Жестянка 2 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович

— Денег не хватило?

— Знающие люди отговорили. Рай для картелей, ад для тебя, один из самых опасных городов мира. А может и самый, там как раз очередной всплеск перестрелок начался, трупаки на улицах. Один из важнейших транспортных узлов Мексики, между прочим. Именно туда пытается свалить большинство американских кинопреступников, почувствовав жаркое дыхание полицейской погони… — вспомнил я голливудские фильмы.

Спика сморщил одну бровь, смешно скосил глаза, оживляя память.

— Ну, помнишь, полицейская погоня на последних милях перед границей, мат-перемат, сломанный шлагбаум, пальба со всех стволов, — помог я.

— Всё как я люблю! — умилился Спика.

— Что ты! — подтвердил я.

Он ещё раз вскинул пистолет двумя руками и раздельно, с хрипотцой в голосе процедил воображаемой жертве:

— Ты напрасно приехал в это местечко, глупый гринго. Мобилу гони, чушпан!

— Похож! — широко улыбнулся я. — Только шпалер надо сунуть спереди за ремень, и чтобы футболка сверху. Ладно, гони бабос.

— Так нету! — спокойно заявил мексиканец.

— А в ухо? — тут же разозлился я. — Сеня, ты педали не путай! Чего ж ты тогда меня за угол заводил?

Он очень не любит, когда его называют по имени.

— С собой нет! С собой! — заторопился Семён.— Я же совсем немного взял, так, на мелочёвку… Выпить-закусить. Бандану вот купил, классная же! А в бухгалтерии лежит жалование за четыре месяца! Как приедем, я тебе сразу и отдам, зуб в придачу!

— Да иди ты со своим зубом, — не на шутку расстроился я.

Облом. Изящный, надежный как швейцарские часы план экстренной добычи средств на предоплату рассыпался в прах вместе с хрустальными башмачками. Вернее, кроссовками.

И Спика здесь абсолютно ни при чём. Просто не надо пытаться обдурить ход времени. Можно, конечно, у девчат попросить взаймы, наберут, наверняка, но я очень не люблю быть в долгу. Особенно в финансовом. А уж в финансовом, да ещё и перед женщиной — дистиллированный залёт.

— А вообще как? С остальным всё нормально прошло? — зачем-то спросил Спика.

— Более или менее, что планировал — сделал.

— Ты это… Извини, я ж не мог знать.

— Ладно, проехали, это ты меня извини за тупой наезд. В гарнизоне так в гарнизоне, — примиряюще сказал я. — Хоть текилой-то угостишь, бандит? Я реально по нулям.

— Брателло, да без проблем! — обрадовался Пикачёв.

— Ну, тогда держи в качестве скидки, — я протянул ему два билета в кино. — «Бриллиантовая рука», на неё билетов не достать. Выделены первой группе спасателей личным распоряжением главы города. Найдёшь кого-нибудь из дам в спутницы?

— Хе! Не кого-нибудь, а кого именно из четырёх! — бодро заявил молодой горячий мексиканец, изучая волшебную синюю бумажку.

— Только учти, это летний кинотеатр, там мест для поцелуев нет, — предупредил я.

— Спаси-ибо, Денис, охренеть… — протянул он. — А места для поцелуев и на велосипеде есть, командир, был бы вайб.

Ну что за жизнь пошла?

Некого мне пригласить. Ни денег в кармане, ни вайба под ложечкой, ни спутницы рядом. Ишь, размечтался, Рубин, в кино он захотел с дамой, да в интимной темноте! Рано я подписался на Hustler, рано.

Эх, Ирина, Ирина, что ж ты не поехала…

До темноты было ещё пара часов, но тащиться на голодный желудок через весь город к Греку мне совершенно не хотелось. Прощание с этим праздником жизни и убытие в ППД запланировано на утро, сразу после усиленного завтрака в «Медее». Нет уж. Да и ребятам нужно помочь с размещением груза.

Узнав об этом, Назарова даже обрадовалась и сразу потащила меня за руку на осмотр того самого зарезервированного закутка.

Сверхкомпактный номер оказался пеналом три на полтора, к удивлению, вполне уютным. Окошко имелось, хотя в него было невозможно даже голову просунуть. Кровать, откидная полка и столик, масляная лампада на крючке, вешалка и даже потрёпанный томик Лермонтова с надписью «Учпедгиз» на обложке — что ещё нужно для отдыха?

— Ужинать будешь? — заботливо поинтересовалась хозяйка.

Я кивнул и вскоре оказался за столом с простой, но сытной едой: краюха грубого серого хлеба, большая помидорина, несколько кусочков мягкого козьего сыра с ореховым привкусом, сало с прожилками, дикий лук, солонка. И чай из того, что здесь называют иван-чаем. Трава эта действительно похожа на кипрей.

Оставив меня ужинать, Лидия вернулась, когда тарелки опустели, а чай, остывший до самой правильной температуры, был почти допит.

Она присела напротив и неожиданно сообщила:

— Волков город закрыл.

Я аж поперхнулся. Промокнул губы полотенцем и громко возмутился не по делу:

— Ёлки, Лида, предупреждать надо!

— Вот я и предупредила.

— Хорошо предупреждаешь, чё… — я пару раз кашлянул. — Давай подробности. Что значит, закрыл?

— А это значит, что запрещено покидать городскую территорию всем жителям моложе двадцати одного года. До особого распоряжения! — важно сообщила она. — Чаю подлить?

— Спасибо, родная, я уже всё, полный. Дело зашло так далеко?

Она кивнула и продолжила:

— Утром ещё один хотел удрать, но его патруль перехватил, теперь разбираются. А остальные наверняка не вернутся, на городском рынке все так думают… Да и я так считаю, сон плохой видела.

— Через КПП пытался? И оба закрыли?

Не дожидаясь ответа, спросил: — Ну хорошо, а что им помешает перелезть через периметр на востоке? Да и вообще. Это же свободные люди, уже не в ясельках.

— Ничего не помешает, просто там стланик колючий, все штаны изорвёшь. Да и не в этом дело, Денис. Волков завтра общее собрание на площади собирает, а потом отдельное, с молодёжью.

Лидия аккуратно положила в рот отщипанный от недоеденной горбушки кусочек и решила добить:

— Он и велосипеды запретил, тоже до особого.

«Надо валить» — подумалось мне.

— Могут и сбежать, раз свободные, так-то конечно. Но как пойти против общества? Он избранный глава, значит, действует от имени и по поручению общества. Ну, добудут они эти сокровища, но ради этого придётся пойти против людей. Город этого не примет, плохой пример остальным. Мы же одна семья, нам каждый человек дорог. Тем более если пропадают дети, а они ещё дети, как ни крути. Обществу они дороже трех лишних бочек с гвоздями или бензином.

— А без людей беглецу… — понимающе протянул я.

— Не выжить здесь в одиночку, сказки всё это, ты же знаешь, — вздохнула она. — Пробовали некоторые особо самостоятельные и гордые. Только пуговицы потом находят.

В воздухе слабо пахнуло гарью. И не аппетитной шашлычной, а дикой, тревожной. Что-то горело к западу от города, но что именно, я так и не смог понять — в ближних степных местах, кроме песка, ничего нет, а дальше болота. Чему там гореть? Опять сталкерские банды схлестнулись?

Лишь недавно радовался, что настали спокойные времена.

— Чёрт побери, что это за «сокровище» такое, кто там друг другу наврал?

— Проход они ищут, — глухо произнесла Назарова.

— Какой ещё проход? — не сразу понял я.

— Бочками и шмотками молодёжь не подманишь. Они героями стать хотят, Денис, чтобы для общества, — пояснила женщина убеждённо. — Молодые ищут Проход на Землю, вот какой слух меж ними гуляет! Туннель какой-нибудь, подземный ход, шахту…

Я оторопел. И было отчего.

Полная ерунда, базарные фантазии!

Хотя… Версия изначально казалась настолько дикой и нелепой, что можно и поверить.

Мало данных, критически мало. Разберёмся, конечно, но когда, эхе-хе… «А вдруг это поветрие уже коснулось и Пятисотки?» — нервно подумалось мне. Представил, и холодок пробежал по спине. Так, надо срочно возвращаться к своим, к Деду.

Что скажет стая?

Глава 9 Поворот не туда

На дворе стояло не раннее, но ещё утро, солнце начало подниматься. Пока что довольно прохладно, однако это ненадолго, скоро накатит изматывающая дневная жара. Хотя есть, есть надежда во-он на те тучки…