Агент бета-класса - Селина Катрин

Глава 13. Агенты

Алекса. Бета-агент Эльтонийской Службы Разведки

Завтрак я заслуженно проспала и проснулась лишь ближе к обеду. Зевнула, потянулась, с удовольствием сходила в душ, посетовала перед зеркалом на красное пятно на животе и замерла перед чемоданом с вещами, выбирая, что надеть.

Судя по физической реакции Леонна в спасательной капсуле, он находил меня симпатичной. Да и Оливия настаивала, что было бы неплохо произвести впечатление на знакомого ларка, чтобы он подыграл. Для этой цели лучше подошло бы эффектное облегающее платье, вот только если окажется, что Леонн не тот, за кого себя выдаёт, прятать оружие удобнее в бесформенном домашнем костюме — такую груду мускулатуры в честной рукопашке мне точно не завалить.

Перебирая одежду, я поймала себя на странном ощущении, что волнуюсь… Шварх! Неужели мне не всё равно, как я буду выглядеть перед мужчиной, которого знаю без году неделю?!

«Ты всегда хорошо выглядишь, это у эльтониек в крови. Леонн здесь не при чём», — убеждённо заявил внутренний голос, и я успокоилась… минуты на три, так как нащупала в чемодане что-то мягкое, тёплое и пушистое и потянула наверх.

В руках у меня оказался мужской белый свитер. Как я умудрилась упаковать его с собой на задание? Если бы кто-то из пси-агентов об этом узнал, то меня ожидала бы целая лекция на тему того, что этого явно хотело моё подсознание… Зажмурившись и помотав головой, я всё-таки выбрала нечто среднее: красивый домашний велюровый костюм со скрытыми кармашками, куда можно положить парочку метательных ножей. Всё-таки непонятно, кто этот Леонн и что он делал среди ночи в шлюзе со спасательными капсулами.

Соблазнительные ароматы жарко́го и морепродуктов плыли по всему этажу. Не надо было иметь обоняние ларка, чтобы понять: на обед шеф-повар лайнера приготовил что-то невероятно вкусное. Зайдя в ресторан, я повела носом, посмотрела на влюблённые парочки молодожёнов и отправилась за столик под огромным экзотическим деревом с ярко-оранжевыми соцветиями. Еду выбрала быстро, клацнув по самым аппетитно выглядящим пунктам, и откинулась на диванчик, с замиранием сердца ожидая, кто же будет меня обслуживать. Перехватит ли Леонн заказ на кухне? Будет ли искать способы со мной пересечься лишний раз?

Я почему-то была убеждена, что ларк обязательно обратит на меня внимание, тем более что я видела его обслуживающим столик миттаров у гигантского напольного аквариума. И тем удивительнее был факт, что огромный белый кокос передо мной поставил совсем не Леонн, а худющий веснушчатый мальчишка-таноржец.

— Ваш кокос, леди. Салат будет через минуту, для филе-миньона потребуется ещё двадцать минут.

Я растерянно кивнула, ощущая, что внутри царапнуло неприятное саднящее чувство. Леонн беззвучно и как-то по-особенному пластично двигался сквозь зал, разносил напитки, улыбался, заговаривал с гостями… и в мою сторону даже ни разу не посмотрел.

А может, я себе всё напридумывала? Просто заработалась и устала, отсюда и подозрительность такая?..

Таноржец принёс тарелку с хрустящими ломтиками айсберга, чёрными миниатюрными помидорками и кедровыми орешками.

Коммуникатор мигнул входящим вызовом от Оливии на беззвучном режиме. Шварх, совсем забыла… Она же звонила, ещё когда я была в душе, а я не ответила. Я сбросила звонок и написала короткое «перезвоню», второй рукой накалывая на вилку помидорку из тарелки с салатом. Именно в момент над моим ухом раздалось громогласное и совсем не приятное:

— Вот вы где, госпожа Алекса! Как я рад, что вам стало настолько хорошо, что вы наконец вышли из каюты.

Шва-а-арх, я только сейчас поняла, что, увлёкшись мыслями об одном накачанном блондине, я совсем забыла про капли в нос и глаза, помогающие имитировать аллергию.

— Ваши антигистаминные препараты наконец дали накопительный эффект, — продолжал разглагольствовать ведущий, и язвительные интонации в его голосе дали чётко понять, что он подозревал: не было никакой аллергии. — Что же это за лекарство такое, что вам больше недели никак не помогало? Как думаете, может, всё-таки стоило показаться корабельному доку? Так я могу сегодня вызвать вас и вашего мужа на вечернее интервью?

— Я… я… не уверена…

Шварх-шварх-шварх!

Я сжала руки в кулаки под столом, отчаянно вонзив ногти в ладошки. Как же всё некстати! В прошлое утро в зале не было ни репортёров, ни ведущего, и я была уверена, что гости и сотрудники голоканала едят в разных местах или, по крайней мере, в разное время. Шестирукий ведущий нависал надо мной, и его немаленький живот воинственно топорщился. Он явно был недоволен поведением гостьи круиза, ведь с его точки зрения я и мой муж получили билеты на лучший космический лайнер с первоклассным обслуживанием ни за что… Так много пар хотят выиграть эту путёвку, столько молодоженов мечтают попасть на головидение, а мы буквально плюём на оказанную честь и строим из себя снобов. Не хотим дать даже крошечный материал для публикации!

Всё это читалось в ауре ведущего, агрессивно приподнятой верхней губе, кулаках, упёртых до побелевших костяшек в столешницу. Я не знала, что ответить мужчине. Совсем. Я не успела переговорить с Леонном, наивно рассчитывая, что он сам ко мне подойдёт… а самое главное, я не хотела никаких скандалов и привлечения к себе лишнего внимания. Бескрайний космос! Я так и не взяла звонок Олли, а потому даже не могла сказать, кто именно мой муж сейчас по базе — Тристан или Леонн?

— Корабельный док вряд ли смог бы помочь. — На стол неожиданно опустилось блюдо с идеально прожаренной вырезкой. Одна Вселенная знает, чего мне стоило не вздрогнуть, когда в разговор вмешался ларк. Шварх, я даже не услышала, как он подкрался! — Ваш филе-миньон, леди Алекса.

Разгневанный ведущий перевёл взгляд на наглого официанта.

— Это почему же корабельный док не помог бы?

— Потому что у лекарства вышел срок годности, господин Гейл. Я вчера приносил леди Алексе и её мужу еду в каюту и был так неаккуратен, что случайно столкнулся с госпожой. Коробка с препаратами выпала из её рук, и пока мы собирали блистеры с таблетками, выяснили, что на Тур-Рине ей продали просроченные. К счастью, в моей личной аптечке оказались точно такие же с неистекшим сроком годности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍