50 знаменитых скандалов - Оксана Очкурова

Тогда банкир Корнелиус Герц придумал транш… денежной лотереи, да еще под гарантии правительства. Однако частные компании не имели юридического права на проведение подобных акций. А значит… нужно было поменять закон! Для этого следовало также привлечь на свою сторону депутатов. Тут к делу подключился барон де Райнах, который вложил в дело «убеждения» тех, от кого зависело принятие решения по займу, огромные суммы. Только на наличные взятки во все эшелоны власти было затрачено более четырех миллионов франков! Однако для завершения этой бумажной эпопеи, тем не менее, потребовалось три года. Новый законопроект вступил в силу только 8 июня 1888 года. Дело подкупа чинуш стало одной из самых неприглядных страниц в истории Франции. На лапу получили все – от премьера до рядового депутата. Тогда же словарь французского языка обогатился особым словом для политической элиты – «чекисты». Оно обозначало, собственно, взяточников, поскольку в те времена взятки проплачивались исключительно банковскими чеками, а не наличностью.

И снова прокол: лотерейные билеты принесли только 35 % от ожидаемой прибыли – 254 миллиона франков вместо 720 миллионов. Всего с начала строительства компания вытянула из кошельков мелких вкладчиков сумму в 1 335 538 454 франка! Прошло семь лет с начала строительных работ, но трасса продвинулась едва ли на четверть запланированного расстояния. Проект поистине становился «золотым»: сооружение Суэцкого канала уже на тот момент потребовало в 2,9 раза меньше средств. Лессепс попытался исправить ситуацию, 11 декабря 1888 года выбросив в продажу 400 000 облигаций, но Франция больше ему не верила.

В 1889 году Всеобщая компания Панамского межокеанского канала прекратила платежи и приостановила проведение работ. 4 февраля Парижский трибунал вынес постановление о ликвидации общества Великого Француза. Это привело к разорению свыше 85 000 держателей акций (у них не осталось никакой надежды вернуть хотя бы часть своих денег), а депутат Ришар, докладывавший Национальному собранию законопроект об издании выигрышного займа, предпочел покончить жизнь самоубийством. Политический и финансовый скандал во Франции, связанный с деятельностью компании Лессепса, стал одним из самых знаменитых в истории рынка ценных бумаг и надолго отбил у французов желаниевкладывать деньги в разного рода проекты – как государственные, так и частные.

Крах компании послужил сигналом для начала судебного процесса, который закончился только в 1893 году. А годом ранее в газете «Либр Пароль» («Свободное слово») была опубликована статья скандально известного журналиста Дрюмона под названием «Изнанка Панамы». Она содержала разоблачение всех махинаций, правду о подкупе депутатов, министров, требования расследования деятельности не только компании Лессепса, а вообще проблемы коррупции в самых верхах французского общества. Журналист прямо говорил: у общества нет гаранта, защитника от ушлых жуликов и воров. А значит, общество нуждается в серьезном лечении… Правда, если верить Дрюмону, главными виновниками Панамского скандала все же были аферисты-евреи из окружения Лессепса. Он же, его сын, премьер, депутаты, министры и прочие участники скандала превращались в недалеких и жадноватых жертв заговора.

На процессе всплыли факты коррупции власти, которые привели законопослушных французов в состояние шока. Еще бы: обвинения в получении взяток были выдвинуты против 510 депутатов парламента. Правительство республики ушло в отставку. В то время само слово «Панама» стало нарицательным обозначением крупных афер. Ликвидационная комиссия, которая подсчитывала расходы на само строительство, обнаружила интересную вещь: стоимость машин, работ, выплата жалованья и т. п. «затянули» на 450 миллионов франков, а расходы на рекламу не превысили 50 миллионов. Так куда же исчезло еще 500 миллионов?! А они были банально растрачены: на подкуп газет, на проведение незаконных решений через правительство и парламент. Здесь стоит упомянуть, что среди «подкупных» изданий фигурировали действующие и поныне «Фигаро», одна из ведущих на тот момент во Франции газета «Ле Гулюа», «Ля Жюсти» (ирония судьбы: название переводится как «справедливость»!). Таким образом, к облапошиванию граждан оказались причастными столпы тогдашней республиканской прессы. Все они исправно сообщали об успехе строительства, о великолепных быстрых темпах работ; газеты пестрели заметками о том, какие великолепные дивиденды сулит в будущем это предприятие, какой гениальный Лессепс, какие великолепные у него сотрудники. Параллельно публике постоянно напоминали: Суэцкий канал принес небывалые доходы, автор у проектов один – так стоит ли волноваться? Кстати: подкупать депутатов и министров, как оказалось, Лессепсу посоветовали субсидирующие его банкиры; в основном речь идет о представителях видных еврейских фамилий. Конкретно же эта «свежая» идея целиком и полностью на совести одного из банкиров – барона де Райнаха. В связи с принятием такого подхода к делу только министр общественных работ за продвижение проекта получил на руки миллион франков! Кроме него, рыльце в пушку оказалось у многих крупных политических фигур, у большинства депутатов и даже у председателя совета министров. Часть денег «пристала» к рукам ушлых подрядчиков и членов самой компании. Фактически Панама стала своего рода образцом создания акционерных обществ для финансовых афер, впоследствии неоднократно «сдублированным» жуликами разных мастей.

В связи с обнаруженными фактами против самого Фердинанда Лессепса, его сына Шарля, инженера Эйфеля были возбуждены уголовные дела. Фердинанда Лессепса приговорили к пяти годам заключения. Адвокаты добились отмены приговора. Но судебные разбирательства подорвали здоровье 88-летнего «авантюриста века», он вскоре впал в старческий маразм и тихо скончался в нищете у себя в поместье в 1894 году. Физическое состояние авантюриста даже заставило медиков усомниться в том, что он был вполне здоров на момент начала проекта. Похоже, «отец» Суэцкого канала жил уже в мечтах и потому легко согласился и с предложениями своих советчиков сознательно занизить сумму, необходимую для строительства, чтобы сделать проект более привлекательным, и с необходимостью развернуть широкую рекламную кампанию. Адвокаты Лессепса также строили свою защиту на том, что он не намеренно занижал сумму строительства: это, мол, выяснилось значительно позже, так как только при геодезических работах стало ясно, с какими трудностями придется столкнуться строителям. Сложный рельеф, тяжелый климат, специфические болезни и т. д. забирали жизни тысяч рабочих, требовали все новых средств. Особенно тяжелым участком оказался массив Кулебра (протяженность – 13 км, высота – 98 м над уровнем моря). Там пришлось прорезать скалистую породу и рыть траншею глубиной 55 и шириной 90 метров. А современная техника оказалась малопригодной для эксплуатации в тропических условиях и очень быстро вышла из строя. К тому же Лессепс не учел растянутость коммуникаций и связанных с этим значительных транспортных и накладных расходов. И вообще, похоже, за спиной дряхлеющего Великого Француза не разворовывал средства только ленивый.

Что же касается Гюстава Эйфеля, то его за мошенничество и злоупотребление чужим доверием приговорили к двум годам тюрьмы. Ведь именно создатель знаменитой башни являлся главным поставщиком компании Панамского канала. Правда, за решетку изобретатель и инженер не попал: его защитники подали петицию в кассационный суд, и наказание было отменено. Тогда французский парламент потребовал лишить Эйфеля ордена Почетного легиона – награды за строительство символа Парижа. Но и тут вышла осечка, поскольку национальный совет по награждению орденом не пожелал подчиниться данному распоряжению и в знак протеста против давления сверху вышел в отставку полным составом. К слову, Шарль де Лессепс, которому «светило» пять лет отсидки, тоже попал под амнистию и отделался только испугом.

Французы на этом примере столкнулись с проблемой безнаказанности за аферу и очень возмутились этим фактом. Ведь в скандале оказались замешаны первые лица государства, и понятно, что они всячески стремились замять возникшую «неприятность». В этом случае общественное мнение поворачивалось не только против самих аферистов, но и против республики как таковой, а национальность банкиров – советников Лессепса – спровоцировала рост антисемитских настроений в стране. Это могло скомпрометировать страну, что заставляло правящие круги еще старательнее заботиться о закрытии дела. Но сделать это оказалось достаточно сложно. Ведь тот же барон де Райнах после разгромной статьи Дрюмона… признался во всех своих грехах. В том числе и в том, что он лично передал министру общественных работ миллион франков для обеспечения голосования в пользу общества Лессепса. Вслед за этим барон, не вынеся позора, пустил себе пулю в лоб. Хотя это самоубийство произошло при весьма подозрительных обстоятельствах и депутаты даже требовали проведения аутопсии, но дело быстро замяли.