Не та девушка (СИ) - Пьянкова Карина Сергеевна

Миссис Мидуэл принимала гостя в гостиной, куда я вошла, чуть запыхавшись — так спешила увидеть Джулиана. При моем появлении мистер Кин поднялся на ноги и глаза его распахнулись так, словно я была самым прекрасным созданием, какое только ему доводилось видеть в своей жизни.

— Здравствуйте, мисс Мерсер, — словно бы робея произнес Джулиан Кин и улыбнулся. В комнате как будто стало светлей в тот момент, а у меня вдруг перехватило дыхание.

Но пристальный взгляд моей нанимательницы, что не отрывался от моего лица с того самого мгновения, как я появилась в комнате, помог взять себя в руки.

— Очень рада видеть вас, — произнесла я, поражаясь тому, как плавно, напевно звучит мой голос. — Вы, наконец, поправились?

Мистер Кин все еще оставался бледен, его смуглая кожа приобрела за время болезни нездоровый землистый оттенок, однако глаза сверкали двумя изумрудами как и прежде.

— Практически поправился, — заверил мистер Кин. В его голосе звучала теплота и доверительность

— Как поживает миссис Дарем? — спросила миссис Мидуэл разбивая звуком своего голоса хрупкую трепетную тишину, которая возникла между мной и мистером Кином.

Разумеется, моя хозяйка не могла не почувствовать изменения в атмосфере. И не была бы собой, если бы не попыталась вернуть разговор в повседневное русло.

Мистер Кин нервно кашлянул, бросил взгляд в мою сторону и повернулся к миссис Мидуэл.

— Миссис Дарем чувствует себя лучше, но сил у нее все-таки недостаточно, чтобы совершать долгие прогулки, — отрапортовал о состоянии жены капитана Дарема молодой человек. — Впрочем, думаю, совсем скоро она полностью оправится.

Лично я была почти полностью уверена, что миссис Кин уже вполне способна выходить на люди и совершать визиты. Вот только почему-то Сьюзан Дарем совершенно не желает снисходить до местного общества. Можно было предположить, что все дело в муже, который не дает нелюбимой супруге видеться с посторонними. Однако многочисленные свидетели супружеского общения капитана Дарема и его жены с полной уверенностью утверждали, что Джордж Дарем не имеет привычки помыкать супругой. Скорее, он ее не замечает. Так что я для себя сделала вывод, что миссис Дарем поступает так или иначе исключительно по собственному разумению.

— А вы случаем не знаете, из какой ветви рода Денби происходит миссис Дарем? — как бы между прочим осведомилась у гостя миссис Мидуэл.

Ее вопрос совершенно не удивлял: как и многие пожилые дамы ее лет моя нанимательница увлекалась генеалогией. Правда, генеалогией в ее прикладном понимании — миссис Мидуэл с величайшим азартом выявляла детей, племянников и внуков своих старых знакомых. Когда Элинор Мидуэл была куда моложе и деятельней, круг ее общения был несоизмеримо шире, однако возраст заставил эту женщину осесть в собственном доме. Но воспоминания молодости все еще будоражили и заставляли искать осколки минувших лет в каждом встречном.

— Миссис Дарем вроде бы упоминала, что происходит она Нортшира, — после недолгих раздумий обронил мистер Кин.

И я замерла.

— Кажется, Эверсы, ваши погибшие друзья, как раз из этого графства, Бет? Я не ошиблась? — осведомилась пожилая женщина, поглядев на меня.

Я судорожно кивнула.

— Да, в самом деле.

Мне на какое-то мгновение стало дурно, однако я из последних сил заставила себя улыбаться, пусть перед глазами и мелькали отблески того самого пламени, а сердце отчаянно застучало.

— Простите, мисс Мерсер, — тут же всполошился мистер Кин. — Кажется, я наполнил вам о чем-то неприятном.

И это было мягко сказано. Сам того не понимая, молодой человек заставил меня погрузиться в воспоминания о самом страшном мгновении моей недолгой жизни. И снова я ощущала запах гари, жар…

— Н-ничего, — с трудом, но все же сумела выдавить я. — Это все прошлое — и ничего больше. Все уже прошло. Все закончилось.

И все-таки, противореча собственным словам, я тяжело осела на ближайшее кресло, отчаянным усилием воли заставляя себя не думать. Просто ни о чем не думать, раз уж забыть не в состоянии. Но ведь если бы вдруг миссис Дарем появилась в Сеннене ради меня, не логичней было бы уделять именно мне побольше внимания? Однако Сьюзан Дарем избегает моего общества.

А вот ее муж — нет…

Но какого черта вдруг моя прежде совершенно спокойная жизнь наполнилась такими ужасными совпадениями? Сперва вдруг появился весьма отчаянный «жених», решительно настроенный заключить со мной брак, а теперь вдруг выясняется, что еще и жена брата моего «жениха» приводится родней Эверсам.

Может ли и это быть только совпадением?!

— Вам непременно нужно выпить воды, мисс Мерсер. — произнес с неожиданной решительностью мистер Кин. Миссис Мидуэл согласилась с гостем и позвонил в колокольчик, вызывая служанку.

В гостиную поспешно вошла Мирт. Ее глаза светились любопытством, но хозяйка шикнула на прислугу, и горничная прыснула прочь из комнаты и вскоре вернулась со стаканом холодной воды. Я взяла его в руку, но пить начала далеко не сразу. Сперва казалось, что даже не смогу донести стакан до рта — расплещу.

— Вы были знакомы с кем-то из Денби, Бет? — спросила миссис Мидуэл, когда я немного пришла в себя.

Я покачала головой.

Зато отлично знала, что они приходятся дальней родней покойному графу Картрайту, слишком дальней, чтобы мне хоть раз выпал шанс увидеть хотя бы одного представителя этого семейства. Но попробуй пойми, какое положение Денби заняли в иерархии магической аристократии после пожара.

— Нет, я их никогда не встречала, — произнесла я, когда голос ко мне все-таки вернулся. — А должна была?

Мистер Кин развел руками.

— Возможно, что и не должны были.

Миссис Мидуэл промолчала, но, скорее всего, потому что посчитала невозможным расспрашивать меня при постороннем.

— Очень жаль, что вам пришлось столько пережить в прошлом, — сочувственно произнес Джулиан, опустившись на корточки передо мной.

Его тонкие прохладные пальцы сомкнулись на моей руке.

— Но теперь вы в полной безопасности.

Наверное, миссис Хайнс тоже считала, что ничто на этом свете ей не угрожает. И вот теперь она мертва.

Что если опасность, угрожающая мне, та, на которую намекнул между делом шут, — связана именно с Дерби? А значит, и с капитаном Даремом. Наверняка ничего не узнать, разве что дождаться очередного визита странного человека в гриме и спросить его. Правда, вряд ли шут скажет правду, кажется, это не в его характере.

— Да, я несомненно в полной безопасности.

Мистер Кин оставался в нашем доме еще около получаса, развлекал меня и миссис Мидуэл беседой, временами глупой, однако поднявшей мне настроение. Вообще, юноша отличался настолько солнечным нравом, что какую бы чушь он ни нес, в итоге все равно на душе становилось гораздо легче.

Миссис Мидуэл к молодому человеку отнеслась вполне благосклонно, однако не пыталась удерживать его в гостях.

— Так мил, что даже порой становится страшно, — произнесла моя нанимательница с задумчивостью, когда мы через окно гостиной глядели вслед удаляющейся темной тонкой фигуре. — Порой я даже готова поверить, что в подозрениях преподобного есть некая доля правды.

Я возмущенно вспыхнула румянцем гнева — с некоторых пор дурные слова в адрес мистера Кина переносить стало нелегко — и промолчала. Джулиан скрылся в зарослях сирени, которой густо засажены были все улицы Сеннена.

— Вы тоже считаете, будто мистер Кин может оказаться нечистью? — с нервным смешком осведомилась я, не глядя на миссис Мидуэл.

Пожилая леди вздохнула.

— Я не так уж суеверна, моя милая, однако не в состоянии отрицать, что в мистере Кине есть нечто неземное, нездешнее.

С этим и можно было согласиться, и нельзя было — с одной стороны необыкновенным Джулиана делала внешность, с другой — его легкомысленность, доброта и недалекий ум делали мистера Кина более чем земным существом.

— Возможно, но вряд ли это делает его дурным человеком, — пробормотала я, не желая продолжать такой нелепый и неприятный разговор.