Неучтённый фактор - БиоДрама

— Сибилла, милочка, зачем же так пугать нашего гостя? — весело пропищал Флитвик, который, казалось, получал от сего действа колоссальное удовольствие. Едва ли в ладоши не хлопал. Его можно было понять — много ли развлечений у скромного школьного учителя? На шум потасовки стали оборачиваться и другие профессора. Покраснев от натуги, Гарри–Том всё же выдернул свою руку из цепкого захвата Трелони и во избежание спрятал за спину.

— Ну хоть на чаинки дайте взглянуть! — в отчаянии воскликнула она, звеня многочисленными бусами.

— У меня какао! — добил её Тёмный Лорд, отодвигаясь как можно дальше. Оставшись ни с чем, пророчица обиженно завернулась в свои шали и нахохлилась.

— Так вы говорите, что учились в Дурмштранге? — ни с того ни с сего спросил Флитвик. Тут Гарри–Том обнаружил, что, спасаясь от посягательств Трелони, он едва не залез к маленькому профессору на колени.

— Нет–нет, я прошёл обучение волшебству в частной школе в Канаде, — быстро выдал Тёмный Лорд, отодвигаясь обратно на приличествующее расстояние. У Флитвика вполне могли быть знакомые во всех европейских школах.

— О, как интересно! Я ни разу не был в Канаде. А правда, что у вас…

— Он пришёл в тёмный час… — грубый нечеловеческий голос, в котором не было ничего от Трелони, прорезал гомон множества застольных бесед, как нож масло. Гарри–Том замер — только очередного пророчества на его голову не хватало! А то, что откровение свыше будет о нём, было ясно с первых слов. Не раздумывая, он нанёс по сознанию Трелони ментальный удар. К его удивлению, то, что сейчас его заполнило, почти не поддавалось воздействию извне.

— Он пришёл… — собрав все силы, Тёмный Лорд ворвался в разум Трелони и сдавил это загадочное нечто. На этот раз получилось. Почти. Сибилла содрогнулась, но упорно продолжала, — Когда… два маленьких котенка поссорились в yглy… Сердитая хозяйка взяла свою метлу… И вымела из кухни дерущихся котят… Не справившись при этом, кто прав, кто виноват…[1] — по её телу снова прошла судорога, и Гарри–Том обессиленно откинулся на стуле — «нечто» вышвырнуло его прочь, как того самого котёнка. —

… он пришёл. — Трелони вздрогнула, встряхнулась, словно попавшая под дождь собака и поморгала, с недоумением глядя на сотню устремлённых на неё глаз. В зале стояла полная тишина.

— Кажется, это стишок из маггловского фольклора? — неуверенно произнесла МакГонаггал, которая не могла решить, как же ей реагировать на подобное сольное выступление.

— Отличное исполнение, Сибилла! Оригинальное, — жизнерадостно пискнул Флитвик, салютуя предсказательнице кружкой с чаем. Та растерянно улыбнулась, явно не понимая, о чём речь, но на всякий случай благодарно кивнула.

Тёмный Лорд оглядел лица остальных волшебников, сидящих за столом. Обозначив складку на лбу, Люциус Малфой напряжённо пытался постичь суть происходящего. А вот Снейп понял сразу. Он был бледен как смерть, у него странно горели глаза. Ещё бы! Он‑то уже слышал однажды подобное выступление Трелони и на своей шкуре испытал то, к чему это привело. Как и следовало ожидать, взгляд Северуса устремился к гриффиндорскому столу, обшарил лица немногих присутствующих учеников, не нашёл лохматой темноволосой головы и в панике метнулся к дверям зала. А вот это плохо: едва закончится завтрак, как зельевар побежит искать Гарри Поттера и не успокоится, пока не найдёт. И поднимет тревогу. Значит, нужно Снейпа отвлечь.

Путь из Большого зала до директорских апартаментов, где якобы располагался подключенный к сети камин, напоминал триумфальное шествие. Свита министра разрослась, включив в себя, кроме ассистентов, ещё и учителей. Жаль, идти недалеко. Для Гарри–Тома это была ещё одна возможность ознакомиться с замком заново.

Окидывая стены хозяйским взглядом, Гарри–Том с трудом мог поверить, что это всё тот же любимый с детства Хогвартс. Он словно попал в иной мир. И дело даже не в многочисленных наслоениях чар, зачастую уже погасших и мёртвых. Вот кто бы мог подумать, что у привидений есть свои проторенные тропы? И судя по всему, существовали обширные области, призракам не доступные. А заложенная камнем ниша в стене, возле кабинета арифмантики, со спящим волшебным существом? Кто, когда и зачем его туда засунул? А расшитый странными, явно не человеческими рунами и символами гобелен возле гостевых покоев? От него так и фонит неопознанной магией. А давно сбитый и выщербленный орнамент на колоннах у Зала славы? Почему, глядя на него, возникает чувство, что вернуть на место каменные листья и порхающих птичек можно безо всякого труда? На каждом шагу Гарри–Тома поджидали тайны и загадки, от которых сердце радостно трепетало в предвкушении. Вот только времени на разглядывание и разгадывание сейчас не было — Люциус Малфой целенаправленно двигался в сторону директорской башенки.

Вести министра и его секретаря в круглый кабинет за горгульей МакГонагалл явно не хотела. Похоже, Дамблдор не посвятил её в свои коварные замыслы по быстрому устранению Тёмного Лорда. С упорством, достойным лучшего применения, она отвлекала Малфоя ссорой и сворачивала то в сторону учительской, то к своему кабинету. Однако, в отличие от неё, Люциус знал, что происходит, и наивные уловки преподавателя трансфигурации надолго остановить его продвижение не могли. Надежда Минервы на то, что горгулья не пропустит дорогих гостей на вращающуюся лестницу, также была безжалостно уничтожена — каменный страж отпрыгнул в сторону, не дожидаясь пароля. МакГонагалл оставалось лишь надеяться, что Альбус догадается спрятаться в своих апартаментах.

-… учебный план! И это не первое заявление, проигнорированное отделом образования, господин министр. Это просто возмутительно! — Так громко кричать на тесной вращающейся лестнице не было никакой нужды — Малфой с МакГонагалл стояли на ступеньках почти рядом. Не услышать натренированный долгими лекциями голос декана Гриффиндора мог разве что глухой. Свита из учителей и лаборантов обеспокоенно переглядывалась — все были в курсе места укрывательства Дамблдора, однако действовать без приказа они не могли. К удивлению Гарри–Тома, в ордене Феникса дисциплина всё‑таки была.

Круглый кабинет мог похвастаться нехарактерным для замка теплом и уютом. Приятно пахло нагретой смолой от сосновых поленьев, красивой горкой сложенных возле камина. Издавали мелодичный звон загадочные серебряные приборы на многочисленных столиках и полках. Поскрипывая, тикали старинные часы. Возились и покашливали в своих портретных рамах покойные директора…

Чуткий нос Тёмного Лорда уловил рассеивающийся аромат свежезаваренного чая и ванили. Да и груда бумаг на столе, и второпях брошенный плед с головой выдавали недавнее присутствие Дамблдора. Кто бы сомневался?