Тайны древних цивилизаций - Тамара Натановна Эйдельман

изображения акробатов, певцов, музыкантов, что тоже объяснимо: с императорами, да и с более мелкими правителями, отправляли много слуг, ему же там, в загробном мире, много кто может понадобиться.

Терракотовая армия. Китай

Было найдено множество вещей. Стало ясно, что это огромный подземный комплекс, – по сути, был выстроен город. Ученые не совсем понимают, была ли это копия столицы, а может быть, это была копия всего Китая, а возможно, он был выстроен так, чтобы воспроизвести картину Вселенной… Что должны были изображать эти реки из ртути, о которых нам пишут историки? Там был создан целый мир – с дворцом, с охраной, с изображениями животных, там была конюшня для глиняных коней, зверинец, и даже кухня!.. Кстати, рядом имелась и настоящая кухня, где должны были совершаться заупокойные обряды, и сюда приносили жертву, еду, настоящие продукты.

Но в этом обширном мире не хватает одной существенной детали. Что для меня самое увлекательное во всей истории с этой циклопической гробницей? Что сама гробница Цинь Шихуанди все еще не найдена! Вернее, не совсем так. Мы понимаем, где она. Понятно, что вся эта огромная армия, весь этот гигантский комплекс окружает искусственно насыпанный холм, под которым, очевидно, покоится император и, наверное, хранятся еще невероятные неоткрытые богатства. Когда это стало ясно, холм изучали всякими геофизическими способами – примитивно говоря, просвечивали. Все эти исследования показали, что там действительно существует какая-то очень сложная структура. Под этим холмом спрятано что-то вроде целого подземного дворца. Видно, что там много колонн, которые расходятся в разные стороны, очевидно, там целая система огромных залов. Но все это по-прежнему скрыто землей. Почему? Для меня нет ответа на этот вопрос. Все мое существо возмущается при мысли о том, что уже много десятилетий всем известно, что там похоронен Цинь Шихуанди, а раскопки все еще не ведутся! Этому дается объяснение (которое меня совершенно не удовлетворяет), что если сейчас все это раскопать, то не будет возможности хорошо исследовать все находки и сохранить их. Очевидно, за этим стоят какие-то политические интересы китайского руководства. Может быть, они не хотят привлекать излишнего внимания к императору Цинь Шихуанди?

Терракотовая армия. Вид отдельных статуй

С другой стороны, Терракотовая армия приносит огромный доход просто как музейный экспонат. Может быть, они боятся луков-самострелов, которые встретят всех, кто войдет в эту гробницу? Может быть, они боятся духа императора? Я не знаю. Я это ощущаю, как личное оскорбление. Но между тем это позволяет с надеждой смотреть в будущее, верить, что в какой-то обозримой перспективе нас ожидает еще одна потрясающая археологическая находка!

В конце концов этот холм будет раскопан и обнаружат гробницу императора, и, может быть, его останки, и еще какие-нибудь удивительные сокровища, может, терракотовая армия разрастется… Пока остается ждать и надеяться.

А вот в Монголии решили не ждать – там создают собственную армию. В степи, неподалеку от Улан-Батора, рядом с огромной статуей Чингисхана стали устанавливать металлические статуи, изображающие конницу Чингисхана. Там тоже создают изображения конкретных людей с индивидуальными лицами, которые пользуются популярностью в Монголии. Но в принципе любой житель страны может заплатить небольшую сумму, и его тоже изобразят в виде одного из воинов Чингисхана. Но пока эта армия не достигла размеров Терракотовой армии Цинь Шихуанди.

Древняя Греция

Генрих Шлиман:

человек, нашедший Трою

Генрих Шлиман – наверное, один из самых знаменитых археологов во всем мире, хотя с точки зрения археологии как науки к нему есть множество вопросов. Он прожил удивительную, очень странную, полную неожиданных поворотов жизнь, но с его жизнью тоже не так-то просто разобраться.

Итак, Генрих Шлиман родился в 1822 году, в маленьком городке на самом севере Германии. Но, в сущности, никакой единой Германии тогда еще не было, а местом его рождения было герцогство Мекленбург-Шверинское. С 1815 года по официальному решению Венского конгресса оно наряду с некоторыми другими герцогствами стало называться Великим герцогством Мекленбург-Шверинским. Герцогство-то было великое, но родной городок Шлимана Нойбуков был практически глухой деревней, хотя и с некоторыми городскими атрибутами вроде ратуши. В 1823 году из Нойбукова, где служил пастором отец Генриха, Эрнст Шлиман, семья перебралась в деревушку Анкерсхаген, а в гимназию Генрих пошел уже в городке Нойштрелиц. Семья и без того жила бедно, а отец с каждым годом все больше пил, и в конце концов лишился своего скромного сана – пьяница-священник никому не нужен.

Генриху нравилось учиться, но, когда его отец потерял работу, семья очень обеднела, и мальчику пришлось в 14 лет бросить учебу, чтобы начать работать, и отрочество его было очень тяжелым. Если верить рассказам самого Шлимана (а о многих событиях его жизни мы знаем в основном от него самого, и это вызывает некоторые сомнения), когда ему было девять лет, отец подарил ему на день рождения книгу «Всеобщая история для детей». Она была снабжена чудесными картинками и знакомила юных читателей с греческими мифами и очерками по римской истории. Именно в этой книге Шлиман впервые увидел изображение Трои. И конечно, она была представлена не как реальный, пусть даже и богатый торговый греческий городок в Малой Азии, а как потрясающее огромное поселение: с высокими стенами, с пышными дворцами – в общем, все как и должно быть в детской книге. На Шлимана все это произвело сильнейшее впечатление, и он спросил отца: «А где сейчас этот город?» На что отец сказал: «Он давно разрушен, и никто не знает, где он находится». И маленький Генрих сказал: «А когда я вырасту, я найду Трою». Может быть, он придумал этот рассказ позже. Но все мы в детстве любим мечтать, и далеко не все наши детские планы осуществляются.

Дальше жизнь Шлимана шла так, что никакой Трое в этой реальности не было места. Генрих работал в бакалейной лавке помощником хозяина: таскал неподъемные тюки и огромные бочки с селедкой, работал по многу часов. Не то чтобы о дальнейшей учебе помыслить было невозможно – на то, чтобы почитать чуть-чуть, у него не было времени. Однажды у него пошла горлом кровь от непосильной работы.