Хозяйка волшебного дома. Книга 2 - Мартиша Риш

куру вариться, если повезет, так к ужину дойдет. Суповая же, жёсткая, что подошва сапога. Как вспомню, брр. А эти ничего, хорошо откормленные. Жарить будем? Я видел, там есть камин. Может, на вертеле?

— Возможно, — задумчиво протянул я. Анестейшу отравить ни в коем случае нельзя. Сыр и прочие сомнительные деликатесы я испытал на Лео. Вреда они ему не причинили. Бастард воротит нос от сомнительных птиц, новоявленный эльф нянчит младенца. Выходит, рискнуть придется Сашей. Он не самый бесполезный из всех нас, конечно. Пожалуй, я даже буду скучать, если издохнет. Ну, сожалеть, так уж точно. Но не хозяйкой же рисковать? Решительно я вынул из таза синюю куру. Пакость какая!

— Я изжарю вам несколько кусков грудки в знак благодарности и для снятия первой пробы деликатесного мяса.

— Не лень заморачиваться?

— Ну, что вы, Саша, ради вас — ничуть! Я только рад, — как же ее разрезать, чтоб не замарать синевато-зелёной шкурой лучшую доску? Ещё и этот стоит, не отходит. Смотрит, чуть не облизывается. Попробуй, пойми богачей? Вся деликатесная еда дурная, на такую и в голодный год не позарится нормальный человек.

— Ради вас я возьму грушевое полено от камина, уверен, оно придаст особый аромат этой пище, — нашел я выход из положения. Саша, благо, ничего не заподозрил.

В гостином зале я почти столкнулся с Анестейшей. Ведьма вошла раскрасневшаяся после травяной купальни, глаза сияют, волосы стоят дыбом как пушинки одуванчика. Красивая девица, бесценная для моей родины.

— Я переоденусь и спущусь к столу. Пообедаем, наконец. Прости, что всех задержала, — хозяйка обвела взглядом комнату, чуть остановила его на переброшенном через спинку дивана пледе, — А где Виэль?

— Он немного занят на кухне. Вызвался помогать Анджею с ощипыванием вашей добычи, хозяйка. Позвать? Мы уже почти закончили.

— Надо же? Молодец какой. Спасибо за ванную и Анджею тоже передай спасибо за лакомства. Мне было очень приятно.

— Я рад, — поклонился я и, наконец, смог взять деревяшку от топки. Груша? Да кто его знает. Сойдёт, если на полене нет коры, человек породу дерева не особенно различает. Смолы вроде нет, да и не красное, значит, скорей всего, не осина. Для колдуна безопасно.

Вышел на кухню и, как мог быстро, лишь бы не сморщиться ненароком, отсек от тушки сизую мякоть. Сковороду тоже жаль так, что нет никаких сил. Может, на шпажке изжарить? Ловко отсек от полена длинную острую щепку, наскоро нанизал отвратительные куски.

Нет, мне точно не суждено настолько извратить разум книгами и наукой, чтоб наслаждаться таким.

— Круто! Как в ресторане!

— Как сказал один мой знакомый разбойник, чтобы получать удовольствие от столь деликатесной еды, нужно быть образованным. Или же иметь титул, — Анджей поморщился.

— Сделай-ка два. Я тоже мечтаю попробовать это мясо, — постным голосом произнес он. — Двоих мужчин в доме травить как-то не слишком выгодно. От бастарда ведь тоже немало пользы. Да и в случае нападения он сможет защитить дом. Он при мече. Нет, ему я мясо первому отведать не дам.

— Чуть позднее, не советую перебивать аппетит. Я встретил Анестейшу по пути сюда, она сказала, что скоро сядем обедать. И просила передать вам огромную благодарность за лакомства, — сунул я импровизированный вертел в духовой шкаф. Семи минут будет вполне достаточно. Если мясо опасно, долгая готовка не спасет.

Саша внимательно смотрит на то, как покрывается хрустящей корочкой зеленоватое мясо. К удивлению, оно хоть не стало вонять. Отсчитал ровно семь минут, вынул и посыпал сверху тонким слоем истертых плодов. Я так и не смог их опознать по виду. Выглядят словно лошадиное дерьмо. Круглые, коричневатые. Только Лео трясется над ними и с умилением говорит «трюфель». Их, оказывается, свиньи находят. Н-да. Свиньи что только не ищут. И как определить, трюфель нашла свинья или просто лошадиную кучу навоза? Разве что по запаху. Аромат, и вправду, довольно приятный.

— Ваш деликатес. Запечённая мякоть редкой птицы в посыпке из трюфелей, — улыбнулся я, как мог широко. Лишь бы только меня самого не стошнило.

— Ну ты даёшь. Французский ресторан отдыхает, — впился зубами в мякоть Саша.

— Можно все же и мне такой? Женюсь, обрету титул. Да это уже ничего и не решает. Наверное, — прослезился от омерзения Анджей.

— На, держи половину. К ужину приготовим на всех. Под соусом из трюфелей, — разломил шпажку Саша ровно посередине.

— Благодарю за щедрость, — выдохнул, словно перед приемом горького снадобья, бастард и откусил. Вот идиот. Нет бы, как я, постоял в сторонке.

— Обалдеть, да?

— Невероятно вкусно. Титул мне скоро станет принадлежать, это точно. Далет, ты бы себе зажарил.

— Благодарю, я всего лишь берсерк.

— Кого с младенцем оставим? Если Виэль не выйдет к столу, Настя может решить что мы его укокошили. Проверять ещё пойдет.

— Я убаюкал малыша, — пропел эльф, — думаю, что к обеду мы можем выйти все вместе. Просто оставьте здесь часть угощений. И соль. Если что, это послужит предлогом, чтоб отлучиться. Только я не понимаю, почему от хозяйки дома следует скрывать малыша?

— Ты просто ещё не был женат, дорогой друг. Я вот Настю хорошо знаю. Ей обо всем нужно сообщать осторожно, издалека. Нельзя с порога сказать, что стиралка сломалась, потому что я в ней свои сапоги постирал. Убьет же. Надо начать издалека. Сообщить, что подшипник как-то странно стучит. Перед этим ещё хорошо оттереть как следует барабан от грязи. И, самое главное, высушить. Я вот один раз попался. А ты говоришь, что надо о ребенке сказать вот так сразу. Нет, к ней особый подход нужен.

— Ребята, вы где? Почему никто к столу не идёт? — донеслось из зала. Саша закашлялся, Анджей спешно начал волосы расправлять, Виэль подтянул клетку с малышом под потолок.

— Мы уже идём, Настен.

Глава 19. Настя

Чупокабр куда-то исчез. Странно. Наверняка что-то украл и хорошо ещё, если у нас. Не хотелось бы мне ссориться с Лорой или знакомиться на криминальной почве с другими соседями.

Ребята не торопятся к столу, может, без меня уже пообедали? Да нет же, тарелки расставлены на всю нашу компанию. И приборы тоже лежат. Сколько же их! Рядом с каждой тарелкой по семь разных вилок. И как этим есть? Вот, например, косоватый нож. Если б он был один-одинешенек, я бы решила, что он сломан. Но их тут собралось немало. Можно сказать, целое войско по уничтожению моей репутации благовоспитанной дамы.

Я задумчиво погладила пальцем вышивку на скатерти, — пчёлка объемная и кажется, что вот-вот зажужжит и плюхнется мне в бокал, — Тут же