Четыре орудия убийства - Джон Карр

— Мадемуазель, я вас ни в чем не подозреваю, — заверил ее Банколен. — Но перед тем как вас отпустить, я хотел бы повторить все, что вы мне сказали. Ну, конечно же не все, а только самое важное. Итак, в прошлую субботу вы вместе с мадам Клонек и месье Делотреком были на пикнике.

Аннет в знак подтверждения его слов простонала.

— Вы вышли из дома в половине одиннадцатого, — продолжил Банколен, — и сели в машину месье Делотрека. Приехав в Отей, вы взяли напрокат лодку. Все это время месье Делотрек был в поле вашего зрения. Правильно?

— Да.

— Вы плавали по реке между Отей и Бийанкуром. Вы и лодочник, которого нанял месье Делотрек, находились в другой лодке. За все это время мадам Клонек и месье Делотрек на берег не высаживались и…

— Не совсем так, месье. Один раз на пару часиков они причаливали к поросшему ивами берегу. Там еще были такие заросли ивняка! Чтобы перекусить, отдохнуть и спокойно поговорить. Но на берег они не сходили. Я это своими глазами видела.

— И все же. Если лодочник оказывал вам знаки внимания, то вы могли…

— Месье! — возмутилась девушка. И даже попробовала покраснеть.

— Я просто хотел уточнить. — Банколен был сама вежливость. — Хорошо. Вы втроем возвращались с реки, когда начинало темнеть. Поскольку ваш рабочий день закончился, вы попросили высадить вас у станции метро. Вы были уверены, что мадам Клонек и месье Делотрек едут домой. Так ведь?

Спасибо, мадемуазель, и всего вам доброго… Нет-нет, мадемуазель, эта дверь в туалет. На выход вон в ту.

Перед тем как Банколен закрыл за ней дверь, девушка оглянулась и с ненавистью глянула на Дугласа. Тот, не выдержав ее тяжелого взгляда, отвел глаза.

Вернувшись на прежнее место, сыщик молча оглядел своих гостей. В маленькой комнате он казался гигантом. В это утро Банколен выглядел комически: щеки впали, брови взлохмачены… Глядя на него, Куртис, как и вчера на вилле «Марбр», испытывал чувство неловкости вперемешку со страхом.

— Итак, вы хотите узнать о бутылке из-под шампанского, — вкрадчиво произнес Банколен. — Да, мистер Дуглас, мне известно, что сегодня утром вас навестил Робинсон. Так что кое-какую информацию вы от него получили.

Не знаю, о чем у вас шел разговор, но он наверняка рассказал о найденной им бутылке и револьвере. Думаю, и миссис Толлер о них уже знает. Так что в подробности я вдаваться не буду. Закурите?

Он достал из ящика стола коробку с сигаретами и положил ее на стол.

— В багаже Пьера Вуаза, которого мы арестовали два месяца назад, оказалось огромное количество турецких и вирджинских сигарет. С тех пор их курит вся контора. Нет-нет, не отказывайтесь. У этих сигарет отличный табак. Пьер своих жертв не травил — он перерезал им горло. Турецкие — с этой стороны, а с вирджинским табаком — с этой.

— Я слышала, что револьвер, найденный вчера на вилле, принадлежит моей матери, — вступила в разговор Магда.

— Мисс Толлер, вы, как и мистер Стенфилд, видели вчера это оружие. Неужели вы не узнали его?

— Нет. Но как можно узнать револьвер, лишь взглянув на него? На вид они все одинаковые. Во всяком случае, для меня.

— А вот у мистера Стенфилда, как я понял, глаз натренированный, — заметил Банколен. — Но вы не отрицаете, что у вашей матери был точно такой же револьвер?

— Да об этом многие знали. Вы что, хотите сказать… Но это же абсурд. Сама мысль об этом меня смешит.

— Такую версию выдвинул Робинсон, а не я.

— Какую версию? — подал голос Ральф Дуглас.

Банколен положил тлеющую сигарету на стол и вытащил из ящика большую коричневую папку. Однако раскрывать ее сыщик не стал.

— Поднимаясь ко мне, вы наверняка проходили мимо нашей лаборатории, — начал он. — Но не обольщайтесь. Ничего ультрасовременного в ней нет. Так что никаких чудес от нее ждать не приходится.

Работы в лаборатории в основном ведутся с помощью фотокамеры и микроскопа. Есть, правда, еще оборудование для обнаружения ядов и фотомикрограф, позволяющий увидеть мельчайшую частицу материала.

Фотографирование с помощью микроскопа впервые было применено Евстахием более полувека назад. Если я ошибаюсь, Мабюс меня поправит.

Теперь моя задача заключается в том, чтобы сотрудник лаборатории: во-первых, установил, кем мог быть убийца; во-вторых, описал его действия; и, в-третьих, сказал, где мне искать улики.

А сейчас давайте восстановим по памяти события того трагического дня. В хронологическом порядке. Начнем незадолго до приезда мадам Клонек. А приехала она на виллу «Марбр», как мы знаем, в четверть двенадцатого.

Поскольку Гортензия Фреи — наша единственная свидетельница, то полагаться будем на ее показания. Естественно, до тех пор, пока их не опровергнут результаты криминалистических исследований. Пока же оснований не доверять рассказу горничной у нас нет.

Итак, она сказала, что мадам Клонек приехала на виллу злой. Такое ее состояние объясняется легко: она только что рассталась с частью своих драгоценностей, отдав их месье Делотреку. Здесь все сходится.

Далее она была недовольна тем, что мистер Дуглас ее не встретил. Еще бы! Этого свидания мадам ждала весь день. Не застав мистера Дугласа на вилле, Роз Клонек пережила нечто вроде шока. Ради встречи с Дугласом она отдала месье Делотреку драгоценности, а тот заставил ее ждать. И при этом даже не извинился.

В таком состоянии мадам Клонек пребывала с момента своего приезда. Она приняла ванну, оделась, навела макияж. Время приближалось к полуночи, а Ральф Дуглас все не появлялся. Гортензия заявляет, что мадам уже была близка к состоянию нервного срыва. Она просит горничную принести ей маленькую бутылку шампанского и говорит, что потом та может ложиться спать. Эта бутылка стоит в ведерке со льдом в гостиной.

Гортензия из гостиной проходит в коридор через дверь, которая тогда еще не заперта. Если до этого время для мадам тянулось медленно, то сейчас словно остановилось. Не забывайте, что она была без часов. А Дугласа все нет.

Когда я осмотрел все комнаты, у меня возникло предположение, что мадам между четвертью первого и часом ночи принимала решение проучить своего необязательного любовника. Нет, в Париж она не возвращается, поскольку Роз Клонек — человек очень осторожный. Ей не хочется терять такого состоятельного мужчину, как Ральф Дуглас. А потом, так поступать — не в ее характере.

Мадам решает действовать иначе и выбирает способ более эффективный: она закроет все двери, через которые можно попасть к ней в спальню, приготовится ко сну и даже примет снотворное. Затем она выпьет шампанское и ляжет спать.

Когда этот бездельник наконец приедет, то, сгорая от страсти, пусть попробует пробраться к ней! Его следует хорошенько проучить! Так думала мадам.

Пока Банколен говорил, лицо его оставалось серьезным. Неожиданно в его глазах вспыхнули озорные искорки.

— Понимаю, — усмехнулся сыщик, — вы считаете меня таким же болтливым, как Робинсон. Хорошо, я докажу, что это не так. Для начала обращу ваше внимание на запертые двери.

То, что дверь из гостиной в коридор была заперта, — абсолютно точно установленный факт. Дверь из туалетной комнаты в коридор — тоже. Но дверь из спальни в коридор, через которую вы прошли, а затем обнаружили труп, была открыта. Причем ключ торчал в замке изнутри.

Когда вы вчера покинули виллу, а мы с Мабюсом остались, я обратил внимание на этот ключ. Ничего на первый взгляд примечательного. Ключ как ключ, с легким налетом ржавчины и пыли. С помощью карманной линзы Мабюса нам удалось разглядеть на его кончике параллельные царапины. Они были едва различимы.

Я оглядел спальню, и первое, что привлекло мое внимание, — плоскогубцы. У большинства из них, как вы знаете, на рабочей поверхности есть зазубрины. Ну, для того, чтобы улучшить сцепление. Я решил, что ключ и плоскогубцы надо проверить на фотомикрографе.

Сыщик раскрыл папку и достал из нее фотографию с многократно увеличенным изображением бородки ключа. На его черной поверхности выделялись пять белых параллельных полосок. Контуры трех из них были немного размыты, а двух оказались сравнительно четкими.

— Масштаб увеличения всего лишь один к пяти, — заметил Банколен. — Но изображение хорошее. Видно, что отметины на ключе свежие. На следующих фотографиях представлены плоскогубцы в разобранном состоянии и вторая половина ключа. Вы видите, что отметины на ключе соответствуют зазубринам на плоскогубцах. В этом можно легко убедиться с помощью штангенциркуля.

И о чем это свидетельствует? А свидетельствует это о том, что Роз Клонек заперла-таки эту дверь изнутри. А кто-то из коридора — будем считать, что мужчина в коричневом плаще и черной шляпе, — используя плоскогубцы, повернул в замочной скважине ключ и открыл дверь.

Банколен отложил фотографии в сторону.