Страсти по Фоме. Книга 1 - Сергей Викторович Осипов

— Но ты хоть понимаешь, что ведешь себя, как ребенок? Хуже — как самоубийца.

Но Фомин попивал вино и снова входил в раж.

— А не нравится мне все это, Док! Не нравится! Ты появился, и стали происходить странные вещи: Ирина, братва. У меня до этого все было тихо и мирно!

Доктор будто его не слышал.

— Это тебе так кажется, забыл, что вчера про губернатора рассказывал? И потом дыра может наведываться в твои места, когда тебя там нет. Как ты это проследишь?

— Прослежу!

— У нас мало времени, — напомнил Доктор. — Строго говоря, у тебя нет выбора, так же как и у меня, потому что это может произойти в любой момент.

— Что может произойти, да еще в любой момент?! — закричал Фомин, выходя из себя. — И как это у меня нет выбора?! У меня всегда есть выбор! И я выбрал!.. Идите вы все!..

Он успел опрокинуть в себя бокал вина, пока его голос, исполненный праведного гнева, звенел в квартире. Потом его словно током ударило: дядя Женя! Действительно, кто поручится, что его смерть и вся остальная повальная чума в театре, включая и дурацкий колосник, не из-за него, Фомина? Кто?! Ему стало страшно: ладно, ты сам, но когда погибают из-за тебя!.. В голове зазвенело. И будто в унисон прозвучала вдруг длинная трель звонка в дверь.

Доктор вздохнул:

— Ну вот, пожалуйста!

— Что, пожалуйста?.. Да это может быть кто угодно! — отказывался Фомин играть в такие игры. — Соседи от нашего крика проснулись! Или вообще Ирина (только ее здесь не хватало!) вернулась за своей сумкой. Сколько, кстати, время?.. Ну вот, почти десять!

— Ну, иди, открой! — пожал плечами Доктор.

— Вот только не надо делать из меня неврастеника! — умоляюще поднял руки Фомин, и пошел открывать.

— Кто? — все-таки спросил он, хотя никогда раньше этого не делал.

Убить мало этого Доктора!

— Вы-ваш ны-новый участковый. Зы-знакомлюсь со своим участком. Вы-вот мое удостоверение!

— Эй, Док! — крикнул Фомин в комнату. — Тебе надо фильтры менять!

Но сам-то он знал, почему крикнул — чтобы дать понять гостю, что он не один…

Участковый стоял перед ним, улыбаясь всей своей молодой румяной физиономией.

— Шу-шульженко В-владимир Ильич! — сказал он приветливо заикаясь и показывая удостоверение.

— Мы-можно просто Шуля, — добавил он неожиданно.

И так же неожиданно с нечеловеческой силой схватил Фомина за горло.

— Мы-можно ваши документы? — попросил он при этом застенчиво, как и прежде.

Фомин ударил его в пах, что было сил, и резко присел, выбрасывая вверх руки, чтобы сбить захват. Ему показалось, что он ударил стену, а после попытки присесть в шейных позвонках что-то хрустнуло. Руки участкового медленно, но неуклонно сжимались на горле Фомина, при этом лицо его все так же приветливо улыбалось.

— Я ды-должен познакомиться со всеми квартиросъемщиками, — деловито сообщил он выпученным глазам Фомина.

Глаза же участкового, голубые, как эмаль унитазов в новостройках, светились радостью и энтузиазмом. Еще секунда и он сломал бы Фомину шею, впрочем, тому было уже все равно: он терял сознание и оседал в безжалостных руках приветливого монстра…

Внезапно хватка ослабла, и Фомин очнулся, судорожно хватая ртом воздух. Закашлялся. Первое, что он мог рассмотреть — безголовый участковый. Голова его, в отличие от тела, которое все еще стояло и держалось за шею Фомы, валялась у дверей и приветливо улыбаясь продолжала заикаться:

— Вы-ваше место работы?

— Агентство недвижимости «Кентавр»! — в ярости заорал Фомин, отбрасывая тело «простошули» к дверям, и сразу почувствовал, как заболели ушибленная нога, руки, шея.

— Док, в чем дело?! Что это за кукла?!

— Никогда не открывай двери незнакомым людям, — заметил Доктор, словно это он был участковым.

— Ны-никогда не открывайте дверь нэ-незнакомым, — пробубнила голова ему вслед.

Доктор пнул ее и она, ударившись о дверь, исчезла. Исчезло и тело.

— Что это такое, Док? — Фомин осторожно ощупывал горло и шею. — Я тебя спрашиваю! Ты не обратил внимание: меня чуть не убили! Ты появился и меня начали убивать! Как котенка!

— За нами идут. Надо уходить!

— Кто идет? — возмутился Фомин. — Ассоциация?.. Чтобы оторвать мне голову? Тебе самому не смешно?..

Доктор ничего не успел сказать, потому что в дверь снова позвонили.

— Посмотри в глазок! — шепнул Доктор.

— Кто? — угрюмо спросил Фомин.

— Вы-ваш ны-новый участковый. За-знакомлюсь со своим участком…

Фомин с поднятыми дыбом волосами заглянул в глазок. Участковых было двое. Совершенно одинаковые цветущие рожи и глаза от всех голубых унитазов родины. Оба протянули удостоверения к глазку. Фомин, бледный, как будто увидел летальный исход в двойном экземпляре, повернулся к Доктору.

— Шульженки Владимиры Ильичи, двое! — отрекомендовал он. — Можно просто Шули… Сделай же что-нибудь! — уже закричал он.

— Я говорю, надо уходить!

— Да я не готов! Ты же знаешь, здесь я бессилен! У меня запрет на выход! Ничего не могу, кроме как рожу начистить!.. Оторви им головы!

— Тогда их будет уже четверо. Видишь, они удваиваются! И нам уже будет очень трудно.

— Шу-ульженко Владимир Ильич, — донеслось из-за двери. — Мы-можно просто Шу…

И четыре руки одновременно прорвали входную дверь.

Если бы Доктор рывком не оттащил Фомина от двери, голова его так же бы валялась на полу, как недавно голова псевдоучасткового.

— Все, надо уходить! — сказал Доктор, вытаскивая Фомина из коридора.

Они оказались в комнате, где совсем еще недавно почти мирно беседовали и попивали настоящий бордо. Как давно это было!.. Фомин судорожно крутил головой.

— Как?.. Я не могу! Мне нужно полдня искать точку. Да и выход мне закрыт, ты забыл? А как мы выйдем из квартиры?

— Сколько