Война и миръ - Пантелей

А что? Весела, свежа и юна в тридцать четыре года, мать наследника величайшей Империи мира. Шеф легендарной Гвардейской Архангелогородской бригады, бравшей Пекин. Женщина, стихи которой посвятил сам Джек Лондон, единственное своё поэтическое творение. Матушка-заступница, отправляющая в Таиланд врачей и учителей, которые всех бесплатно (за её счёт) лечат и учат. Пусть прокатится, заслужила. Заодно и примет капитуляцию французов во Вьетнаме. Они уже готовы сдаваться, только некому пока. Всех боятся и есть за что.

Седьмого декабря (двадцать четвёртого ноября) Сандро начал Португальскую кампанию. Пробившийся в Испанию корпус генерала князя Кондратенко (теперь Гвардейский Парижский бронетанковый) поступил в распоряжение Великого князя Александра Михайловича Романова-Царьградского. В двойное подчинение, и как командующему Гвардией, и как командующему фронтом.

Теперь у нас была Гвардейская армия – корпус мотопехоты (старые Гвардейские полки), бронетанковый корпус, артиллерийская дивизия, Архангелогородская бригада Специального назначения (разведка, диверсии и десант) и три авиаполка (истребительный, бомбардировочный и транспортный). Армия маленькая (меньше ста тысяч человек), но очень зубастая. С какой стороны не посмотри – везде зубы, или бивни.

Испанцы удерживали западный фронт в Окситании. Надёжно удерживали, потеряли французы веру в победу, уже не атакуют, а обозначают атаки. У них теперь самая острая проблема – это дезертирство. В плен никто не хочет, а ведь всё идёт именно к этому, вот и бегут. В Африку, в Рейх и даже в Испанию. Можно было ещё надавить и выгнать Петена в Алжир, но что нам с этого за радость? Рейху мы и так помогли гораздо больше, чем обещали. В Швейцарию Вилли влез, с нами не посоветовавшись, вот и пусть разгребает сам. Попросит – поможем, но сами предлагать не будем.

Поэтому Португалия. Время пришло. Испанские элиты едины с народом во мнении, что имперское величие пора восстанавливать, а лучше всех с этим справится Император Алехандро Первый. Военный и административный гений, единственный кавалер «Верховного Ордена Христа», друг Папы Пия Десятого и близкий родственник самых влиятельных Императорских домов. Трое здоровых наследников. Минусов у этого кандидата нет. Вопрос пока застрял на принятии католичества, но это пока.

Сандро готов, но отложил это на после войны, чтобы не давать лишнего повода спекуляциям об узурпации. Мишкину на это наплевать, ему даже нравится быть узурпатором по праву силы, но все люди разные. Нравится ему играть в эталонного рыцаря – пусть играет.

Седьмого декабря (двадцать четвёртого ноября) 1908 года, Гвардейский Парижский бронетанковый корпус генерала князя Кондратенко взломал оборону португальцев в районе Виго-Брага и устремился по тылам на юг. На этот раз без потерь не обошлось, опасные направления прорыва бронетехники насытили артиллерией на замаскированных фланговых позициях, но всё равно, когда на тебя прут шестьсот танков и триста БТР, да ещё и поддерживаемые с воздуха – это шанс всего на один удачный выстрел (редким счастливчикам на два), а дальше – гарантированный гроб, так что выстрелить отважились немногие. Немногие, но тридцать шесть машин мы потеряли.

Португалия капитулировала двадцать четвёртого (одиннадцатого) декабря 1908 года, накануне католического Рождества. Жалкая бедная Португалия успела перед смертью наделать долгов на почти миллиард рублей. Покойся с миром, свою задачу ты выполнила отлично.

В начале января 1909 года получил и реализовал свой шанс вице-адмирал Степан Осипович Макаров. Британцы решили воспользоваться отсутствием в Атлантике основных сил флота Союза Трёх Императоров и провести конвой на восток вокруг Африки. Почти двести коммерческих пароходов с конвоем из восьми линейных кораблей, в том числе шестнадцатидюймового суперлинкора «Королева Виктория».

У Макарова было три «Малюты» и три «Ивана», но преимущество в скорости, дальнобойности и развязанные, в плане тактики, руки. Караван британцы не бросят, для них это будет поражением, даже если выиграют линейный бой. Сражение растянулось на трое суток, британский конвой атаковали парами с наиболее уязвимых сторон. Три пары – одна атакует, одна страхует, одна отдыхает. Британцам не давали отдыхать совсем, эскадренную скорость они могли поддерживать в шестнадцать узлов, а для наших охотников это почти неподвижная мишень. Сблизились, постреляли, кого-то утопили, заставили британцев перестроиться и отошли. Через пару часов атака другой пары с противоположного направления. Семьдесят два часа непрерывного ада, воя сирен и дёргания машин тяжеленных линкоров, будто они эсминцы, принесли желаемый Макарову результат – силовые установки британских кораблей начали отказывать. Первым, что естественно, запорол одну турбину суперлинкор. Ход не потерял, но максимальная скорость «Королевы Виктории», к исходу вторых суток, упала до восемнадцати узлов. Подтянулись «Опричники» и «Амуры» фон Эссена, атаки удвоили интенсивность и дёргаться британцам приходилось всё судорожней, а техника то к этому не приспособлена. К середине третьих суток, британский конвой уже не столько двигался, сколько дрейфовал куда-то туда, на восток.

Макаров дал шестичасовой отдых экипажам линейных кораблей и, к исходу третьих суток, вломился в стадо сразу с трёх сторон, с целью утопить «Королеву Викторию». Наверное зря, никуда бы она с одной турбиной не делась, но просто мнить себя стратегом, видя бой издалека. Степан Осипович потерял одного «Ивана» («Александра Первого»), двух «Малют» («Кутузова» и «Багратиона»), «Опричника» («Гридень») и трёх «Амуров» («Вятка», «Волхов» и «Нева») но британцев уничтожил полностью, с утопленников подняли всего триста семьдесят человек, из более чем пяти тысяч экипажей кораблей Роял-Нэви. Трофеями стали девяносто шесть трампов, гружёных, в основном, оборудованием, оружием и боеприпасами.

Глава 14

Бой Макарова разобрали «покадрово» и включили в учебник военно-морской тактики, Степан Осипович получил «Святого Георгия» третьей степени и чин полного адмирала, фон Эссен стал вице-адмиралом, получил «Георгия» четвёртой и золотое оружие «За храбрость». Именно бронепалубный крейсер «Гридень», на котором держал флаг Николай Оттович, потопил тараном «Королеву Викторию». Сам, правда, тоже затонул, но фон Эссена и большую часть команды подняли на борт «Камы».

Романс «Не служил я в Иране с Макаровым» петь перестали. Никто не запрещал и даже не осуждал, само прекратилось, когда на экраны вышел фильм Антона Павловича Чехова «72 часа». Фильм-хроника от очевидцев. Ввалившиеся от недосыпа глаза Макарова, приказывающего – «Противника уничтожить!», атака «Гридня», снятая с борта «Милорадовича», тонущие, но не спустившие флагов, британцы. И титры – «Во время съёмок погибли пятьсот двадцать шесть нижних чинов, семьдесят два офицера и шесть синематографистов. Вечная память!»

Двадцать седьмого (четырнадцатого) января, Николай без приглашения прибыл в Ставку Кайзера в Реймсе. У Вилли сегодня юбилей. Полтинник. Здесь дни рождения не празднуют, но мы не они. Вильгельм, конечно, хитрая самодержавная германская сволочь, но он друг.