочем, я могу и не принадлежать к регулярной армии. У американцев полно иррегулярных отрядов. Ладно, была не была…

– Везде понемногу, господин генерал; пограничные стычки в основном. – Я ответил и похолодел – а вдруг? При желании он меня сейчас легко в угол загонит.

– Ваша скромность!.. – Генерал назидательно вздел указательный палец в небо. – Ваша скромность делает вам честь!

Это точно. Ф‑фух…

– Мы решили поручить вашему отряду важное задание… – продолжил Морель. – Есть мнение, что необходимо установить охрану некоторых пунктов в городе, в первую очередь медицинских учреждений, а также организовать патрулирование и блокпосты. Мы согласовали эти мероприятия с командованием войск Республики и руководством города. Думаю, вы справитесь.

Максимов многозначительно мне кивнул, как бы советуя не перечить. Даже так, но я вообще-то и не собирался.

– Приложу все усилия для исполнения, господин генерал!!! – Я даже каблуками щелкнул и внутренне сконфузился – не переигрываю?

Морель воспринял все естественно и удалился беседовать с волонтерами, а мы с Максимовым остались наедине.

– Ваших рук дело? – поинтересовался я у него. – Тогда объяснитесь.

– Все просто, – улыбнулся подполковник, – теперь я спокоен за наших соотечественников в госпитале.

– И всё?

– Пока да, – серьезно ответил Максимов. – Кстати, вашу информацию и предположения по действиям фельдмаршала Робертса я довел по инстанции, и хотя она подтвердилась до мельчайших подробностей, но, как вы понимаете, реакция бурских генералов… как бы это сказать… они и наших-то наблюдателей не слушаются.

– Знаю. Но, увы, таково реальное положение дел. Тут я вам уже не помощник.

– О помощи. – Максимов внимательно посмотрел на меня. – Я вижу, вы собрались остаться с бурами? А как же ваша миссия?

– Моя миссия уже выполнена, – отрезал я, – теперь я волен поступать как мне вздумается. Вот мне и вздумалось дождаться, когда Елизавета Георгиевна станет транспортабельна, и только тогда покинуть Африку.

– Но… – Подполковник на мгновение задумался. – Но, согласно вашим же аналитическим выводам, к этому времени Блумфонтейн будет занят британцами.

– Значит, надо сделать так, чтобы мои прогнозы не сбылись, – буркнул я подполковнику. – Во всяком случае, постараться.

– И вы знаете, как это сделать? – прищурился Максимов.

– Возможно. Но сами понимаете, для подобного развития событий одних моих усилий мало. Нужна общая комплексная работа. Но это… – я неопределенно помахал рукой, – из области невозможного.

– Очень надеюсь, что затея с дезинформацией сработает, – неожиданно признался Максимов. – Тогда вы, да и, честно говоря – мы получим некоторый авторитет, основывающийся на реальных делах, что, в свою очередь, позволит иметь большее влияние на руководство Республики. Задержания британского шпиона, к сожалению, мало. Мы серьезно оценили ваше мнение и ваши действия по отношению к британцам и готовы, в сотрудничестве с вами, выработать тактику противодействия при самом худшем варианте развития событий. Вот для этого вам пока не стоит участвовать в боевых действиях.

– Извините, для начала хотелось бы узнать, кто это «мы»? – вежливо перебил я Максимова. В самом деле, очень интересно: вроде никаких комитетов спасения республик история не запечатлела. Нет, конечно, многие военные наблюдатели пытались советами переломить ход дел, некоторые даже самолично участвовали в боях, но ничего централизованного вроде не было. Хотя, если начинание возникло на государственном уровне, все могло быть очень секретно – с бриттами открыто враждовать никто не решался, или, что скорее всего, на уровне отсебятины, ни к чему не приведшей. Комитеты, комитеты… Мне хотя бы на пару неделек сорвать наступление англов, а там хоть трава не расти.

– Люди, которым небезразлична эта война, – с улыбкой ответил подполковник.

– Очень определенно.

– Вы готовы сегодня вечером встретиться с нами? – конкретизировал предложение Максимов.

– Вечером мой отряд предотвращает нападение на Государственный банк Республики, – сурово отрезал я и добавил, разглядев дикое недоумение в глазах подполковника: – Приглашаю понаблюдать.

– Гм… – после некоторой паузы произнес Максимов, – я не против.

– Кстати, – вспомнил я про Софью, – что с…

– Она уехала, – с улыбкой сообщил подполковник. – Очень далеко, откуда уже не вернется. Думаю, вам не стоит больше о ней вспоминать.

Даже так? И как это понимать? Отправили на тот свет? Впрочем, мне все равно.

Я еще немного поговорил, после чего начальство с нами отобедало и благополучно отбыло, оставив меня ломать голову над обеспечением патрулирования и постов. Благо все это дело предполагалось устроить в согласовании с комендантом Баумгартнером, так что, надеюсь, с ним я полажу. Хотелось бы, во всяком случае.

В шестнадцать часов примчался Стромберг и доложил, что посыльный благополучно передал послание. Банда, в составе двадцати человек, обязалась прибыть в Дорпс Крааль – заброшенную ферму в западном предместье города, к девяти часам вечера.

Ну что же, еще одна победоносная операция совсем нам не помешает, к тому же, со слов Стромберга и бедолаги Андерсена, выходило, что эти разбойнички неплохо вооружены и обеспечены – поживились с республиканских складов, войдя в сговор с каким-то чинушей. Впрочем, почему «каким-то» – уже на карандаше красавец: Андерсен, вымаливая свою жизнь, сдал все и всех, с потрохами. Но я лично его убивать не стану – обещание давал; это сделает Стромберг. Сам вызвался.

Как победить банду, вопрос не стоял – нас намного больше, а вот подобраться к ним незамеченными и перекрыть возможные пути отхода – задачей оказалось весьма нелегкой. Я немного подумал над картой и разделил отряд на две части. Шнитке с тридцатью волонтерами и при «картечнице» зайдут со стороны буша, перекрыв дорогу к отступлению, а я с Наумычем, Ла Маршем и остальными пройду по пригородам и ударю с другой стороны. Вроде все просто, но есть один щекотливый момент. При разбойничках около ста килограмм динамита. Если что – мало никому не покажется. Но это дело такое. На месте разберемся. Эх, были бы при мне с десяток моих прежних сослуживцев – взяли бы супостатов без шума и пыли. Да и вообще, не исключаю… Ладно, мечты мечтами, а дело делать надо.

Провел общий инструктаж с личным составом, потом поговорил с капралами. Перспектива небольшой победоносной войны несказанно всех воодушевила. Надо же, люди как люди, а воинственные – как бойцовые петушки. Но воинственность – это как раз хорошо. Правда, в гомеопатических дозах. Да-а… сильно европейцы изменились к двадцать первому веку. Да и хрен с ними, толерантными. Как ни крути, мне до той современности не дожить.

Вернулся Максимов, и мы выступили. Уже темнело, так что добраться до кривого оврага в полукилометре от фермы удалось незамеченными. Никем не замеченными – буры ночью предпочитают сидеть дома.

– Спешиваемся, лошадей оставляем здесь. Рулле, Карл, остаетесь при них. Остальным рассыпаться в цепь, интервал пять метров, направление – здание фермы. Увижу, кто закурит – глаз на задницу натяну. Быть готовыми по команде продолжить движение ползком. Огонь – тоже строго по моей команде.

– А как это: глаз на задницу? – озадаченно поинтересовался Феликс Груббер, веселый толстячок-эльзасец. – Может, наоборот?

– А ты закури – сразу узнаешь. Все, рот закрыл! В движении ориентироваться на меня, вперед не забегать. Пошли.

– А как вы узнали, что банда собирается грабить банк? – осторожно поинтересовался Максимов. Он отсиживаться в стороне не собирался и, взяв на изготовку карабин, стал в цепь рядом со мной.

– Случайно.

– Все-то у вас случайно, – посетовал подполковник.

– Я и сам здесь случайный, – буркнул я тихонечко.

Первые четыре сотни метров прошли в хорошем темпе, затем я дал команду залечь и, поднявшись на пригорок, внимательно рассмотрел ферму в бинокль – луна достаточно хорошо освещала местность.

Ферма как ферма. Большой двухэтажный дом с пустыми проемами окон и дверей. Хозпостройки, загоны и прочая дребедень.

– Вон фура с динамитом, левей сарая. Наумыч, глянь. – Я передал Степе бинокль. – Как думаешь?

Наумыч глянул, подозрительно покосился на Максимова и буркнул:

– А чего тут глядеть. Часовой вона всего один – лохмандей, сиськи трет. Навроде рядом больше никого нет – остальные в доме. Лошаденок архаровцы не выпрягли, увести – и всех делов. Я сделаю.

– Сделай, я тебя прикрою. Ла Марш, начинайте окружать ферму.