Бремя Юртов - Андрэ Нортон

— Итак, юрты платят, — прокомментировал Стэнс.

— Атторну, — резко ответила Элосса, обескураженная неудачей, она надеялась узнать побольше. — Может быть, твоему Карну. — И добавила, сама не веря своим словам: — Но если здесь правит Атторн, почему раски идет связанный?

— Вероятно, нам скоро представится случай узнать это, — столь же раздраженно сказал Стэнс.

С наступлением темноты юрты улеглись спать, заботливо положив каждого пленника между двумя стражниками. Концы веревок были обмотаны вокруг стражников, так что при малейшем движении пленников стражник, а то и оба просыпались. Тот, что говорил с Элоссой, сел с другой стороны костра и закрыл глаза, явно не желая видеть ее.

Наконец она уснула. Проснувшись, Элосса увидела, как один из юртов подкладывает в костер хворост, сложенный здесь в ожидании их появления. Стэнса едва можно было разглядеть в темноте, и девушка не знала, спит ли он или нет. Ее беспокоила неудача мысленного поиска. Единственное объяснение — эти юрты скованы чужой волей. «Бремя», от которого корабль освободил ее, и в самом деле висело на многих поколениях ее народа. Но юрты оставались нормальными людьми. Не были ли те, кто был одет подобно Элоссе, не вернувшимися из Паломничества? Они не погибли в горах, а оказались здесь, не живые и не мертвые. Однако здесь были и другие, в космической одежде. Слишком много лет прошло с падения корабля и гибели Кал-Хат-Тана, чтобы кто-нибудь из экипажа мог жить сейчас — разве что нашли способ продления жизни свыше того летоисчисления, которое знала Элосса. Или сюда позднее пришел другой корабль?

Эта мысль привела ее в такое возбуждение, что она с трудом заставила себя лежать спокойно. Такое же состояние было у нее, когда она видела в полузасыпанном корабле сцены, происходившие до падения.

Другой корабль мог быть послан за юртами, чтобы увезти их домой. Домой? А где их дом? Может, одна из звезд, рассыпаных сейчас по небу, — солнце, согревающее поля и холмы родины юртов?

Она глубоко вздохнула, и ее внимание перекинулось на другое.

Она знала, что люди, окружающие ее сейчас, несвободны. Если они и в самом деле пришли спасать, то вместо этого сами попали в западню и стали пленниками. Но эти люди не были физически улучшены машинами корабля, как те, от которых она произошла. Ей страстно хотелось доползти до Стэнса, разбудить его и заставить рассказать об Атторне, о Карне, имевшем лицо Атторна. Слишком многого она не знала и не могла узнать, поскольку мысль-поиск отказалась служить ей.

Перед зарей они поели и опять пошли по равнине. Стэнс шел довольно далеко впереди Элоссы. Он, казалось, нетвердо держался на ногах, и время от времени стражник протягивал руку и поддерживал его с безразличием машины, выполняющей свою работу.

Иногда они останавливались на отдых. На каждой остановке пленникам предлагались пища и вода. Сухая трава была здесь высокой по колено, и Элосса не видела никакой тропы. Но отряд шел уверенно, как по хорошо знакомому пути, и явно не боялся сбиться с дороги.

Впереди на горизонте смутно что-то виднелось. Незадолго до полудня Элосса поняла: равнина резко заканчивалась утесом. Видимо, эта ровная местность была широким плато, и им придется спускаться ниже, в совсем другую область. Несмотря на предстоящий скорый приход зимы, растительность, которую они видели внизу, была пышной, с густой листвой, как в середине лета. Сверху видны были только вершины деревьев.

Ведущий стражник взял чуть влево и шагнул на ступени лестницы, начинавшейся прямо от утеса. Все стали гуськом спускаться в ожидавшую их низину.

Глава 17

Такой роскошной растительности, как в этой низинной стране, Элосса никогда еще не видела. Долины и равнины на востоке, которые раски обрабатывали со всем своим умением, казались пустыней в сравнении с этой местностью. Лестница привела на широкую дорогу, где стражники вновь окружили пленников. Элосса продолжала удивляться, насколько же эта страна отличается от знакомых ей гор и долин.

Кроны деревьев смыкались и укрывали дорогу, как пологом. Да и сами деревья были совсем другими. По их стволам и нижним ветвям вились толстые виноградные лозы, едва не обламывающиеся под тяжестью ярко-алых плодов.

Вокруг плодов летало и ползало множество пирующих — и пернатых, и покрытых мехом. Их крики сливались в один неприятный гул. Однако ни один из стражей ни разу не взглянул вверх и, кажется, вообще не замечал ничего, что находилось по обеим сторонам дороги. Воздух был влажный, опьяняющий, тяжелый приторный аромат забивал ноздри, учащал дыхание.

Дорога была очень хорошей. Элосса обратила внимание, что густой подлесок тоже нависал над дорогой. Возможно, сами плиты дороги каким-то образом не позволяли лесу вторгаться в работу строителей, так изменивших природу.

Но дорога шла не прямо. Попадались деревья такой толщины, что их кроны просто не могли согнуться, так что дорога обходила их, искривляясь то на восток, то на запад. Если оглянуться назад, то дорога как бы исчезала с каждым поворотом.

Пот катился по лицу Элоссы. Жар проникал сквозь ее толстую одежду, а грубая ткань натирала и царапала кожу. Юрты не останавливались и не сбавляли шаг.

Но все дороги когда-нибудь кончаются, кончилась и эта, когда они обогнули пространство, занятое тремя гигантскими деревьями, так густо обросшими лианами и папоротником, что всё вместе выглядело крепкой, как камень, стеной.

Поворот дороги закончился открытым местом, тоже вымощенном каменными плитами. В центре находилось квадратное отверстие. Теперь они опять стали спускаться по лестнице, на этот раз под землю. Лестница шла по спирали вокруг колодца. Чем ниже они опускались, тем слабее становился приторный запах леса, и откуда-то шел поток свежего воздуха.

Элосса пыталась считать ступени, чтобы иметь представление, на какую глубину они спускаются, но сбилась со счета. И ей все больше и больше не нравилась атмосфера этого места. Юрты жили как правило под открытым небом и свежим ветром. Подножие лестницы упиралось в широкий коридор. Вдоль него были расставлены в стенных кольцах факелы, резко пахло дымом и копотью.

Коридор закончился аркой, и Элосса чуть не упала: они опять оказались перед каменным лицом Атторна. Его широко раскрытый рот ждал их.

Двое юртов опустились на колени и проползли через него. Нажим на плечи заставил Элоссу принять такую же унизительную позу и последовать за ними. Она со злостью повиновалась, вздрагивая всякий раз, когда касалась стенок этого рта.

За ним была большая комната с каменными стенами и полом. В дальнем ее конце находилось возвышение, а на нем кресло с высокой спинкой и широкими подлокотниками. Но как ни велик был этот трон, он не преуменьшал человека, сидевшего на нем.