Псих. Два дебила – это сила, три дебила – это мощь (СИ) - Дмитрий Серебряков

«вы» на «ты». Но впрочем, тут же исправилась. — Вы, учитель, вряд ли когда дружили с настолько милыми созданиями как оборотни. Особенно такими пушистыми. Настя же просто неимоверно милая.

— То, что она пушистая и милая, я и сам вижу, — негромко произнес я так, чтобы спрятавшаяся за дерево лисичка меня не услышала. — Но это не объясняет подобного поведения. К тому же, разве эльфы не уничтожают всех подряд оборотней?

— Чего?! — изумленно уставились на меня, но буквально через мгновение Лорана поморщилась и, тяжело вздохнув, присела на лежавшее бревно. — Хотя, да. Среди оборотней действительно ходят страшные легенды о нас. Вот только все не так просто.

— Поясни, — заинтересованно попросил я, выражая не только свое любопытство, но и интерес вышедшей из-за дерева Насти.

— Если честно, то я бы предпочла не отвечать на данный вопрос, — нахмурилась в ответ эльфийка, отведя взор в сторону.

— Почему это? — подобный ответ удивил меня еще больше.

— Потому что правда во много раз страшнее и аморальнее, чем страшилки оборотней, — тяжело вздохнула эльфийка.

— Не понимаю, — недоуменно уставился я на нее. — Что может быть страшнее рабства или смерти?

— Эх…, — еще раз печально вздохнула эльфийка. — Ладно. Расскажу. Но учти, Настя, — Лорана пристально посмотрела в глаза лисенку, — я, как и многие другие эльфы, против подобного отношения. Но это не значит, что мои слова оправдывают других эльфов. Мы все в той или мере виноваты в таком отношении к вам, оборотням.

— Фью? (: ౦ ‸ ౦:)

— Ничего себе начало, — озадаченно покачал я головой.

— Да. Начало так себе, — поморщилась эльфийка. — Но начну я с истории. Дело в том, что когда-то давно, когда еще шла война против полиморфов, наши ученые смогли обнаружить скрытые возможности расы оборотней. После непродолжительных тренировок любой оборотень мог обнаружить полиморфа, как бы сильно тот не маскировался. И как вы понимаете, это стало ключевой причиной, по которой эльфы стали очень тесно сотрудничать с оборотнями. Более того, если верить записям, то между эльфами и оборотнями зародилась весьма крепкая дружба. Равная дружба. Подобного не было ни до того, ни после. Но именно эта дружба и стала причиной последующей проблемы.

В этом месте Лорана сделала паузу, неуверенно посмотрела на лисенка, а потом на меня. Она словно сомневалась, продолжать ей рассказ или нет. Мы же молча ждали ее решения. Наконец, видимо отринув сомнения, эльфийка продолжила.

— Из-за того, что оборотни стали огромной проблемой для полиморфов, те принялись их особенно безжалостно уничтожать. Дошло до того, что эльфам пришлось большую часть оборотней взять под свою опеку и охрану, — отстраненно рассказывала эльфийка. — В итоге, к концу войны взрослых оборотней выжило очень мало, и все они были заняты в различных боевых отрядах по поискам выживших полиморфов. Они были настолько сильно заняты, что воспитанием детей оборотней занимались эльфы. Это и стало причиной проблемы.

— Ты или слишком сильно сгущаешь краски, или слишком долго подходишь к сути, — хмыкнул я в ответ на ее явную нерешительность. Впрочем, мне было интересно, к чему шло.

— Очень многие благодарные эльфы решили взять маленьких оборотней в свои семьи, чтобы окружить заботой и уютом бедных детишек, — с горечью в голосе продолжила эльфийка. — Вот только эльфы живут намного дольше оборотней. Многие просто не понимали, что они делали, а потом стало слишком поздно. Оборотни превратились в домашних питомцев. Для эльфов они всегда были милыми пушистыми созданиями с забавными эмоциями. А дальше стало еще хуже. Оборотней стали скрещивать «правильно».

— Эм… Погоди-погоди! — ошеломленно встрял я. — Ты что хочешь сказать, что оборотни у вас живут, словно собаки или кошки у людей?

— К сожалению, именно так, — тяжело вздохнула Лорана, пряча взор от Насти. — Их с детства воспитывают как домашних питомцев. Решая за них, с кем им спариваться и от кого иметь детей, с кем жить, и так далее. Тем самым проводя аморальную селекцию. Уже давно оборотни, которые живут у нас на материке, понятия не имеют о другой жизни. Более того. Их все устраивает.

— Прикольно, — хмыкнул я. — Были друзьями, а стали домашними рабами. Хотя, нет. Питомцами. Но ведь оборотни разумны. Разве не было проблем с их несогласием?

— Были, — печально покачала головой Лорана. — И все они устранялись жестким образом. Оборотни, которые становились слишком активными и пытались стать свободными, отправлялись к нашим ученым. А те проводили на них опыты, пытаясь понять, в чем заключается отклонение от «нормы». Лишь около двухсот лет назад среди эльфов возникло движение таких как я. Тех, кто против подобного отношения. Но к сожалению, нас пока слишком мало, чтобы изменить ситуацию.

— Стоп. А зачем тогда эльфы вылавливают свободных оборотней?

— Ищут нестандартных и обладающих талантами особей, — грустно улыбнулась эльфийка. — Как бы сказать… разбавляют кровь домашних оборотней, чтобы та не застоялась. Остальных же отправляют в лаборатории на эксперименты. Оборотни у эльфов давно уже стали подопытными для разных опасных экспериментов. И как вы понимаете, смертность там очень высокая.

— У людей подопытные крысы и кролики, а у эльфов — оборотни. Однако, м-да, — задумчиво покачал я головой.

— Надеюсь, Настя, ты не сильно на меня обиделась? — с надеждой посмотрела на лисенка эльфийка.

— С чего бы это? — на удивление спокойно произнесла Настя. — Честно говоря, я не понимаю, почему ты так сильно нагоняла мрака перед рассказом. Ну стали у вас оборотни домашними питомцами, и что с того?

— Ну как же! — ошарашенно уставилась на нее Лорана. — Неужели ты не понимаешь? Эльфы фактически превратили оборотней в домашние игрушки.

— И? — язвительно хмыкнула Настя. — Ты думаешь, быть домашней игрушкой хуже, чем бесправным рабом с ошейником? Это мне повезло стать рабыней принцессы, а многим так не везет. Большинство пашет на плантациях круглые сутки за кусок хлеба. А тех, кто посимпатичнее, либо отправляют служанками к аристократам, либо в бордель. И поверь. Стать служанкой — очень редкая привилегия. Можно сказать, вершина нашего роста. Так что чем ты хотела меня удивить? Или у вас оборотней морят голодом или кормят с мисочки в коридоре?

— Не, ну мы не настолько мерзкие, — оскорбилась эльфийка, но тут же смягчилась и добавила. — Опять забыла о том, что у вас же давно уже нет своей страны. Да. Сейчас вам, пожалуй, живется хуже, чем «питомцам» у эльфов. Все же большинство эльфов, как ни странно, любят своих оборотней и ухаживают за ними.

— Забавно, — с ухмылкой покачал я головой. — Вы еще поспорьте на тему, у кого лучше быть в неволе. Как по мне, и там и там полная жесть.

— А разве у нас есть выбор? — зло сверкнула глазами