Скальпель доктора Менгеле - Сергей Антонов

— Мне показалось, — прошептал Агранов. — Прошло совсем немного времени. Они еще живы.

Струя ледяной воды, ударившая из крана заставила майора вскрикнуть. Отфыркиваясь и бормоча ругательства он продолжал держать голову над раковиной до тех пор пока не начали неметь кончики ушей. Агранов перебрался в ванну, принял контрастный душ и докрасна растерся полотенцем. Спустя пять минут, он стоял перед зеркалом, застегивая верхнюю пуговицу кителя. Дмитрий Михайлович остался доволен своим отражением. На лице его двойника из зазеркального мира была написана решимость. Майор сунул пистолет в кобуру, две запасные обоймы в карман и вышел на улицу с твердым намерением исправить все допущенные ошибки или умереть.

Несмотря на готовность к самопожертвованию профессиональный опер не хотел стать вторым Александром Матросовым. Решив обеспечить прикрытие с тыла, он поехал в РОВД. Время было самым подходящим. Рабочий день кончился, начальство разъехалось по домам и Агранов мог направить хоть пять опергрупп туда, куда ему вздумается.

Первой странностью был свет в окнах всех трех этажей райотдела. Въезжая на стоянку майор удивился тому, что там нет ни одной машины. Он долго смотрел на крыльцо дожидаясь пока из двери выйдет хоть кто-то, но желающих приветствовать начальника криминальной милиции в этот вечер не нашлось.

Нехорошее предчувствие грозило перерасти в панику, но, толкнув дверь, майор успокоился. За застекленным окном дежурки горела настольная лампа и виднелась голова склонившегося над бумагами дежурного офицера. Агранов кашлянул. Никакой реакции. Пришлось подойти и постучать в стекло.

— Эй, ты для чего здесь сидишь, только чтоб стул занимать?

Офицер поднял голову. Свет разноцветных лампочек на пульте раскрасил его лицо в оттенки красного и зеленого.

— А-а, майор…

— Ты что, парень, докладывать разучился?! — возмутился Агранов.

— Никак нет, не разучился! — бодро гаркнул офицер. — За время вашего отсутствия происшествий не зарегистрировано!

— Вот, совсем другое дело, — удовлетворенно пробурчал Агранов. — А почему свет всюду повключали? По какому случаю иллюминация?

— Так ведь происшествий нет! — оскалился в улыбке дежурный. — Вот и радуемся!

— Чего?!

— Происшествий, говорю, нет! Заявлений не поступает, телефонных звонков — тоже! — дежурный снял трубку и высоко поднял ее над головой, демонстрируя вырванный с корнем витой шнур. — В общем — полный порядок, герр майор.

Лицо Агранова окаменело. Только теперь он увидел, что вместо зрачков у дежурного маленькие серебряные диски, а на виске — хорошо знакомый крестик пластыря. Офицер встал, одним махом сбросил со стола журналы и расшвырял их ногой по всей комнате.

— Объявляется праздник непослушания! Стоп, майор, ты куда?

Агранов выкатился на крыльцо и перепрыгнув сразу через несколько ступеней, рванул к «БМВ». Как в дешевом голливудском боевике ключ зажигания никак не хотел попадать в замок, а когда майору удалось с этим справиться, он слишком резко отпустил педаль сцепления. Пришлось начинать все сначала. Бог оказался милостив к Агранову. Двигатель завелся и машина тронулась, но на пути к воротам Дмитрия ждало новое испытание. Вдребезги разлетелось окно второго этажа. Вместе с осколками на асфальт грохнулся монитор компьютера.

— Бей посуду, я плачу! — завопил невидимый майору метатель. — Не уйдешь, падла!

Агранов объехал остатки монитора, но на крышу автомобиля грохнулся новый снаряд. Жесть прогнулась от тяжести и удара. Рассмотреть, то что швырнули из окна на этот раз Агранов не успел. Он машинально надавил педаль газа до отказа и лишь чудом разминулся со стальной стойкой ворот. Агранов решил действовать на свой страх и риск. Он собирался сворачивать на улицу, ведущую к особняку, когда увидел вдали свет проблесковых маячков.

— Есть! — воскликнул майор с интонацией сидящего в ванне Архимеда. — Не всех, сволочь еще приручил!

От радости хотелось петь. Агранов понял, что какой-то патрульный наряд не знал о том, что произошло в отделе и действовал автономно, пытаясь навести порядок. Теперь Микошину несдобровать! У парней должны быть автоматы и если Сергей Михайлович вздумает оказать сопротивление, его искрошат в мелкий винегрет. Словно подтверждая догадку майора об автоматах, раздался сухой треск очереди. Последовавший за ней хохот подействовал на Агранова, как ледяной душ. Он резко затормозил и погасив фары прислушался. Полной тишине аккомпанировали умиротворяющие сполохи проблесковых маячков.

Новая очередь и новый взрыв хохота. Пригнувшись майор подбежал к ближайшему укрытию — засохшей березе на обочине. Переждав очередную волну стрельбы и веселья, он осторожно выглянул из-за шершавого ствола. Открывшаяся картина привела Агранова в пограничное состояние между обмороком и истерикой. Шоссе перегораживали несколько перевернутых автомобилей. Вдоль этой груды мятого и давленного металла, хрустя ботинками по битому стеклу прохаживались два милиционера. Майору не требовалось подходить ближе, чтобы удостовериться в наличии зловещих крестиков пластыря на висках несчастных. Микошин успел вправить мозги не только этой парочке. В ста метрах вниз по шоссе собралась группа из десяти человек. Милиционеры и гражданские забавлялись тем, что палили из автоматов по бетонному постаменту, встречающему гостей города. Символом райцентра были две шестерни и три колоса, раскрашенные в национальные цвета. Теперь от них остались только воспоминания, да бесформенные куски бетона, повисшие на арматуре. Милиционер, в котором Дмитрий узнал сержанта Сурвило выпустил очередь в дорожный знак и с идиотским смехом передал автомат мужику в форменной куртке работника связи.

За спиной раздался треск сухой ветки.

— Эй, ты чего тут прячешься? Хватит дерево подпирать, подь-ка сюда! Эге, да ты мент!

Лицо мужчины, как и его перерезанная шея были очень хорошо знакомы Агранову. Иван Кароль, которого не так давно вынули из петли вновь гулял по земле в своих дурацких розово-белых носочках. Шмыгая знаменитым носом он шел на майора, бормоча под нос что-то о любопытной Варваре. Дмитрий не стал дожидаться приближения кадавра и взмахнув руками, как ныряльщик на вышке прыгнул в заросли кустов на дне дорожного откоса.

— Мужики, все сюда! — пронзительно завопил бывший наследник польских шляхтичей. — Уйдет кабанчик! Ату его! Ату!

Пробираясь сквозь колючий кустарник, майор слышал топот бегущих ног и крики. Потом началась беспорядочная пальба. Несколько раз пули срезали ветки над головой майора, но он не обращал на это внимания зная, что автоматчики стреляют наугад.