Влюбить в себя жену - Андреа Лоренс

Сегодня она осталась в доме одна. Гретхен предложила приехать к ней, но Амелия отказалась. На самом деле она привыкла к одиночеству. Она всегда жила самостоятельно. Она не знала, что проживание с Тайлером в течение всего нескольких недель заставит ее считать, будто он все время был рядом.

Сейчас он уже вернулся в Нью-Йорк. Он написал ей об этом в сообщении. К счастью, он ей больше не докучал. Попросив его уехать, она не была уверена, что он ее послушается. Она видела сопротивление в его бледно-голубых глазах и заметила, как он сжал кулаки, держа руки по швам. Он хотел ей возразить, и на мгновение в глубине души Амелия понадеялась, что так и будет. Она солгала, заявив, что не любит его, но она не собиралась признаваться в своих чувствах, если Тайлер не мог ответить ей тем же. Если бы она была по-настоящему небезразлична Тайлеру и он хотел бы остаться с ней не только ради ребенка, он бы не уехал. И он бы сказал, что любит ее.

Но он просто ушел, подтверждая ее худшие опасения. И разбивая ее сердце.

После его ухода она лежала на больничной койке и рыдала. Она заставила себя успокоиться только тогда, когда услышала, что в палату идет медсестра. С тех пор Амелия крепилась, но ей было очень трудно сохранять самообладание. В один день она потеряла любимого мужчину, лучшего друга, мужа и ребенка. Несмотря на обещания, данные ей и Тайлером, у них ничего не получилось. Натали оказалась права. Их дружба не выдержала испытаний, и это ранило сильнее всего. Еще никогда Амелии не было так плохо.

Она стояла на кухне, пытаясь сварить шоколад, который готовил ей Тайлер, когда услышала звонок в ворота. На экране видеофона она увидела свою бабушку, которая с нетерпением ждала, когда ее впустят.

Амелия позвонила родителям и сестре за день до выписки из больницы, чтобы сказать им, что происходит. По-видимому, кто-то из них сообщил новость ее бабушке, и та сразу же приехала.

Амелия сглотнула и нажала кнопку, открывая ворота. Она оставила входную дверь приоткрытой и побежала на кухню, где сняла с плиты молоко до того, как оно закипело. К тому времени, когда Амелия вернулась в холл, ее бабушка по отцовской линии, Элизабет Кеннеди, стояла в дверях.

Она недавно отпраздновала восьмидесятый день рождения, но выглядела гораздо моложе. Амелия была копией своей бабушки. У обеих были ярко-рыжие волосы, правда, бабушка Амелии в настоящее время закрашивала седину. У нее были проницательные карие глаза, а на губах играла легкая улыбка. Она была остра на язык, очень проворна и лихо водила автомобиль.

Увидев Амелию, бабушка распахнула объятия. У Амелии тут же сдали нервы. Она бросилась к бабушке и истерически разрыдалась.

– Я знаю, я знаю, – успокаивала Элизабет, гладя Амелию по голове и не обращая внимания, что внучка намочила слезами ее свитер. Когда Амелия наконец успокоилась, бабушка похлопала ее по спине и сказала: – Пойдем на кухню, ладно? По-моему, пора выпить чего-нибудь тепленького и съесть сладкого. Я… э-э-э… – Она посмотрела на несколько дверных проемов. – Где кухня? До чего гигантский дом!

Амелия хихикнула впервые за долгое время, взяла бабушку за руку и провела ее через лабиринт залов и комнат на кухню. Глаза Элизабет просияли, когда она увидела кухню.

– Красивая, да?

Бабушка кивнула:

– Изумительная кухня. – Она принялась заглядывать в ящики шкафов. – Если остальные помещения в доме такие же красивые, то я сюда перееду.

– Дом будет сдаваться, – печально сказала Амелия. – Нынешние обитатели съедут отсюда к концу недели.

Элизабет заметила кастрюлю с шоколадом на плите:

– Сядь. Я доварю шоколад, а ты рассказывай, что происходит.

Амелия подчинилась. Она осторожно уселась на табурет и наблюдала, как ее бабушка готовит. Она словно вернулась в детство. Бабушка обожала готовить и передала эту страсть Амелии. Почти все время Амелия жила вдали от бабушки и дедушки, но проводила у них летние каникулы и Рождество. Это было ее любимое время года.

Элизабет помешала шоколад и отправилась в кладовку. Она вышла оттуда спустя мгновение с арахисовым маслом, кукурузными хлопьями и сиропом. Глаза Амелии засияли от восторга.

– Ты приготовишь печенье из кукурузных хлопьев?

Ее бабушка улыбнулась:

– Конечно, детка. Итак, твой отец говорил, что ты вышла замуж за того мальчика, с которым дружила в детстве.

Амелия глубоко вздохнула и начала рассказывать. Она поведала о побеге в Лас-Вегас, своей беременности и бурном романе. Свой рассказ она подытожила печальным выводом.

– А теперь он уехал. И когда я съеду отсюда, все будет как раньше.

Бабушка поставила перед ней дымящуюся кружку с шоколадом и тарелку с еще теплыми и липкими печеньями из кукурузных хлопьев.

– Я сомневаюсь, – сказала она. – Судя по тому, что я слышала, ничего не будет как раньше. – Засучив рукава, она стала мыть кастрюлю в раковине.

– Не надо, бабушка. У нас есть горничная.

Элизабет фыркнула:

– У меня мозги лучше работают, когда я занимаюсь делами на кухне. Так что ты собираешься теперь делать? Вернешься в свою квартиру?

– Да, – ответила Амелия. – Пока не закончится договор аренды. А потом я хочу купить таунхаус, но не такой большой, как этот дом.

– А как насчет тебя и Тайлера?

Амелия пожала плечами и засунула печенье в рот, чтобы потянуть с ответом.

– Я надеюсь, мы по-прежнему будем друзьями. Очевидно, нам не следовало начинать романтические отношения. Я с самого начала знала, что он не будет моей большой любовью. Я просто надеялась, что я ошибаюсь.

– Большая любовь? – Бабушка нахмурила лоб. – Что это за бред?

– Истинная, великая любовь. Как у тебя с дедушкой. Такая любовь двигает горы и вдохновляет и делает тебя уверенной, что рядом с твоим возлюбленным ты выдержишь все невзгоды. Любовь, благодаря которой ты с радостью просыпаешься каждый день и видишь своего любимого мужчину. Мне следовало знать, что я не получу такую любовь за тридцать дней. Как долго ты встречалась с дедушкой до того, как вы поженились?

Элизабет долго не отвечала. Наконец она скривила губы в усмешке и уперлась ладонями в стол.

– Неделю.

Амелия выпрямилась:

– Сколько?

– Только не смей теперь всем об этом рассказывать. Никто не знает. Мы с дедушкой познакомились, когда я работала в университетском книжном магазине. Он там учился на юриста. Он показался мне таким красавчиком, но я была слишком застенчивой, чтобы с ним заговорить. Однажды он пригласил меня на субботний футбольный матч. Мы вместе ели мороженое. Мы вместе завтракали. – Она озорно улыбнулась. – И в следующую пятницу мы сбежали с занятий, чтобы пожениться в здании суда.

Амелии с детства рассказывали совсем иную историю.