Любовница на Рождество - Виктория Александер

– У меня, разумеется, были женщины, но я никогда… не содержал любовницу.

– Выходит, дело всего лишь в толковании или в самом слове. Но возлюбленная – это чересчур претенциозно. А вот любовница – это подходящее определение. Однако я не говорю о материальной поддержке – это было бы нелепо. Слушайте, что я предлагаю. – Она сосредоточенно сдвинула брови. – Мы будем вместе, за исключением общего дома. Я буду по-прежнему жить в своем доме, а вы – у себя. Но там, где касается светских событий и интимных отношений, мы будем неразлучны.

Он от неожиданности задохнулся.

– Это… скандал. Что скажут люди?

А что скажет семья?

– Я не думаю, что нам следует объявлять всем о нашей договоренности. Я лично буду проявлять осторожность, все будет исключительно между нами.

– И тем не менее сплетен не избежать.

– Предполагаю, что кое-какие пересуды будут, но… – она пристально на него посмотрела, – я не думала, что вас это волнует.

– Волнует, если в них замешана женщина, на которой я хочу жениться!

– Не нужно повышать голос и возмущаться тоже не нужно. – Она поджала губы. – И поскольку я не хочу выходить замуж, эта женщина не я.

– Я не желаю никакой любовницы!

– А я не хочу мужа.

– Я не стану следующим из ваших любовников. Чтобы вы от меня отказались, когда я вам надоем?

Она от неожиданности приоткрыла рот.

– Следующим любовником? Вы считаете, что у меня были любовники?

– Судя по вашему сегодняшнему поведению и вашему… встречному предложению, это вполне естественно. – Он прищурился. – А они у вас были?

– Я считаю, что вы не имеете права задавать мне подобные вопросы! – Глаза ее гневно засверкали.

Но ему было все равно.

– Так были или нет?

– Вас это не касается!

– Касается. Я сделал вам предложение выйти за меня!

– А я сказала – нет!

– Вероника, я не хочу никакой любовницы. Я хочу жену!

Она гордо вскинула голову.

– В таком случае предлагаю вам поискать ее в другом месте.

– Наверное, я так и поступлю. – Он залпом допил бренди, со стуком поставил бокал на стол и направился к двери, подхватив с пола галстук.

– Желаю удачи!

– Мне не нужна удача! – Уже у двери он обернулся. – Вы хоть имеете представление, сколько женщин пришли бы в восторг от возможности выйти за меня?

– Бесхарактерные, бесцветные особы? Которые горят желанием променять свободу на обеспеченное существование? – Глаза ее метали молнии. – Не сомневаюсь, что их десятки.

Он сжал зубы.

– По-моему, вы потеряли разум… Вам следует одуматься.

– Не собираюсь этого делать. И разум я не теряла, – со злостью бросила ему она.

– Если вы все же одумаетесь, то Порция знает, где меня найти. – Он кивнул, рывком открыл дверь и вышел.

– А если передумаете вы, – вслед ему крикнула она, – то можете не трудиться и не возвращаться!

Он со стуком захлопнул за собой дверь, пронесся вниз по лестнице и выбежал вон из дома. Сел в проезжавший кеб и, лишь проехав полпути к дому Синклера, немного остыл, хотя и не пришел в себя после пережитого потрясения.

Ему и в голову не могла прийти мысль, что она его отвергнет. Где-то около сердца возникла тупая ноющая боль. Как она могла? Неужели она не понимает, что, помимо плотского, чувственного влечения, они подходят друг другу? Он легко мог представить, как они обсуждают что-то, спорят, смеются вместе, и это продолжается до конца их дней. Их жизнь никогда не станет скучной, однообразной, беспросветной. С Вероникой скука ему не грозит. У него нет ни малейшего желания изменить ее, и ему было обидно слышать, что она обвинила его в подобном.

Конечно, жизнь с женой, которая поступает так, как хочет, и высказывает суждения по поводу таких нелепых вещей, как членство женщин в Клубе путешественников, не будет легкой. Он этого не учел. Но не все ли ему равно? Жизнь с ней станет постоянным, день за днем, вызовом. И тем самым превратится в захватывающее приключение. А чего еще желать человеку с таким характером, как у него?

Она его отвергла? В голове не укладывалось. Даже если отбросить в сторону их тягу друг к другу, родство душ, он – сэр Себастьян Хэдли-Эттуотер, известный путешественник, автор книг и, черт возьми, пользуется заслуженной славой. Женщины всегда были у его ног. Или в его постели.

Сложность заключается в другом: Вероника не хочет выходить за него замуж – достаточно услышать ее возмутительное предложение стать его любовницей. Это кошмар какой-то! Скандал! Правда, скандалы никогда его не волновали, но сейчас совсем иное. Это уже важно. Это связано со всей его жизнью! И ее жизнью. Он не хотел, чтобы женщина, которую он любит, пострадала от скандальных сплетен. Она, конечно, считает себя сильной личностью, но ей нравится ее теперешнее положение в обществе, и ей ни к чему становиться объектом пересудов.

Почему он не сказал, что любит ее? Это, несомненно, сыграло бы в его пользу. Он скорчил недовольную гримасу. И ему, вероятно, не следовало обвинять Веронику в том, что у нее были любовники. Пусть это и так, ну и что? Для него это не важно. У нее была собственная личная жизнь, как и у него. А ее немыслимое встречное предложение… Он покачал головой. Он не мог поверить, что женщина предпочтет скандал приличиям… даже такая женщина, как Вероника. И с чего она взяла, что он будет обращаться с ней как с неодушевленным предметом? Или вообще неуважительно. Что касается того, чтобы позволить ей принимать самостоятельные решения, то он готов с этим согласиться… в разумных пределах.

Возможно, он неправильно себя повел. Возможно, первый шаг к тому, чтобы убедить ее стать его женой, – это сделать ее своей любовницей. Нет. У него окаменело лицо. Он не собирается начинать их совместную жизнь с того, что она диктует свои правила. Ни в коем случае. Вероника Смитсон понятия не имеет, кто перед ней.

Сэр Себастьян Хэдли-Эттуотер всегда получал то, чего хотел. Он хотел покорить Гималаи и покорил. Захотел пройти по пути доктора Ливингстона [5]и почувствовать на лице брызги водопада Виктория [6]и почувствовал. Он хотел подняться вверх по Рио-Негро и совершил это.

А то, что он хочет сейчас, – это сделать своей женой упрямую независимую женщину. И он ее получит. Но на его условиях, а не на ее.

Он скрестил руки на груди и откинулся на спинку сиденья кеба.

Просто ему нужно продумать, как это сделать.

Вероника едва удержалась, чтобы не запустить бокалом в закрытую дверь. Она подошла к столику с графином с бренди, наполнила заново бокал и выпила почти полностью. Нет смысла сейчас обдумывать случившееся. Надо было заранее напиться. Тогда она хотя бы не была настолько поражена его предложением жениться на ней.