Невеста с янтарными глазами (СИ) - Миляева Кристина

Но стоило мысли оформиться в голове, как перед носом опять что-то возникло. Врезавшись в неизвестность, на этот раз я устояла на ногах и возмущенно посмотрела на дверь, неожиданно появившуюся подле меня. Отчего-то мне показалось, что это станет самым феерическим провалом в моей недолгой жизни. Такое нехорошее предчувствие внутри. И как с ним бороться, не знала. И стоило ли вообще пытаться? Тоже непонятно…

Какой идиот строил эти катакомбы? Нет, я знала ответ на риторический вопрос, но с каждой новой минутой он становился все более животрепещущим и волнующим. Я медленно осмотрела дверь придирчивым взглядом, пытаясь понять, что не так со всем этим дьявольским местечком. После беглого осмотра в голове зародилась лишь мысль о том, что везение сегодня играет против меня. Ничего примечательного я не нашла, даже не поняла, как она могла из воздуха вырасти, громадина же метра три на четыре, не меньше.

Дверь показалась смутно знакомой, словно я уже где-то о ней читала. Но напрягать память в жутких условиях не хотелось, да и что толку… Ничего особенного в железяке я не заметила, но, по сравнению со всем замком, она выглядела чем-то инородным, словно какой-то сумасшедший принес ее сюда и поставил тут на всеобщее обозрение. Возможно, я даже была недалека от истины в своих предположениях. Но самое удивительное… Она была не заперта. От моего цыплячьего веса громадная створка приоткрылась, пропуская тусклую полоску серебристого цвета. И почему у меня такое скверное ощущение, словно получу я за свое самоуправство по первое число?

Мозг запоздало подкинул парочку дельных идей, одна из которых все же дала наводку на происхождение странной чертовщины. Твою ж! Это то самое мистическое нечто, которое убивало всех предыдущих жен. Замок был колдовским строением, он даже для сильного мага в момент опасности становился западней. И, кажется, меня только что приговорили к смерти. Жуткой… Мучительной… Кровавой… Ой, что-то мне уже никуда убегать не захотелось, лучше в каморке бы отсидела весь срок до освобождения. Две недели — ерунда… Была бы…

Сзади раздался подозрительный грохот, и я в очередной раз пожалела о том, что решилась на побег. Вдоль позвоночника пробежал табун мурашек, а на голове волосы встали дыбом. Кажется, в мозгу зашевелились мысли о скорой кончине. Так что, оценив еще раз темноту коридора и жуткие звуки, которые с каждым мгновением становились все ближе ко мне, я шустро юркнула в негостеприимно приоткрытую дверь. А, была не была… Хуже, чем уже есть, вряд ли станет! Вот только я забыла одну простую истину, хочешь насмешить богов, расскажи им о своих планах…

Холод… Лютый, пронизывающий насквозь, обжигающий липким страхом. За дверью оказалось еще хуже, чем в ледяных катакомбах-лабиринте. Я выдохнула клуб пара, зябко обняла себя руками в тщетной попытке согреться и пожалела о том, что рядом со мной нет моих драконов, жарких, подобно печке. Это была не комната, больше всего пространство напоминало ледяной грот, которому не было ни конца, ни края. Пол, стены и потолок… Словно весь мир состоял лишь из одних кусочков льда. Насколько хватало взора, виднелись лишь голубые отблески и снежные шапки, упирающиеся куда-то под незримый потолок.

Было настолько холодно, что мне на миг показалось, что заледенел даже мех на отделке моего платья. Если бы не проснувшееся любопытство, я бы уже выскочила обратно в коридор, плюнув на вероятное поджидающее у входа неведомое чудище. Может, я и не мастер, но я чистильщик, экзамен-то профильный прошла. Как-нибудь одолела бы. Только вот желание понять предназначение комнаты оказалось сильнее, а манящая магия пьянила похлеще эльфийского вина, словно зовя и соблазняя пойти за ней.

Пространство вокруг словно обедняло цвета и звуки, превращая все вокруг в бесполезное марево клубящегося ледяного тумана. Лед скрадывал все, не было слышно даже шагов и дыхания. В один миг мне показалось, что собственное биение сердца едва доходит до моего сознания. Не считая снега и льда в огромных количествах, да адского холода, пронизывающего до самых костей, в этом скрытом измерении больше ничего не было. Абсолютно… Странный, едва слышный шелест за спиной загнал сердце в пятки. Я резко обернулась, но ничего не рассмотрела, словно там и не существовало времени. Все те же ледяные пики и огромные скопления снега.

Но совершенно неожиданно вдалеке появилась теплая вспышка света. Ринувшись со всех ног к нему навстречу, я даже не поняла, как преодолела огромное расстояние. И когда уже подумала, что в очередной раз совершила глупость, перед носом опять мелькнуло нечто. В этот момент единственное, что у меня вырвалось изо рта, был удивленный писк. Прямо передо мной была огромная чешуйчатая морда с ярко-бирюзовыми глазами и внушительными клыками, с которых словно ледяная слюна стекала. Хотя, может, яд… Проверять я как-то не решилась.

Стоило громадине приблизиться ко мне, как ноги подкосились, и я практически растянулась на стылой земле. Все попытки отползти назад были бессмысленной тратой энергии. Я не могла оторвать глаз от огромной ящерицы, которая нависла надо мной подобно снежному сугробу. И почему у дикарей не могло быть нормальных домашних животных? Никалент не просто так сказал, что все его жены были жестоко растерзаны настоящим естеством древнего поместья.

Мне стало настолько жутко от осознания данного факта, что кричать не выходило. Легкие сводила судорога, а язык прилипал к небу. Страх, первобытный и всепоглощающий, окутывал меня и заставлял нервно озираться, не чувствуя уже ни холода, ни колючего льда под ладонями. Даже когда эта ящерица-переросток низко зашипела, открыв свою пасть, я лишь вздрогнула от неприятного звука, эхом отражающегося от стен. Уползти в таком состоянии казалось невыполнимой задачей, к которой я попросту была не готова.

Да, разве вообще существовал в мире вариант спасения от цепной зверушки, жрущей жен господина, как закуску? У меня пока такого не нашлось в запасе. А чары иллюзии вряд ли бы помогли мне справиться с непредвиденным собеседником, от которого за версту несло смертью и раздражением. Теперь я, кажется, поняла, почему эта дверь появлялась сама. Держать чудовище в основном пространстве — просто самоубийственная затея, вот и припрятали его в подпространстве, куда без ведома хозяина не попасть.

— Господи, триксийский дракон, демон его подери! — я сама себе в тот момент не верила. — Что ж у тебя взгляд такой голодный? У Никалента в замке живая снежная саламандра. Неужели эти сволочи тебя не кормят? Не поверишь, меня вот тоже запер он. Тебе не я нужна. Во мне и есть-то нечего, так, только облизать пару раз. Предлагаю свалить отсюда и сожрать твоего хозяина. Я его тебе даже поджарю. Ты какую степень прожарки предпочитаешь? Не улыбайся так, прошу, в пустом желудке все подрагивает, мне и без этого твои зубы во всей красе видны. Ты, конечно, очень красивая, или красивый, или как у вас пол там определяется, но я эльфийка, мы малость габаритами не сходимся. Ой, ну не облизывайся ты так, я же, честное слово, невкусная. Во мне четверть дроу, а ты сама, наверное, знаешь, насколько эти твари ядовитые и беспощадные. Одной закусишь, и все, могилка гарантирована.

Тараторя без умолку, я медленно отползала от чудовища, пока не наткнулась спиной на один из бесчисленных сугробов. Ну все, конец пришел мне… Ящерица, правда, нападать не спешила, гипнотизировала меня взглядом и словно чего-то ждала, всматриваясь в меня своими светящимися зенками. Или просто не определилась, отгрызть у меня что-нибудь для начала или сразу сожрать целиком. Ждать ее решения не хотелось, да и страх слишком глубоко проник под кожу, выбивая из тела остатки тепла. Даже бушующий адреналин не спасал ситуацию.

Но как бы судорожно я ни ждала нападения, ничего не происходило. Я продолжала сидеть на снегу, прижав к себе колени, и настороженно смотрела на редчайшую разновидность саламандр в истории мира. Ящерица же только скалила зубы и издавала подозрительные свистяще-шипящие звуки, высовывая длинный, раздвоенный на конце язык. И все… Вообще все… Никаких движений с ее стороны больше не следовало. При моей попытке подняться или хотя бы отползти в сторону выхода она лишь клацала зубами и мотала башкой, которая была размером со всю меня. Намек я поняла, двигаться перестала.