Клинки Лемурии - Морис Делез

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Не беспокойся. — Кулл рассмеялся. — Колдун, рассказавший мне о Короне, не желал мне зла. В свое время я спас его от смерти и ни разу не пожалел об этом. Думаю, ему можно верить.

— Но где река? — не унимался Шарга, — На карте ее нет.

— Конечно, нет. Нам понадобится проводник.

— Проводник? А где мы его найдем?

— На Мысе Заблудших, — уверенно ответил Кулл. — Это последний мыс перед Короной.

Шкипер покачал головой. Чем подробнее атлант объяснял ему суть предстоящего дела, тем непонятнее оно становилось, и это все меньше нравилось Шарге. Он не протестовал лишь потому, что уже давно плавал со своим капитаном и ни разу еще не было случая, чтобы тот потерпел неудачу. Всякое бывало, и в переделки они попадали почище той, в которую угодили сейчас, но и тогда Кулл умудрялся найти верное решение.

Убедив себя, что все в порядке, Шарга отправился спать. Следующей ночью предстояло сменить курс, причем скрытно, а потому шкипер предпочел заняться этим лично. Ночь прошла спокойно, а проснувшись утром, Шарга почувствовал, что на «Богине Морей» происходит что-то необычное. Плеснув в лицо воды, он вышел на палубу.

Скудно, но разнообразно одетая команда в полном составе столпилась на корме перед капитанской каютой. Пираты, никогда не упускавшие повода позубоскалить, гоготали и горланили, стараясь перекричать друг друга, и их голоса слились в сплошной гул. Шарга протолкался сквозь толпу, собравшуюся возле статуи Владычицы Вод — Секвены, которая уже не первый год спокойно стояла рядом с капитанской каютой.

Атлант застыл перед статуей. Время от времени он окунал руки в стоявший у его ног бочонок с оливковым маслом и затем принимался умащивать деревянное тело обнаженной богини. Обычно ее изображали сидящей на белом лебеде, но моряки предпочитали иной образ: прекрасная Секвена стояла в вольной позе, глядя вдаль, словно проверяя, спокойны ли воды на пути корабля, который находится под ее покровительством.

Именно так считали моряки, плававшие на галере. О чем же на самом деле думала богиня, не знал, пожалуй, никто. Наверняка многое тут зависело от того, как чтили ее взывавшие о помощи. Как иначе объяснить, почему из двух кораблей, попавших в шторм, один почти сразу шел ко дну, а второй счастливо избегал гибели, хотя и пребывал в худшем состоянии? А просто его команда почитала Владычицу Вод и не скупилась на жертвы! Кулл знал об этом и сейчас приносил жертву. Он уже умастил волосы и прекрасный лик богини, ее плечи, и теперь его блестевшие в лучах солнца намасленные руки нежно гладили полные груди.

— Кулл, ты не боишься, что всемогущая богиня истолкует твою просьбу неправильно? — спросил кто-то, и все захохотали.

— О, прекрасная, — не обращая внимания на грубые шутки команды, говорил Кулл, — прошу тебя, не обижайся на слова этих придурков! Клянусь жизнью, они не хотели обидеть тебя!

— Капитан, мы все готовы поучаствовать в таком жертвоприношении, — пробасил Гуго под восторженные возгласы.

— Они неплохие ребята, — продолжал капитан, — просто давно женщины не видели.

Продолжая умащивать статую, Кулл разговаривал исключительно с Секвеной, словно никого, кроме них двоих, и не было вокруг.

— Кулл, я думаю, кто-то должен сменить тебя. Зная, как относятся к тебе женщины, — цинично заметил Стил, — ручаюсь, прекрасная Секвена тебя уже просто не слышит.

— Прошу тебя, богиня, — как ни в чем не бывало продолжал атлант, — ниспошли нам спокойные воды и помоги выжить в Озере Блуждающих Звуков. Я редко о чем-то прошу тебя, но сейчас твоя помощь нужна мне. Надо спасти Лио, ты наверняка ее помнишь. — Говоря это, Кулл закончил умащивать талию и перешел к ягодицам.

— О, прекрасная Секвена! — заунывным голосом взмолился кто-то за спиной атланта. — Помоги Куллу устоять перед соблазном! Ты сама видишь, что сделала с ним разлука с любимой!

Рука Кулла прошлась по животу статуи и скользнула ниже.

— Ну это уж слишком! — с прекрасно разыгранным возмущением протянул один из матросов, и толпа с готовностью грохнула, но атлант лишь покачал головой: всякий раз одно и тоже.

Словно не замечая скабрезностей, Кулл закончил ритуал, выпрямился и вытер руки куском чистой парусины. После этого он взял кубок, зачерпнул вина из бочонка и тонкой струей вылил его за борт.

— Если вино тебе понравится, — говорил он при этом, — прими эту жертву и помоги мне! — Кулл внимательно вгляделся в глаза Секвены, словно и впрямь надеялся, что она ответит ему.

— Брось, Кулл! У Владычицы Вод таких поклонников не счесть! Что ей твоя просьба! — воскликнул валузиец.

Но Кулл невозмутимо смотрел в лицо богини, словно сказанные слова были обращены и не к нему вовсе. Гуго невольно перевел взгляд на лик прекрасной Секвены и вздрогнул.

— Что это? — только и смог прошептать он, и гул голосов мгновенно смолк.

Воцарилась мертвая тишина, и теперь уже все уставились на Владычицу Вод, сами не зная, что должны увидеть.

— Что? Что случилось? — раздавались вокруг голоса.

— Вы что, ослепли?! — закричал Гуго. — Она кивнула!

Кто-то хихикнул, собираясь, видимо, пошутить по этому поводу, но тут произошло такое, что смешок застрял в горле весельчака. Уста бездушной статуи разомкнулись, и все услышали голос:

— Твоя просьба услышана, Кулл. Пусть принесут пресной воды.

Капитан резко обернулся.

— Вы что, оглохли, акулий корм?! — взревел он. — Живо в трюм!

Несколько человек бросились вниз, туда, где хранились припасы, и через несколько мгновений вернулись с объемистым бочонком. Резким ударом кулака Кулл проломил его крышку, так что свежая родниковая вода выплеснулась наружу.

— Это то, что надо? — спросил Кулл.

— Молчи! — величественно ответила богиня.

Ее рука поднялась, и люди в изумлении отступили, почти сразу услышав, как кто-то живой плещется в только что откупоренном бочонке. Сначала ничего не происходило, только непонятные звуки не умолкали. Чуть позже, когда веселый девичий смех впервые вырвался на волю, толпа морских разбойников вздрогнула, но невольные улыбки тут же заиграли на грубых физиономиях.

Девичье личико, задорное и любопытное, показалось над краем бочонка, и лукавый взгляд скользнул по замершим в изумлении мужчинам, которые привыкли, казалось, ко всему, но никогда не видали ничего подобного. Она состояла из воды — эта странная девушка. У нее было полупрозрачное голубое лицо, видимое пока лишь до переносицы. Пышная шапка белых волос, подобных морской пене, словно корона, венчала голову.

Рука Секвены поманила девушку. Тоненькие пальчики оперлись о край бочонка справа и слева от лица, и странная незнакомка начала подниматься. Точеный, чуть вздернутый носик, пухлые губки, сложившиеся в задорную усмешку… Длинная шея, хрупкие плечи… Она словно вырастала, лепя свое тело из воды, поднимаясь все выше, пока точеная фигурка полностью не предстала перед восхищенными взорами пиратов.