Красная площадь - Эдуард Тополь

– Одну минуточку! – говорил он, держа перад собой большой лист ватмана, разлинованный по клеткам-номерам квартир. – Вы из какой квартиры идете? Тридцать второй? У вас уже был следователь Прокуратуры? Нет? Тогда, пожалуйста, задержитесь. С вами хочет поговорить следователь.

Таким образом, ни один жилец дома не миновал в тот день беседы с Пшеничным, но Пшеничный при его дотошности тратил на каждого человека минимум полчаса, а остальные вполне справедливо не хотели часами ждать, пока до них дойдет очередь. В вестибюле уже скопилась очередь недовольных – академики, артисты, руководящие чиновники и их еще более нетерпеливые жены и дети. Кто-то уже звонил в горком с жалобой, и, похоже, я прибыл как раз вовремя, чтобы погасить назревающий скандал.

– Товарищ, вы в какую квартиру, простите? – остановил и меня капитан Копылов и занес карандаш над своей картой-ведомостью. Но я ответил громко, на весь вестибюль:

– Товарищи! Прошу проявить партийную сознательность и дисциплину! Мы работаем по специальному заданию правительства. Есть подозрение, что у вас в доме произошло преступление, связанное с происками иностранных разведок. Поэтому нам важно допросить каждого жильца, выяснить, кто из посторонних посещает этот дом или кто мог проникнуть сюда 19 января…

Насчет деятельности иностранных разведок – это я придумал на ходу, зная психологию нашей публики – на нее слова «происки иностранных разведок» оказывают магическое действие: жильцы дома № 36-А притихли мгновенно, кто-то даже принес в вестибюль стулья из своей квартиры, чтобы не ждать стоя, а пожилой и только что звонивший в горком партии респектабельный мужчина тут же проявил гражданскую активность – он подошел ко мне вплотную и сказал шепотом:

– Если вас интересует жизнь нашего дома, то советую допросить старуху с восьмого этажа в доме напротив, третье окно слева от угла. Она целыми днями сидит в окне и пялится на наш дом. Мне лично пришлось шторы на окна повесить – ее окна как раз напротив моих…

Я кивнул ему, сделал пометку у себя в блокноте и спросил у капитана Копылова:

– А где товарищ Пшеничный?

– На пятом этаже, в квартире номер 24. Что-то задерживается там, вот уже сорок минут…

Я поднялся лифтом на пятый этаж, позвонил в квартиру № 24. Навстречу мне, радостно сияя голубыми глазами, вышел в прихожую Валя Пшеничный:

– Игорь Иосифович! Послушайте хозяйку этой квартиры. 18 января эту квартиру обокрали. Среди белого дня вынесли из квартиры три шубы – одну лисью и две норковые, несколько золотых колец, бриллиантовое колье… А в райуправлении милиции ограбление не зарегистрировано, я только что им звонил.

– А вы сообщали в милицию? – спросил я у хозяйки квартиры – Розалии Абрамовны Ципурской, жены академика Ципурского.

– Конечно! – ответил за нее Пшеничный. – В том-то и фокус! В этих домах за последние два месяца произошло как минимум восемь квартирных краж, а в райуправлении милиции не зафиксировано ни одного. Они не принимают у пострадавших заявлений, чтобы не иметь «висячек»! Как вам это нравится?!

– Валя, в доме напротив, на восьмом этаже постоянно сидит в окне какая-то старуха. Она могла видеть что-нибудь интересное…

– Если бы она могла видеть! – усмехнулся Валентин. – Игорь Иосифович, неужели я таких азов не знаю! Сейчас в Москве всякое начальство наполучало роскошные квартиры и завезло сюда из деревень своих бабок и дедушек. Ну, а в городе-то завалинок нет, вот они и сидят целыми днями у окон, как в деревне. Я их наблюдательностью всегда пользуюсь, поэтому я таких старух здесь давно выявил и обошел. Только та, о которой вы говорите, – слепая, просто на солнышке греется, от нее толку мало. А вот грабители, которые в этих домах шуруют, – эх, мне бы с их наводчиком познакомиться! В такой дом без наводчика ни один вор не войдет, и значит – у наводчика должны быть какие-то наблюдения.

Стук в дверь прервал Пшеничного. Розалия Абрамовна открыла, на пороге стоял мой водитель Саша.

– Игорь Иосифович, – сказал он. – Звонит полковник Светлов, просит срочно с ним связаться.

Я прошел в уставленную редким хрусталем и саксонским фарфором гостиную, обнаружил на резном, XVIII века столике причудливый старинный телефон и позвонил на Огарева, 6, в Центральную картотеку спецотдела МВД.

РАПОРТ полковника Светлова (продолжение)

…В 12 часов 17 минут от начальника колонии строгого режима № 26/29-СР (г. Потьма Мордовской АССР) майора Селиванова Г.Б. мной была получена следующая телефонограмма:

«Начальнику 3-го отедда МУРа полковнику Светлову.

Срочно. Секретно.

В связи с вашим запросом о сбежавшем 1-го января с.г. заключенном Воротникове Алексее Игоревече по кличке „Корчагин“ сообщаю:

Сегодня, 24 января, в 9 часов 30 минут утра лагерный осведомитель Кащенко донес, что его сосед по бараку, рецидивист Мусрепов по кличке „Лысый“, читая только что прибывшую газету „Правда“ за 22 января с.г., где опубликован некролог генералу Мигуну, сказал: „Ну, молодчик Корчагин, пришил-таки эту суку!“ Вызванный на допрос, осужденный Мусрепов показал, что бежавший Воротников А.И. неоднократно называл виновником своей воровской судьбы генерала Мигуна. Мигун якобы собственноручно расстрелял в 1943 году его отца, вырвавшегося из немецкого окружения лейтенанта Советской Армии Игоря Воротникова, обвинив его в дезертирстве. По словам Воротникова-„Корчагина“, детдом и безотцовщина толкнули его на путь преступления и „кольцо должно замкнуться“, „пуля ответит на пулю“.

Считаю это сообщение крайне важным и потому доношу незамедлительно.

Начальник колонии № 26/29-СР майор Внутренней службы Г. Селиванов.

24 января 1982 г. 12 ч. 17 м.».

В связи с чрезвычайным характером этого сообщения я незамедлительно запросил у начальника Всесоюзного уголовного розыска генерал-лейтенанта Волкова оперативно-розыскное дело А. Воротникова-«Корчагина» и получил следующую информацию:

В связи с кровавыми преступлениями Воротникова, Всесоюзный уголовный розыск по системе телетайпа распространил фотографии А. Воротникова-«Корчагина» по всем управлениям милиции, опорным пунктам охраны общественного порядка, железнодорожным станциям, банкам и др. общественным местам. Кроме того, все инспекторы районных отделений, отделов и управлений милиции получили установку срочно предъявить фотографии А. Воротникова-«Корчагина» всем работникам торговых точек в их районах.

Вчера, 23 января с.г., на станции Востряково Московской области продавщица продовольственного магазина опознала в предъявленных ей фотографиях мужчину, который трижды в период с 6 по 22 января приобретал у нее в магазине грузинский коньяк, хлеб и плавленые сырки и возмущался отсутствием другой закуски. По утверждению продавщицы, этот покупатель не являлся местным жителем, хотя каждый раз он подъезжал к магазину на белой автомашине «Волга», принадлежащей известной местной гадалке и знахарке – цыганке Марусе Шевченко.

Срочно выехавшая в Востряково бригада 1-го отдела МУРа, во главе с начальником отдела полковником Вознесенским, наружным наблюдением за домом М. Шевченко установила, что принадлежащая ей белая «Волга» № МКИ 52-12 на их участке отсутствует, а знахарка М. Шевченко и ее муж неотлучно находятся в доме и о пропаже своей машины не заявляли. Опросом местного населения установлено, что эта белая «Волга» периодически появляется у дома гадалки с водителем, похожим по приметам на А. Воротникова.

Незамедлительно всем постам ГАИ было дано указание обнаружить белую «Волгу» № МКИ 52-12. Одновремено у дома М. Шевченко была установлена засада, и сотрудники 1-го отдела МУРа собрали дополнительные сведения о деятельности и образе жизни граждан Виктора и Маруси Шевченко. По этим сведениям, М. Шевченко пользуется большой популярностью в определенных кругах московского населения в связи с появившейся недавно модой на лечение у парапсихологов и так называемых «экстрасенсов». В ее клиентуре жены известных ученых, писателей, архитекторов и руководящих работников многих министерств и ведомств, включая Министерство иностранных дел, КГБ и МВД СССР. Только вчера, во второй половине дня, у нее на приеме побывало 17 человек. Опрошенные после посещения М. Шевченко, ее пациенты показали, что кроме лечения и предсказания судьбы М. Шевченко часто предлагает им купить доставшиеся ей якобы по случаю бриллианты и другие ювелирные изделия, а также ценные меховые изделия и импортную радиоаппаратуру. Таким образом возникло предположение, что М. Шевченко занимается скупкой и продажей краденых вещей.

В связи с подозрением в связях гадалки М. Шевченко с преступным миром и, в частности, с особо опасным преступником А. Воротниковым, ее телефон был поставлен на прослушивание.