Очерки по истории географических открытий Т. 5. Новейшие географические открытия и исследования (1917–1985 гг.) - Иосиф Магидович

Новая Гвинея: последние открытия

К середине 20-х гг. XX в. физическая карта Новой Гвинеи все еще оставалась очень несовершенной: отсутствовали достоверные данные о значительной части станового хребта острова, в том числе о водоразделе между бассейнами pp. Флай и Сепик; никто до той поры не пересекал Новую Гвинею. В 1926 г. за решение этой задачи взялись патрульные офицеры Карл Кариус и Айвен Френсис Чемпион. Для выполнения задуманного сначала следовало разведать пути через известняковый барьер у южного подножия гор. В начале декабря в сопровождении 11 участников экспедиции и 37 носильщиков они направились от устья р. Флай вверх по течению, в конце апреля 1927 г. достигли барьера и здесь разделились. Кариус с половиной спутников по верхнему притоку р. Флай добрался до начала какой-то длинной долины, имеющей северное направление, но из-за нехватки продуктов повернул назад, причем на обратном пути открыл верховья р. Стрикленд, главного притока р. Флай. К побережью он вернулся в начале июня. Тем временем Чемпион с другой половиной экспедиции обнаружил истоки Флай и вступил в дружеский контакт с жителями горной деревушки; он прибыл к морю месяцем позже.

В конце сентября Кариус и Чемпион вновь направились на север, через два месяца с помощью проводников из дружественной деревни преодолели барьер и в начале декабря далеко внизу увидели меандрирующий поток, текущий на северо-запад. Это были верховья р. Сепик, куда с севера доходил Рихард Турнвальд (см. т. IV, гл. 21). При спуске с гор в долину Сепик Чемпион сильно повредил колено, и часть пути его пришлось нести на носилках. Приплыв на плотах к устью р. Сепик в феврале 1928 г., Кариус и Чемпион закончили первое пересечение Новой Гвинеи в самом широком месте.

После этого пересечения осталось крупное «белое пятно» в междуречье Стрикленд и Пурари. Правда, некоторые исследователи пытались проникнуть в эту область по долине р. Кикори, но максимум, чего они достигли, — р. Эраве, притока Пурари. В 1930 г. австралийский золотоискатель Майкл Джеймс Лихи выполнил второе пересечение Новой Гвинеи, пройдя от северного побережья через эту неисследованную территорию. Он перевалил хребет Бисмарка[43], открыл гору Хаген (4000 м) и проследил практически все течение Пурари до устья.

Обстоятельное изучение этого высокогорного региона выполнил молодой полицейский офицер Джон Хайде, собравший о нем некоторую информацию во время патрульной службы на верхней Пурари. Во главе отряда в начале 1935 г. Хайде поднялся по р. Флай и ее притоку Стрикленд и в марте достиг покрытого тропическим лесом известнякового плато близ 6º ю. ш., на севере ограниченного отвесным барьером. Преодолевая эту, по его выражению, «вселенную смерти», отряд за 10 дней не встретил ни людей, ни источников. Воду приходилось набирать, в брезентовые полотна, благо дожди шли каждую ночь.

В конце апреля перед Хайдсом открылась цветущая долина, населенная неизвестными науке племенами. Контакт современников, живущих в XX и каменном веках, к сожалению, не обошелся без жертв (пострадали более слабые — аборигены). Выполнив двойное пересечение известнякового барьера (маршрут имел форму дуги, выпуклой к северу), патруль преодолел несколько рек и по долине р. Кикори вернулся к южному побережью.

Самую крупную экспедицию по изучению центрального горного района Новой Гвинеи возглавил полицейский офицер Джеймс Тейлор. С базы, основанной на водоразделе pp. Пурари и Сепик, у 144° в. д., в начале марта 1938 г. он направился на запад во главе 20 полицейских и 230 носильщиков. То делясь на два отряда, то вновь соединяясь, экспедиция открыла в конце октября истоки Стрикленда, а на исходе следующего месяца вышла к истокам р. Сепик, у 141°30' в. д., т. е. проследила весь южный склон хребта Сентрал-Рейндж (около 300 км). Затем Тейлор с частью людей перевалил горы прямо на север и по долине одного из верхних притоков Сепика добрался к главной реке, а в середине января 1939 г. достиг ее устья. Отдохнув около недели, Тейлор вернулся на базу, поднявшись по одному из притоков среднего Сепика.

После второй мировой войны в верховьях Кикори и Пурари был открыт ряд долин, заселенных малорослыми людьми, не, знакомыми с железом.

После более чем 20-летнего перерыва возобновилось изучение «Снежных гор» — широтной системы Маоке. В 1935 г. под эгидой Нидерландского географического общества голландский географ А. X. Колейн отправился от южного побережья вверх по короткой меридиональной реке (у 137° в. д.). Несколько разведочных полетов на приданном его отряду самолете позволили обнаружить проход с верховьев реки в горы Судирман (западная часть Маоке) и открыть группу значительных пиков. На самый высокий из них, как считал Колейн, он взошел в начале декабря, и перед ним развернулась горная панорама вершин с альпийскими формами и ледниковыми цирками, формирующихся в широтную цепь.

Однако побежденная гора не была высшей точкой Новой Гвинеи: вне поля зрения Колейна осталась задрапированная облаками, покрытая льдом главная пирамида острова — Джая (5029 м). Она и два десятка других вершин порядка 4900 м каждая впервые покорились в 1962 г. австралийскому альпинисту Генриху Харрену и трем его спутникам, обследовавшим сравнительно крупный высокогорный участок.

Глава 8.

ИЗУЧЕНИЕ ЗЕМЛИ ИЗ КОСМОСА

Космическая съемка: методы и возможности

Сигнал «бип-бип…» первого советского спутника 4 октября 1957 г. возвестил о начале новой, космической эры в истории человечества. А спустя почти четыре года, 12 апреля 1961 г. Юрий Алексеевич Гагарин совершил первый полет человека в космос, взглянув на Землю со стороны, и стал зачинателем ее изучения с орбиты. 6 и 7 августа того же года Герман Степанович Титов, 17 раз обогнув планету, сделал несколько снимков ее поверхности, — с этого началась планомерная космическая фотосъемка.

С тех пор количество дистанционных наблюдений растет лавинообразно; появились разнообразные фотографические и нефотографические системы, в том числе многозональные фотокамеры, телевизионные камеры со специальной передающей электронно-лучевой трубкой (видиконом), инфракрасные сканирующие радиометры[44], микроволновые радиометры для радиотепловой съемки, различные радары для активного зондирования (т. е. посылающие сигналы и регистрирующие их отражение от поверхности Земли). Значительно возросло и количество космических летательных аппаратов — искусственные спутники, орбитальные станции и пилотируемые корабли. Передаваемая ими обширная и разнообразная информация используется в ряде отраслей знания, включая такие науки о Земле, как геоморфология и геология, океанология и гидрография. В результате возникло новое научное направление — космическое землеведение, изучающее закономерности состава и строения геосферы, в частности рельеф и гидрографию суши, акватории океанов и морей.

Информация о любом уголке Земли, получаемая с помощью космических методов землеведения, характеризуется уникальностью, обзорностью и относительной дешевизной на единицу исследуемой площади, большой достоверностью и оперативностью, может повторяться с требуемой периодичностью или быть практически непрерывной. Космические методы позволяют выявить частоту нахождения, ритмичность и силу природных процессов глобального, зонального, регионального и локального характера. С их помощью удается исследовать взаимосвязь всех составных частей геосферы и создавать карты слабо изученных в топографическом отношении субтропических и тропических областей. Наконец, эти методы дают возможность в короткие сроки получить снимки огромных территорий и выявить единство пространственно разобщенных крупных элементов рельефа — гигантских кольцевых и линейных структур. Ранее существование некоторых лишь предполагалось, в лучшем случае недооценивалось, многие же совершенно не были известны. Ныне уже ни у кого не вызывает сомнений, что они имеют самостоятельное значение и определяют основные черты строения земной поверхности.

Космос — картографам

До последнего времени мелкомасштабные физические карты мира, континентов, отдельных государств или крупных регионов создавались путем сведения и преобразования материалов топокарт крупных и средних масштабов, основанных на данных аэросъемочных и наземных топографо-геодезических работ. Такое обобщение контуров зависит от действующих инструкций и приемов картосоставления, а также от ряда чисто субъективных факторов. Благодаря региональным и глобальным космическим снимкам автоматически удалось получить новые объективные физические карты и сопоставить эти реальные изображения лика планеты со старыми сводными. Оказалось, что они не схожи: на прежних отсутствуют не только кольцевые структуры и линеаменты, что мы уже отмечали, но и следы движения ледников, границы ландшафтных зон, ряд вулканов, звездчатые структуры, русла древних рек и высохшие озера.