Их было девять… - Настасья Викторовна Лис

за руки. Вокруг всё молчало и не двигалось. Ребята, кажется, поражённые увиденным, тоже притихли. Но спиной я уловил Ванькино довольное лицо. Мне показалось, что именно сейчас он улыбнулся. Единственное, что останавливало меня теперь от решительных действий по отношению к Оле, – это Ленкина болезнь. Мне хотелось, чтобы она поскорее выздоровела и смогла уже пережить сложившуюся ситуацию полною сил. Иначе, я выглядел и чувствовал бы себя просто каким-то предателем, низко бросившим человека в тяжёлый для него момент. Конечно, о том, что чувствует ко мне Оля, и чувствует ли, я не мог реально судить только по одному прикосновению к ее руке, но мне показалось…, нет, я ощутил, что у меня появился шанс. Шанс быть счастливым и сделать счастливым еще одного человечка, – замечательную девушку, самую красивую, самую добрую и милую, – Олю. Я осторожно освободил ее руку, словно боясь, что она выпорхнет, как птичка, из распахнутой клетки, и повернулся к Ивану. Он смотрел на меня и улыбался, – я это чувствовал. Марина, державшая его под руку, тоже устремила свой взгляд на меня, но, похоже, ничего не понимала. И она, человек, довольно любознательный, конечно же, просто горела желанием, поскорее узнать, что же это такое творится за ее спиной.

– Вань, так, какие планы у нас на сегодня? – деловито спросил я, всё еще ощущая румянец на своих щеках.

– Ну, на стройке дел, конечно, много. Но, я так понимаю, сегодня мы там мало что сможем сделать в такую-то погоду. Нам ведь как раз надо крышей заниматься, – несколько растерянно ответил Иван и кивнул в окно. Я посмотрел в него и удивился тому, что впервые за полдня сегодня поинтересовался погодой. А ведь там просто лило с неба огромными ручьями! Это был даже не дождь, это были гигантские потоки воды.

– Может, школой, тогда, пока займёмся? – предложил я.

– Я тоже об этом подумал. Но Димка и Андрей сказали, что у них шпатлёвка закончилась еще в прошлый раз. Краску, которую можно было использовать, тоже уже потратили. Так что, там работа встала не по нашей вине, а из-за отсутствия материалов. Манин – в курсе, – мы ему перед отъездом говорили. Но ему, думаю, пока не до того. Сейчас важнее выяснить, что там с ребятами. – Ну, тогда, давай, пока дождь, пройдёмся по местным? Чтобы время не терять. Если дождь закончится, то можно потом и на стройку, – снова предложил я.

– Да, давай, – согласился Иван. – Ребят, а у остальных какие планы? Мы хотим пройтись по домам, может, кто-то видел парней, Лёню и Игоря. Кто «за»? Марина, естественно, собралась вместе с нами. Сухаревы, так же, как Попов и Павлов, сказали, что у «Лизки спрашивали, и у ее подружек тоже. Но они никаких парней не заметили», так что, смысла в такую погоду ходить по домам, они не увидели. Оля тоже предложила свою кандидатуру на помощь нам.

– Мы, конечно, будем рады, если вы с нами пойдёте, – обратился я к Марине и Оле, – но погода там ужасная. Вдруг, тоже замёрзнете и простынете? – переживал я.

– Не замёрзнем. А, если даже, и так, то с такими мужчинами нам не страшно. Вы нас и вылечите, и чаем напоите. Да, Вань? – ответила Маринка, кажется, намекая на то, что недавно я лечил Ленку, а уже собрался идти на поиски ребят с Олей. В общем, никто из ребят больше нас не поддержал, и мы вчетвером отправились на улицу. Остальные закрыли дверь и засели в доме. Я, конечно, подумал о Ленке, как она там, одна, среди парней. Но, наверняка, они ее не станут обижать и придираться, тем более, в такой момент, когда человеку не здоровится. Да и вернуться мы планировали уже через пару часов. Если не раньше. Я набросил на себя куртку вместе с капюшоном. Иван, Оля и Марина последовали моему примеру.

Погода была, конечно, не самая хорошая. В первые же минуты на улице захотелось вернуться в дом, выпить горячего чаю и залезть под тёплое одеяло. Единственное, что согревало меня изнутри, – это присутствие Оли и надежда на то, что всё у нас впереди. Мне этого очень хотелось в тот момент, когда потоки воды лили на нас, когда тело дрогло под холодной курткой, когда капли дождя затуманивали глаза. Сначала мы решили пойти налево. Там стояло несколько покошенных деревянных домиков. С одной стороны, может, было и хорошо, что погода сегодня не удалась. Ведь в дождь мало кому захочется выходить на улицу. Поэтому мы рассчитывали основную часть хозяев застать именно дома. Дверь первого жилища открыла нам женщина, лет пятидесяти. Сначала она не поняла, кто мы такие и чего от нее хотим. Иван объяснял в деталях, зачем мы к ней пожаловали и почему выбрали именно ее дом. Но, потом, в разговор вступила Оля.

– Мы – студенты. Мы здесь достраиваем школу и гараж. Приехали в составе строительного отряда. Так получилось, что на днях у нас пропали двое парней. Они были одеты точно так же, как и мы. Может, вы видели их? Женщина выслушала внимательно Олю и, кажется, поняла, наконец, какого рода помощь от нее требовалась. Потом оказалось, что дама просто не очень хорошо слышит, поэтому говорить ей нужно было погромче и более кратко.

– Нет, ребятки. Никаких парней я не видела. Манина Олега, конечно, знаю, так как он проживает здесь неподалёку, а остальных больше никого не замечала. Я, если честно, впервые-то слышу, что здесь у нас студенты на стройке работают.

– Спасибо Вам большое, – поблагодарили мы женщину за помощь и приготовились уже, было, идти, как она окликнула нас и предложила чаю. Мы переглянулись, словно советуясь, стоит ли засиживаться в гостях. Но решили пойти дальше сразу же, чтобы скорее добраться до дому. Я, несмотря ни на что, всё-таки переживал за самочувствие Лены и за то, чтобы она не ощущала себя не комфортно в окружении одних только парней. Во втором доме нас ожидала встреча с седым стариком. Он еле-еле подошёл к двери в тот момент, когда мы уже решили, что хозяина нет дома. Шамкающим ртом и трясущимися руками он объяснил, что тоже никого не видел и ничего не знает. Мы пошли, а он еще долго держал дверь открытой и смотрел нам в след. Я обернулся, ощутив его взгляд своим затылком. Думаю, вдруг, он что-то вспомнил и хочет нам рассказать. Он, молча, стоял и смотрел на меня, а, взгляд его выражал то ли тревогу, то ли предостережение.

– Вы бы тут поаккуратнее, ребятки, ходили.