Дорога мечей - Алекс Кош

На двери в искомый кабинет висела многозначительная надпись «менеджер по работе с особо важными клиентами». Это я что ли такой клиент? Конечно, капсула стоит дороже машины среднего класса, но я ведь один из сотен тысяч клиентов компании, с чего такая честь? Главный офис, особый менеджер… ой, как подозрительно.

Постучав, я дернул дверь на себя и заглянул внутрь. Шикарный стол, королевское кожаное кресло и лощеный парнишка лет на пять моложе меня. Модная «поднятая» прическа, классический черный костюм, белая рубашка — все как полагается.

— Здравствуйте, мне назначено на четыре часа.

Молодой человек отвлекся от ультра навороченного прозрачного экрана и изобразил до омерзения приветливую улыбку.

— Приветствую вас от имени компании «РусВиртТех», Андрей Евгеньевич. Проходите, присаживайтесь. Меня зовут Евгений Михайлов, я менеджер по работе с особо важными клиентами.

Мне кажется, или подобная фраза предполагает, что сам он здороваться со мной не хочет и поэтому передает приветствие от компании в целом?

Я сел на стул, покладисто сложил руки на коленях и принялся ждать.

— Вам нравится играть в Арктанию? — спросил молодой человек после короткой паузы.

— А кому бы не понравилось? Еще как нравится, — честно ответил я. — Это моя первая игра в виртуальной капсуле, знаете ли. Невероятно красивый мир и очень реалистичные персонажи, да что там, они действительно живые!

— У нас самые мощные сервера во всем мире, — не без гордости сказал Евгений. — А алгоритмы искусственных интеллектов НПС-ов отличаются от применяемых в других играх так же, как современный компьютер от калькулятора.

Уж это я заметил. Правда, я считал, что это особенность всех современных игр, а не конкретно Арктании. В любом случае, я совершенно не понимал, зачем меня пригласили в офис «РусВиртТеха», а теперь еще и ведут со мной эти странные разговоры. Решили позвать на работу? Я, конечно, неплохой программист, но в совершенно иной области, нежели виртуальные реальности и игростроение.

— Но даже технологии ИскИнов не идут ни в какое сравнение с нашим прогрессом в изучении человеческого мозга. Возможно, вы не в курсе, но наша компания является не только ведущим мировым производителем виртуальных капсул, но и поставщиком элитной медицинской техники. Мы отправили аппараты МРТ в прошлое, к кровопусканию и зубной дрели. В капсулы встроены лучшие сканеры, система тщательно отслеживает все изменения мозговой активности, мы уже легко можем диагностировать и вылечить все, начиная от биполярного расстройства и заканчивая болезнью Альцгеймера. Но даже на нашем уровне развития науки и конкретно нашей области изучения человеческого мозга остаются белые пятна.

— Все это, безусловно, очень интересно, — сказал я, начав терять терпение. — Но при чем здесь я?

— Вы и есть это белое пятно.

Оп-па, вот это заявление.

— Что же во мне такого особенного? — удивился я.

— А сами вы как думаете?

«Что за еврейские штучки — отвечать вопросом на вопрос? — раздраженно подумал я. — Почему бы просто не сказать, что тебе от меня нужно».

— Судя по последним анализам, проведенным вашей чудо-капсулой, я совершенно здоров. Конечно, на море не был давно и выгляжу бледноватенько, но это явно не повод так меня называть.

— Хорошо, спрошу по-другому, — спокойно сказал Евгений. — Заметили ли вы что-нибудь странное во время игры в Арктанию?

Вроде бы все начиналось с того, что вопрос задал я. Ну что за мерзкий тип.

— Даже не знаю, — решил я сыграть под дурачка.

У моего собеседника не дрогнул ни один мускул. Стальные нервы. Мне бы так, я вот уже начинаю беситься.

— Подумайте, — дружелюбно улыбнулся менеджер.

— Очень реалистичные ощущения. Не ожидал, что современные технологии дошли до такого.

Может, рассказать о слишком сильной боли? Нет, лучше не буду, как-то это не по-мужски звучит. Как будто я неженка какой-то.

— А помимо этого?

— Вроде бы все.

Ну, не буду же я рассказывать о предсказаниях богини и прочей мистике. Либо психом посчитают, либо… Даже не знаю, если это вдруг окажется правдой, то пристрелят на фиг, чтобы не лез куда не следует. С другой стороны, админам игры наверняка известно обо всех событиях во вселенной Арктании. Разве что происшествие с автобусом в реальном мире могло ускользнуть от их внимания, но тогда тем более нет причин вызывать меня на эту встречу. Или все-таки есть?

— И никаких необычных событий?

Все, он меня достал!

— Никаких! Может, перейдем к делу? — не выдержал я. — Или вы меня позвали просто, чтобы в загадки поиграть?

— Ладно, — неожиданно легко согласился он. — Я пригласил вас, чтобы сообщить, что вы больше не можете играть в Арктанию.

Хорошо, что я уже сидел, а то мог бы и упасть от неожиданности. Я ожидал чего угодно, но только не такого заявления.

— Не понял, — озадаченно сказал я. — Я же купил капсулу, потратил черти сколько денег… Да и с чего вообще?

— Деньги за капсулу вам вернут. Вы даже сможете играть в любые другие виртуальные вселенные, созданные не нашей компанией.

Это какой-то очень суровый бан. Слишком суровый, я бы даже сказал. Но я ведь ничего не сделал! Вроде бы…

— За что? — спросил я, постаравшись, чтобы мой голос звучал не слишком жалобно.

— В этом нет ни вашей, ни чьей-либо еще вины. Как вы знаете, при заключении договора на покупку капсулы, первые семь дней происходит изучение реакции организма на виртуальную реальность. Это делается не просто так, несмотря на огромный прорыв в науке, мозг человека остается исследованным только частично. Иногда случаются эксцессы, подобные вашему. Ваше восприятие боли не было притуплено согласно настройкам игры, вы наверняка чувствовали это, но просто не придали значения. Согласно нашим данным, вместо положенных пятидесяти процентов, вы чувствовали все семьдесят. За неделю игры эта цифра возросла до семидесяти трех процентов и, по нашим расчетам, спустя еще месяц она достигла бы ста процентов. А это грозит смертью от болевого шока во время любого сильного удара в бою.

Я сидел и пытался осмыслить услышанное. Нет, все логично, я наконец-то узнал, почему чувствовал такую боль от простейших ударов тушканчиков. Но почему именно со мной случился такой глюк, черт подери?!

— Значит, мне просто не повезло, — медленно проговорил я.

— Так и есть, — подтвердил Евгений. — Это пока еще не изученная физиологическая особенность, но вы такой далеко не единственный. Разумеется, мы уже ведем исследования, и вы даже сможете в них поучаствовать на добровольных и хорошо оплачиваемых началах, но не в рамках игры.

— То есть, эта проблема может быть решена? — обрадовался я.

— Не может быть, а обязательно будет, — поправил меня менеджер. — Но это серьезные исследования, и конкретные результаты появятся далеко не сразу, а в официальный патч к Арктании это выльется еще позже.

Логично, черт подери. Это все-таки серьезные исследования, от которых зависят жизни сотен тысяч людей. Любой патч к игре, напрямую влияющей на мозг, должен готовиться куда тщательнее обновлений обычных онлайн игрушек предыдущего поколения.

— А если я подпишу какие-нибудь бумаги о том, что снимаю с компании «РусВирТех» всю ответственность за ущерб здоровью, который я могу получить? — спросил я. — Есть множество мирных профессий, далеко не все игроки вообще участвуют в боях.

— Увы, — покачал головой менеджер. — Ни одна бумага не поможет компании в том случае, если с вами что-то случится во время игры в Арктанию, и об этом прознают СМИ. Политика компании однозначна: в том случае, если за время тестирования капсулы обнаруживается любая опасность для здоровья клиента, физического или психологического, договор о продаже мгновенно аннулируется.

— Мгновенно? — переспросил я. — То есть, я уже не успею зайти в игру и попрощаться…

— С кем? — насмешливо спросил парень. — С виртуальными персонажами?

Черт, да эти виртуальные персонажи живее некоторых моих знакомых! И я действительно хотел бы попрощаться с жителями Келевры… Как же это все неожиданно-то!

— Наши работники приедут за капсулой завтра с утра, деньги вернут вам на счет в течение недели. Позже с вами свяжется отдел исследований и предложит сотрудничество, подробностей я не знаю, это не моя сфера деятельности.

Подозреваю, что оплата будет предложена более чем достойная, вот только настроение это почему-то не улучшает совершенно.

— А теперь, если у вас больше нет вопросов…

Да все уж понятно. Отыграл я свое. Даже тридцатого уровня не достиг и не узнал, какой мне достался в подарок маунт.

О куче невыполненных квестов я уж и не говорю: в Арктании осталось столько загадок и вопросов, ответы на которые вряд ли мне даст менеджер по работе с особыми клиентами.